Алиса Марсо – Измена. Расплата за ошибку (страница 7)

– Звучит так, как будто он жертва, а я злостный насильник над рабами. Вот только он сказал, что ему надоел быт, ребенок, который не дает расслабиться ночью, мои борщи, и вообще я скучная. Он выставил виноватой меня, и теперь ты говоришь, что все дело во мне, – я все-таки не выдерживаю и начинаю плакать.

Что же это я вся такая со всех сторон не удалась, что мужчина, с которым я прожила семь лет, не нашел в себе силы поддержать меня в трудную минуту. А как же: и в горести, и в радости? Или как веселиться, так все хотят, а как обнять и сказать: «Я с тобой, люблю тебя, не оставлю, все будет хорошо», – так сразу в кусты.

– Слабак он чертов, – причитаю я и утираю бегущие слезы.

– Катюша, родная моя, не плачь. Все будет хорошо. У тебя есть я и папа, Мишутка, твоя подруга...

– Вот именно, мама, благодаря моей подруге я теперь знаю, что меня мерзко предали и когда? Тогда, когда мне как никогда был нужен муж.

– Нет, Катюша, благодаря твоей подруге, ты лишилась семьи.

Глава 10

В корне не согласна с мамой, но продолжать этот разговор не вижу смысла.

– Ладно, мам, я поняла твою позицию, но прощать Олега не буду. Он не только предал наши чувства, но и не поддержал меня в трудную минуту. А сейчас, вместо того, чтобы падать в ноги и извиняться, он обвиняет меня в том, что пошел на сторону. Поэтому нет больше у меня семьи. Только Миша.

– Хорошо, Катюша, как знаешь. И на меня не злись. Я не могла сказать тебе правду.

– Могла мам, могла!

– Кать, как ты себе это представляешь? Мой ребенок ложится под нож, под наркоз, а я буду рисковать твоей жизнью и накануне операции сообщать такие новости?

Я молчу. Как бы мне обидно и больно ни было, но есть доля разумного смысла в маминых словах. Если представить мое состояние, в котором я нахожусь сейчас в день операции, то ни один врач не посмел бы положить меня на стол. Гормоны подскочили, давление, наверно, тоже, да и сердце стучит ненормально.

– Мам, хорошо, ты права, но давай на этом закончим. Пожалуйста. И прошу, ни слова больше про возврат Олега в семью. Этому не бывать, а мы с тобой только поссоримся.

– Ладно. Спокойной ночи, Катюша. Береги себя, и я жду звонка.

Этой ночью я долго не могла заснуть. Сначала убеждала себя, что мама не желала мне зла, затем думала, как я буду жить без мужа. Завтра отведу Мишу в садик и начну шерстить сайты в поисках работы. Даже не представляю, кем я могу устроиться.

У меня есть еще месяца четыре до оплаты следующего семестра в институте, но этого времени недостаточно, чтобы накопить нужную сумму. Плюс квартира. За этот месяц Олег заплатил, а вот за следующий придется платить самой.

Я почти застонала в голос от той суммы, которая необходима в ближайшие месяцы. А есть же еще элементарные вещи: еда, одежда, из которой сын постоянно вырастает, оплата кружков, сдача денег в детском саду. Про себя уже молчу. Если результаты анализов будут плохими, то где брать деньги на лечение даже не знаю.

С мокрыми от слез глазами я все-таки засыпаю.

Утром, собрав себя в кучу, я отвожу Мишу в сад, покупаю продукты первой необходимости и возвращаюсь домой.

На карте еще остается небольшая сумма денег, на какое-то время хватит, но выход нужно искать и срочно.

Не успеваю открыть ноутбук, как звонит телефон.

– Да, Светлана Николаевна, – беру трубку и настораживаюсь.

Светлана Николаевна – хозяйка квартиры, в которой мы живем уже несколько лет. Все финансовые вопросы с ней всегда решал Олег, и до сегодняшнего дня мне она ни разу не звонила.

– Здравствуйте, Екатерина. У меня для вас две плохие новости.

Сердце пропускает удар. Сразу две? А чего не пять? Мне же мало плохих новостей за последние сутки, может сразу вывалить все и добить. Но я сдерживаю эмоции и вежливо слушаю.

– Дело в том, что у вас долг за квартиру, за последние три месяца. Я понимаю сложности с деньгами, Олег говорил, что вы болеете, но и вы поймите меня, я живу с этих денег, у меня дети, внуки, всем нужно помогать.

– Как долг? Муж мне говорил, что регулярно платит! – голос садится, и я силюсь выдавить из себя хоть слово.

Пространство перед глазами плывет, меня бросает в пот и кажется, что голова раздувается до размера воздушного шара.

– Это не так, Катя. Я сегодня говорила с Олегом, он сказал, что больше не живет с вами в квартире, поэтому вопрос с долгом я теперь буду решать с вами.

– Я... – меня охватывает полнейший ступор, и что ответить я просто не знаю. – У меня нет такой суммы, Светлана Николаевна. Я не знала, что у нас долг, правда. Господи, я даже не знаю, что теперь делать!

– Даже не рассчитывала на другой ответ. К сожалению, я не могу подать на вас в суд, так как официальный договор с вами не заключала, ну и налоги, конечно, не платила. Поэтому вторая плохая новость: вам, Катя, нужно освободить квартиру. Вы столько лет платили без заминок, но, видимо, у вас какие-то затяжные проблемы. Понимаю, но и своя рубашка ближе. Знаю, что у вас маленький ребенок, поэтому даю вам неделю.

Я кладу телефон и несколько минут смотрю на стене в одну точку. Почему муж не платил за жилье столько времени? Деньги же были. Не поверю, что он все спустил на эту Машу. Бизнес расцветает, знаю, что появились новые клиенты, причем крупные заказчики.

Куда мне с Мишей идти? Я не потяну другой съем, цены давно выросли, а к родителям вообще не вариант.

Сгибаюсь пополам и закрываю лицо ладонями. Слезы рвутся из глубин самой души. Так паршиво, как в эти дни мне еще никогда не было. За что все это? Я же старалась быть примерной женой, мамой и хозяйкой. Я не заслужила такого отношения.

Куда делся мой любимый муж, мужчина, который обещал любить и не предавать, быть рядом и в горе и в радости? За что такое предательство, такой удар под дых?

Ну, не нужна больше, полюбил другую, скажи, поговори со мной. Дай время, чтобы научиться жить одной, по-человечески поступи, но нет, нужно воткнуть нож в спину и обязательно прокрутить побольнее.

Рывком встаю на ноги и рычу раненым зверем. Просто кричу на всю квартиру, чтобы выплеснуть из себя безысходность, что пожирает изнутри, плавит органы, дышать не дает.

Истерика перерастает в агрессию, и я чувствую, как меня трясет. Хватаю с дивана подушку и яростно кидаю в стену. Под рукой оказывается подставка для телефона, беспроводная мышка, небольшая ваза для конфет. Все летит и в дребезги разбивается о стену. На полу лежат осколки пластика и стекла, на стене скол от вазы, я тяжело дышу, пытаясь держать себя в руках и успокоиться.

Смотрю на безумие, что совершила, и по-детски топаю ногой.

Хватит, Катя, слез! Хватит жалеть себя! Сама виновата! Слишком доверяла, рассчитывала только на мужа, жила себе и думала, что так будет вечно! Не учит тебя чужой опыт, наивно думала, что с тобой такого не случится? Значит, получай, выгребай за все, расплачивайся за собственные ошибки.

Глупая дура, растворилась в муже, доверила ему свою жизнь и будущее, будешь знать, что не существует безмятежного счастья. Все врут, все передают!

Быстро иду на кухню и выпиваю полный стакан воды.

Я совсем справлюсь, найду работу и жилье. Если не потяну, возьму в институте академку и накоплю на дальнейшее обучение позже. Не буду несчастной брошенкой, сама встану на ноги и сына подниму.

Из решительных мыслей вырывает внезапный звонок в дверь.

Кого еще принесло?

Не смотря в глазок, распахиваю дверь и отшатываюсь, словно от прокаженного.

На пороге стоит Маша – любовница мужа.

Глава 11

От удивления и такой наглости, даже не сразу нахожусь, что сказать нежданной гостье, но ее надменный и идеально вылизанный вид, как удар по самолюбию, срывает все пломбы терпения.

– Ты, что здесь забыла? – грубо спрашиваю я, желая захлопнуть дверь и в идеале шандарахнуть по вздернутому носу.

Девица презрительно хмыкает.

– Забрать то, что тебе не принадлежит.

– Даже так? А я думаю, что ты только и делаешь, что подбираешь чужое. Любишь бывшего употребления? – намеренно высокомерно смеюсь ей прямо в лицо, когда на самом деле внутри все горит от боли.

Мне бы может и стоило захлопнуть дверь и не наносить себе еще более глубокие раны, но если быть честной, стало любопытно, из-за чего она набралась столько смелости и пришла в логово к врагу.

Любовница мужа меняется в лице, но быстро берет себя в руки и выше поднимает подбородок.

– Я беру лишь то, что хочу. Так было всегда и так будет.

– Смотри, чтобы хотелку твою не обломали. Раздвигать ноги перед чужим мужем много ума не надо. Хотя… Я лучше спрошу у тебя совета, где качественно силиконом мозг накачивают? Тоже, что ли, сходить, – мне одновременно и грустно, и смешно.

Маша делает выпад вперед и злобно шипит:

– Это называется ухаживать за собой. А вот ты курица-наседка. Посмотри на себя. Ты не можешь возбудить ни одного мужчину, а им всегда нужна яркая, сексуальная тигрица в постели, а не облезлая кошка.

Я пытаюсь закрыть дверь, чтобы не продолжать бессмысленный разговор и не мучить себя этой перебранкой, но на проходе стоит «эта». Она давит на больное, гадюка знает из-за чего ушел Олег. Неужели у него хватило мерзости обсуждать меня с этой шлюхой?

Перед глазами встает картина, где она сияющая выходит из салона красоты и вешается моему мужу на шею. Злость с новой силой ползет по внутренностям.

Неужели все, что мужчинам надо это искусственная фифа и пухлые губы на их стояке в штанах? Кобели чертовы.