Алиса Майорова – Наследница. Кровь демона (страница 7)

– В этом виноват ты, а не я, – она постаралась, чтобы ее голос звучал твердо и уверенно. И все же у нее не получилось сделать его в точности таким, как в коридорах замка. – Тебе и убирать.

Лицо Райнера оставалось бледным и каменным, но в его глазах разверзалась настоящая буря. Он скрутил обеими руками полотенце, разорвав его на крупные лоскуты. Затем он ударил ее – слабее, чем в тот раз, когда она предприняла попытку защитить Дарвина, но все равно ощутимо. Элисон стерпела и это. Не подавая признаков обиды или злости, она молча смотрела на вампира.

Старший брат поднялся из-за стола и подал ей руку со словами:

– Раз ты закончила, идем.

Такая внезапная перемена в его настроении не могла не насторожить, но девушка подчинилась, и они проследовали в гостиную.

Возле камина с полыхающим зеленью огнем их дожидался Хейки. Он встретил родственников неискренней улыбкой.

– Жаль, тебя не было с нами, – серым голосом бросил ему Райнер. – Ты пропустил такое зрелище!

– Правда? – заинтересовался Хейки. – Какое же?

– Наша сестра смела дерзить мне за столом.

– О, я думаю, ты заслужил, – вампир премерзко улыбнулся и развел руками. – Сожалею, но я ничего не мог поделать. Следовало уделить время важным делам. По правде сказать, я боялся не успеть до вашего появления.

– Даже если бы ты не успел, никто бы не расстроился.

– Особенно ты, братец.

– Скажу больше: твое отсутствие меня бы только обрадовало.

– Не сомневаюсь. Итак, милая сестра, где твои слезы радости?

Хейки обратил взгляд на Элисон, которая, оторопев от увиденного, застыла в дверях. Комната, до отказа заваленная подарочными свертками и блестящими коробками, отхлестала ее самоуверенность почти как ладонь Райнера – ее щеку.

– Нет… – Элисон медленно отступала назад. Ей бы возвратиться в столовую и залпом выпить вина, чтобы провалиться в крепкий сон. Но Райнер схватил ее за запястье и рывком втащил в комнату.

– Сегодня день твоего совершеннолетия, дорогая, – ласково проговорил Хейки, протягивая к ней руки для объятий.

Райнер торжествующе ухмылялся. Их общая задумка удалась на славу.

Быстрый стук ее сердца заглушал все остальные звуки – его удары эхом раздавались в голове. Тук-тук-тук-тук-тук. Подобно часам, оно отстукивало, сколько всего она упустила. Ей исполнилось шестнадцать, а это значит, что она достигла возраста вступления в брак. Как ей удалось забыть о приближении столь важного дня? Но Элисон забыла: во-первых, время пролетело мимо нее молнией, пока она скрывалась от вампиров, а во-вторых, переживания и ночные кошмары настолько истощили ее разум, что у нее просто не хватало сил думать о чем-то еще. Вот почему Райнер освободил ее из-под стражи и позволил пить вино за завтраком…

От безысходности у девушки подкосились ноги, но Хейки легко подхватил ее и усадил в кресло.

– Бедняжка. Это все твое вино, – с наигранным обвинением обратился он к брату.

– Ничего, она привыкнет к этому ощущению, – уверял Райнер. – Да и выпила она не так много.

– Привыкнет? Ты погляди на нее. Она же пьяна! Как ты мог допустить такое? Ей нельзя столько пить.

«Нет, я не пьяна, – чуть не выкрикнула Элисон. – Но я осознала, что скоро состоится коронация Райнера, а мне придется выйти за него замуж. За это чудовище! Нет, я не пьяна. Разве что от необыкновенного и невыносимого счастья!» Неужто они правда думают, что ей стало плохо от вина?

– Когда коронация? – сипло спросила она.

Вопрос Элисон сделал Хейки угрюмее тучи, зато Райнер весело ответил, будто хвастаясь:

– После полнолуния.

Так скоро! Хорошо, что она уже сидела, иначе эта новость сбила бы ее с ног.

– Дорогая, тебе нехорошо? – спросил Райнер, сияя белозубой улыбкой.

– Да… откройте окно, – попросила она, а потом вспомнила, что в поместье окна открывают только по ночам. Элисон пожалела, что не владеет силой, которая позволила бы на расстоянии управлять предметами. Уж тогда бы она открыла все окна и изжарила светом бездушных монстров, что смеют зваться ее братьями! Хейки так же, как и сама Элисон, после озвучивания сроков коронации пребывал в дурном настроении и не разделял восторга старшего брата. «Можно попробовать сыграть на этом, – подумала она, краем глаза наблюдая за Хейки. – Я могла бы подговорить его сорвать церемонию, если бы только была уверена, что он не содействует Райнеру». Ничего лучше не придумав, младшая Ричи решила давить на жалость.

– Разве невозможно, чтобы тебя короновали без меня? – с отчаянием обратилась она к старшему Ричи. Элисон хотела воззвать к его разуму, если он у него еще сохранился. – К чему эта глупая традиция? У нас не родятся дети, ведь вампиры не могут иметь потомства. Наш род прервется – ты этого хочешь?

Райнер настороженно посмотрел на нее, обдумывая ответ, после чего сказал:

– Не прервется. Благодаря тому, что я вампир, наш род будет существовать вечно.

«Я его не убедила».

– Но зачем тебе нужна я, когда я ничего не могу тебе дать?

– Как это – ничего? – старший Ричи изобразил искреннее удивление. – Ты – ключ ко всей Вейссарии. Ты способна открыть передо мной все двери и проложить дорогу к новым свершениям. И притом, я не могу пойти против традиций нашей семьи. Моя коронация не состоится, если я не женюсь на тебе. – Он перевел взгляд на Хейки и улыбнулся, с удовольствием наблюдая за его видимым, но тихим гневом.

Элисон с трудом сохраняла трезвость рассудка. Хейки пожелал сменить тему, спросив у нее:

– Ты не хочешь распаковать подарки?

Она не хотела, однако согласилась раскрыть при вампирах один, чтобы они поскорее оставили ее в покое. Девушка выбрала белый сверток с розовым бантом и развернула его. Глазам предстала шелковая ткань такого же цвета, как и праздничный бант. На ощупь она оказалась мягкой и гладкой, как и положено настоящему шелку.

– Платье? – огорчилась младшая Ричи.

– Тебе не нравится?

Она обернулась и увидела негодование на лице Райнера.

– Нет, – тут же ответила она и заставила себя улыбнуться. Если они заметят, что ей не понравился первый подарок, то заставят открывать все остальные. Так они и до вечера не управятся, а Элисон не терпелось уйти к себе и обдумать все в одиночестве. – Платье чудесное, спасибо. Я уверена, что и остальные подарки меня порадуют.

– А ты ждала, что мы подарим тебе свободу? – издевательская улыбка Хейки разбила все ее надежды на скорый отдых. – Этому никогда не бывать. И все же, несмотря на твое непослушание, ты заслужила немного праздника в свой день. Не желаешь прогуляться?

На прогулку они отправились вечером, когда опасное солнце ушло с небосвода. Райнер отказался сопровождать их, сославшись на неотложные дела, и у Элисон сразу возникли подозрения. Он не любил оставлять ее наедине с Хейки, а тут вдруг позволил им покинуть стены дома вдвоем.

– Он знает, что не может тягаться со мной, – решил самовлюбленный Хейки, слишком довольный собой, чтобы что-то заподозрить вместе с ней. – Я красивее, чем он, и намного умнее…

Элисон что-то невнятно пробормотала в ответ, и вампира это вполне устроило. Она не желала проводить с ним время и согласилась на прогулку только от безысходности: за отказ ее бы наказали.

– Готов поспорить, ты соскучилась по конным прогулкам, – бодро произнес Хейки, распахивая перед ней двери конюшни.

Для них уже седлали лошадей. Элисон восторженно бросилась к Ириске, не веря своим глазам. Она погладила кобылу по гриве – та, почувствовав ласку, потерлась мордой о ее рукав. Настроение от этой долгожданной встречи несколько улучшилось. Девушка обрадовалась, что в ее долгое отсутствие вампиры не тронули Ириску.

– Как далеко мы поедем? И куда? – спросила Элисон у брата.

– Увидишь.

Себе он взял гнедую кобылу, резвую и выносливую. Они направились к озеру, в противоположную от леса сторону. Элисон наизусть знала окрестности поместья из книг, но сама нигде не бывала. На небе зажигались первые звезды. Задорно перемигиваясь, с земли они напоминали россыпь алмазов на темном бархате. Вот бы дотянуться до них рукой, мечтательно думала младшая Ричи, задрав голову. Она наслаждалась свободой, движением чистого, хоть и ледяного ветра, безмятежностью прекрасного и недосягаемого, как ее утраченная сила, неба, хрустом снега под копытами Ириски и той особенной тишиной, которая бывает только хорошим зимним вечером…

– Следи за дорогой, – строгим тоном предупредил Хейки, чем испортил всю романтику поездки.

Но пришлось признать, что он прав: они ехали в полутьме, и лошади запросто могли споткнуться о лежащие под снегом камни, если не направлять их в нужную сторону. Брат и сестра проезжали мимо серебрящихся сугробов, самые большие из которых доставали Элисон до пят, когда Хейки спросил:

– Тебе в самом деле понравились подарки?

– Это так, – подтвердила она без улыбки. Вампир ехал рядом и почти все время смотрел на нее, а не на дорогу: он давно выучил здесь все тропы и знал, где какой камешек лежит. – Жаль, я не успела открыть все.

– У тебя еще будет время, – с мягкой улыбкой пообещал Хейки.

Вот еще! Как будто ей больше нечем заняться. По приезде домой она поручит служанкам разбирать подарки, а сама займется более важными вещами, например, углубится в поиски способа, как помешать коронации Райнера.

Они ехали в неловком молчании. Элисон давно заметила, что наедине с ней Хейки терялся, хотя в присутствии старшего брата умело находил весьма едкие и обидные слова. Девушка полагала, что Хейки старается во многом походить на Райнера, и зря. Без дурного влияния старшего брата он мог стать другим. Элисон лелеяла надежду, что еще не все потеряно, что настоящего Хейки можно вернуть… но сначала следует избавиться от Райнера.