Алиса Мейн – Элиас (страница 39)

На долю секунды Митчелл скосил глаза в мою сторону, а затем снова обратил все внимание на виды за окном.

– Что почему?

Силы небесные, как же меня выводил из себя этот его равнодушный тон! Меня всю трясло.

– Что я тебе сделала? Почему ты так обращаешься со мной? За что ты меня ненавидишь?

Неужели я правда рассчитывала, что после моих слов на его лице что-то изменится? Дрогнет хоть один мускул?

Прежде чем ответить, Элиас несколько раз моргнул и чуть опустил взгляд.

– За то, что ты девушка моего брата.

Я была готова обрушить на него новые вопросы и полные негодования речи, но поперхнулась заготовленными словами.

Элиас повернул голову в мою сторону, но продолжал предпочитать смотреть в пол под моими ногами, а не на меня.

– За то, что он влюблен в тебя, а ты влюблена в него, – говорил он все тем же невозмутимым тоном, будто мы обсуждали погоду на улице, а не выясняли отношения.

Я недоуменно приоткрыла рот, отчаянно пытаясь понять, к чему он клонит. Наконец Элиас посмотрел на меня таким взглядом, что мне захотелось уменьшиться до размеров крохотной мушки и улететь в форточку.

– За то, что я не перестаю думать о тебе ни на минуту с того самого момента, как ты появилась на пороге нашего дома.

Все мое негодование смыло пугающе ледяной волной спокойствия. Наивно было полагать, что он скажет мне правду.

Не отрывая от него глаз, я устало вздохнула:

– У тебя просто талант выставлять меня полной дурой.

По его губам скользнула смиренная улыбка. Он вновь ненадолго опустил взгляд в пол, а затем посмотрел на меня. Но теперь в его глазах не было презрительного равнодушия, к которому я уже успела привыкнуть. В них появилась не виданная до этого в нем печаль.

– Я настолько перестарался, что вконец потерял твое доверие, – негромко произнес он и склонил голову набок. – Что ж, я добился того, чего хотел.

Я совершенно перестала понимать происходящее.

Я вспомнила все те рисунки с моим изображением, которые нашла у него в спальне. Элиас Митчелл? Нет. Этого не может быть. Это какая-то шутка.

Тем временем он снова повернулся к окну и вернул лицу полное бесстрастности выражение:

– Можешь считать, что этого разговора не было.

– То есть… – еле выдавила я, все еще пребывая в потрясении. – То есть как это – не было?

У Элиаса напряглась нижняя челюсть.

– Так, что он бессмысленный.

Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, но уже не от злости, а от нарастающего отчаяния.

– Элиас, объясни мне…

– Ты получила ответ на свой вопрос, – перебил он меня, смотря в окно. – Как к нему относиться – решать только тебе.

Я окинула беспомощным взглядом гостиную. Кажется, я собиралась убраться? Нет, после только что услышанного убраться нужно мне самой и как можно скорее. Это было жестоко. Сейчас Элиас повернется ко мне, саркастически усмехнется и скажет что-то в духе: «все же я не ошибался в твоей недалекости».

Но когда я вновь взглянула на него, он продолжал хмуро смотреть в окно, а по его скулам ходили желваки.

Я развернулась и бесшумно направилась к лестнице. На ватных ногах добралась до своей комнаты. Будто в полубреду дошла до постели и, не чувствуя себя и своего тела, забралась в нее, не раздеваясь. Накрылась одеялом, потому что меня колотила дрожь. Уставилась в одну точку перед собой, потому что казалось, будто я сошла с ума.

Завтра. Завтра утром я проснусь и выяснится, что это все был очень, очень странный сон. Быть может, я вместе с Алексом перебрала алкоголя? А может, и нет вовсе никакого Алекса, и я лежу в кровати у себя дома? Вот-вот мама постучит в дверь и скажет, что завтрак готов, а сама она сейчас поедет в редакцию.

Но вместо стука за дверью раздались шаги. До боли знакомые, чуть прихрамывающие шаги.

Я затаила дыхание, словно боялась, что он услышит и зайдет ко мне. Только зачем? А зачем он сказал все те слова, что по кругу звучали у меня в голове?

Элиас Митчелл вызывал слишком много вопросов и не давал ни одного ответа.

Я слышала, как он зашел в свою спальню. Слышала, как медленно прошел от двери к столу, стоявшему у окна. Слышала скрип стула, когда он сел на него. Я слышала слишком много. Возможно, слышала даже его тяжелое, чуть дрожащее дыхание – хотя, скорее всего, это было мое собственное.

Я хотела забыться глубоким сном, но, как назло, все было против меня. Сколько бы ни ворочалась, ни ругала себя, не смогла сомкнуть глаз ни на минуту.

Я не слышала, как Элиас лег спать. Возможно, он так и уснул, сидя за столом. Представив старшего Митчелла пускающим слюни на свои рисунки, я должна была почувствовать веселье, но почувствовала тоску.

Портреты. Мои портреты. Сколько их было у него? В тот злополучный день я успела заметить с десяток. А о существовании скольких я не знала?

Я стиснула зубы, уткнулась лицом в подушку и застонала.

Глава 12

Проведя ночь в лихорадочном беспамятстве, бесконечно засыпая и просыпаясь, под утро я встала совершенно разбитой.

5:41 показывали часы на мобильном. Это была, пожалуй, самая долгая и кошмарная ночь в моей жизни.

Я заставила себя подняться с постели и сходить в душ. Вместе с этим сменила повязку на руке на пластырь, который нашла в рюкзаке.

Судя по стоявшей в доме тишине, Митчеллы еще спали.

После душа стало легче и даже казалось, будто мне удалось смыть с себя неприятные остатки вчерашнего вечера. Воспоминания о произошедшем вызывали дурноту.

Когда я вернулась в спальню, то поняла, что мне физически тяжело находиться в этой комнате и в этом доме, осознавая, что за стенкой находится Элиас, а за дверью напротив – Алекс, который не знает о том, что случилось, а если узнает…

Мне срочно нужно было развеяться. Было ли хорошей идеей вызвать такси в шесть утра и уехать, не предупредив Алекса? Оставить ему записку? Написать смс? А что, если у него не выключен звук на мобильном и он проснется? Он ни за что никуда меня не выпустит, пока не выяснит, в чем дело.

Я все же собралась и вызвала машину, решив написать Алексу позже, чтобы дать ему возможность выспаться.

Перед выходом заглянула в гостиную, которая была все так же завалена мусором. Мысленно извинившись перед Глорией, я вышла из дома и села в такси.

Сначала я попросила сонного и хмурого водителя ехать «куда-нибудь», но позже остановила выбор на Нолкресте. Во-первых, до него было проще всего доехать по дороге, которую выбрал таксист, а во‑вторых, в такой ранний час в этом маленьком парке можно было застать только бегунов и собачников.

Водитель высадил меня на небольшой парковке, прилегающей к парку. Я расплатилась и двинулась в сторону зелени, чистого воздуха и тишины.

Узкие тропинки проходили через весь Нолкрест и закольцовывались в круги, оттого казалось, будто бы в парке оставил след НЛО.

Я пошла по одной из тропинок и вспомнила, что в последний раз была здесь с Лиз на рождественские каникулы.

«Твоя подруга довольно мила, но слишком отчаянно пыталась произвести на меня впечатление».

Внутри все напряглось. Я приехала сюда, чтобы развеяться и освежить мысли, а не думать об этом. Но это было невозможно.

Все мои вещи остались в доме Митчеллов, и я прекрасно понимала, что спустя несколько часов умиротворяющего единения с природой мне так или иначе придется туда вернуться.

Навстречу по тропинке бежал высокий спортивный парень в наушниках. Приблизившись, он подмигнул мне и двинулся дальше.

Я неспешно шла вперед, глядя по сторонам и глубоко дыша.

«Ты делаешь моего брата слишком счастливым, чтобы он поставил тебя в один ряд со всеми его предыдущими подружками».

Еще вчера я была бы искренне рада тому, что Алекс счастлив рядом со мной. Но сейчас мне отчего-то хотелось выть.

Кого я обманывала? Я прекрасно знала, из-за чего я хотела выть.

«Твое появление здесь было ошибкой. Твое появление в жизни Алекса было ошибкой».

Слова Элиаса не могли быть правдой. Он сказал это лишь для того, чтобы снова вывести меня из равновесия. У него всегда прекрасно это получалось.

«Я не перестаю думать о тебе ни на минуту с того самого момента, как ты появилась на пороге нашего дома».

Я остановилась и прикрыла глаза. Элиас определенно издевался надо мной. Возможно, это было испытанием для меня. Он хотел проверить, насколько я верна Алексу. Неужели он полагал, что я соблазнюсь на него?