Алиса Марсо – Измена. Расплата за ошибку (страница 8)

Слезы сдавливают горло, но я не позволяю себе расплакаться перед этой гадиной. Такого унижения я не вынесу. В груди распирает ребра, но я сглатываю и иронично скалюсь.

– Очень интересно будет посмотреть на ваши высокие отношения, когда мужику кроме стоячих сисек понадобиться что-то более земное. Пожрать нормально, например, надеть чистую, выглаженную рубашку, – опускаю взгляд на ее длинные, острые, наманикюренные ногти и хмыкаю.

– Ты так ничего и не поняла? – смеется Маша. – Мы едим в ресторанах или заказываем домой и ужинаем порой глубокой ночью, прямо в постели, потому что нет сил, даже выйти из комнаты. Ножки дрожат. Знаешь же такой эффект от очередного оргазма? Олегу не нужна домохозяйка, а стирать, убирать и гладить всегда может наемный работник, и мой мужчина в состоянии все это мне обеспечить. Главное – вызвать в нем это желание. Я вот смогла, а ты неудачница.

Я делаю шаг в сторону стервы, и той ничего не остается делать, как отступить назад. Отлично, теперь хоть дверью хлопнуть перед ее носом можно.

– Ты глупая девочка, Маша. Твой нюх на деньги тебя подвел. Олег из другого теста, и я хочу видеть твое лицо в тот момент, когда ты это поймешь.

Разворачиваюсь назад и намереваюсь закрыть дверь, но мне в спину летит фраза, от которой я не то чтобы замираю на месте, а хочу рухнуть на пол и закрыть руками уши. Но я лишь гордо выпрямляю спину.

– Я жду от него ребенка! – почти выкрикивает змея. – Он любит меня и будущую доченьку, о которой он так мечтает. Ты можешь уговаривать себя, сколько хочешь, что он меня тоже бросит, но я не ты, я лучше, красивее, я даю Олегу то, что ему нужно. Поняла?

Мне одновременно грустно и смешно. Хочется рассмеяться в надменное лицо, но чувствую, что это истерика подбирается к краю моей грани, и если я сорвусь, то спущу эту кобру с лестницы.

– Ты набралась храбрости, чтобы прийти ко мне и сказать это? – выгибаю бровь.

Я действительно не понимаю, какого черта она приперлась ко мне домой и несет весь этот бред.

– Хочешь, чтобы я тебя поздравила? Или дала совет, как растить ребенка? Так я тебе с удовольствием его дам, только приходи чуть позже, когда будешь обливаться слезами и не знать, как одной обеспечить себя и дочь, потому что тебя нагло бросили ради молодой и ухоженной.

– Олег со мной так никогда не поступит. Я не ты! А пришла я сказать, чтобы ты не мешала нашему счастью и быстрее разводилась с Олегом.

Я не выдерживаю и все-таки начинаю смеяться.

– О, так я, наоборот, вас благословляю. И даже благодарю тебя за то, что ты показала мне настоящее лицо моего мужа. Только я не пойму, – широко улыбаюсь я, – ты хочешь, чтобы я подала на развод? А Олег что, не очень-то торопится с этим? Или не хочет?

Маша стискивает зубы и цедит сквозь них.

– Слушай сюда, Катя. Меня утомил этот разговор, – на этой фразе я искренне изумляюсь самомнению этой девушки. – Просто запомни, на алименты можешь даже не подавать, тебе ничего не светит, а если и получишь, то три копейки. Поэтому подавай на развод и занимайся собой и своим сыном, тогда у тебя есть еще шансы устроить хоть как-то свою личную жизнь.

– Я смотрю, ты уже за всех все продумала? – наигранно поджимаю губы и делаю вид, что в печали. – Это все, что ты хотела мне сказать? Чтобы я подавала на развод и не подавала на алименты? Маш, давай серьезно? У вас с Олегом все так плохо? Он не в состоянии обеспечить двоих детей и не спешит на тебе жениться?

Любовница мужа ничего не успевает ответить, как на этаже открываются створки лифта, и выходит… мой муж.

Он в недоумении бегает взглядом от своей пассии ко мне и обратно, и на глазах багровеет.

– Что ты здесь делаешь?

Глава 12

Олег откровенно злится и медленно идет в нашу сторону, в руках пакет с названием из соседнего супермаркета. Он неотрывно смотрит на Машу и лишь изредка бросает быстрый взгляд на меня.

Маша, в свою очередь, открывает и закрывает рот, затем вся выпрямляется, видно, что очень волнуется, натягивает на лицо участливое выражение лица и, широко улыбаясь своему любовнику, мило воркует:

– А я тут с твоей бывшей женой болтаю...

– Я сказал тебе ждать меня в машине, пока я в магазин пошел, зачем ты поднялась? И она еще не бывшая, – Олег приближается вплотную к Маше и смотрит строго и требовательно.

Я чувствую себя лишней. С одной стороны, я должна вроде радоваться таким вот разногласиям между моим изменщиком мужем и его любовницей, к тому же Олег позволяет себе выяснять отношения с пассией не стесняясь меня, а с другой стороны, мне настолько омерзительно видеть этих двоих, что наслаждаться началом краха их предательских отношений даже нет желания.

Счастье на несчастье других не построишь.

Мне плевать на эту Машу, на мужа, на их проблемы, кто там кого не слушает, мне бы одной остаться, пока сына дома нет, поплакать, успокоиться, переварить тот факт, что жилья у меня теперь тоже нет, придумать выход, а не вот это вот все.

Слушая фоном оправдания Маши, я просто закрываю перед их носом дверь и спокойно иду на кухню.

Странным образом внутри все застыло, превратилось в тень, словно я играю в прядки сама с собой. Спряталась и даже не дышу, чтобы никто не нашел.

Страшно от того состояния. Я либо зависну в нем надолго, либо сорвусь так, что этим двоим будет туго.

Чувствую себя заснувшим вулканом. Маша своим появлением выбила из колеи, затем мне стало любопытно, зачем она приперлась, потом снова нанесла удар беременностью, но когда из лифта вышел Олег, в первую секунду я растерялась, потом вспомнила, что ненавижу его, а сейчас...

Я словно увидела его с другой стороны. Его измена не укладывается в моей голове и все еще кажется чем-то нереальным, но эти двое только что все уложили по полочкам.

Олег не только предал все то, что мы с таким трудом создавали, но и заделал ребенка на стороне. Но приводит в замешательство другое: он, что, не хочет разводиться со мной и жениться на этой? В чем тогда смысл всего этого балагана? Просто потрахаться на стороне? Действительно отвлечься от моей болезни? Ну, так я смертельно ничем не больная, пока, да и скрываться тогда лучше нужно было.

Хотя нет, он говорил, что я приелась. Ой, все, пофиг. Только голова от этих мыслей болеть начинает. Олег не любит ни меня, ни эту Машу, он поставил ее на место прямо у меня на глазах, не заботясь о ее гордости. Этот гад не любит никого, кроме себя. Мне бы научится жить одной с сыном, и однажды я порадуюсь, что судьба отвела от меня неподходящего для счастья мужчину.

Хлопает дверь, и я слышу тяжелые, но знакомые шаги мужа.

– Что она тебе сказала? – с порога требовательно спрашивает Олег.

– Есть за что переживать?

– Я серьезно, Катя! – напирает муж.

Я резко разворачиваюсь всем корпусом и возмущенно вскидываю брови.

– Серьезно? У тебя больше нет прав требовать от меня ответа. Ты их лишился вчера. Нет, еще раньше, когда завел себе эту расфуфыренную утешительницу твоей нервной системы. Или, судя по долгам за квартиру еще раньше, когда решил, что благополучие твоей законной жены и родного сына важны меньше, чем силиконовые сиськи стройной кобылки.

Выражение лица Олега меняется от недоумения до враждебного.

– Ты ничего не знаешь, – цедит он сквозь зубы. – Ничего. Тебе меня не понять.

– Однозначно, Олег. Я бы просто не смогла предать близкого человека, который доверил мне свою жизнь, не смогла бы разрушить сердечко своего ребенка, который искренне любит всей своей маленькой душей и наивно верит, что папа в командировке с сотрудницей Машей. Я не знаю, что я должна понять в твоем случае, но ты мог бы для начала просто поговорить со мной. Тогда бы я и знала, и понимала.

– И тогда бы я выглядел в твоих глазах неудачником, – бросает Олег, идет к раковине и жадно выпивает стакан воды.

– А сейчас ты в моих глазах прям сильный и смелый герой? – хмыкаю я.

– Ты не должна была узнать о Маше.

– Ты охренел? И сколько ты собирался мне рога ставить?

– Не знаю, Кать. Ты родной мне человек, я не хотел тебя терять, привык, с тобой уютно, а с Машей... По-другому совсем, с ней я как мальчишка. Она всколыхнула во мне забытые эмоции, которые невозможно испытать больше с тобой.

– То есть ты хотел жить на две стороны? Я тебя обслуживаю, как домработница, а она зажигает забытое в постели? Ты себя слышишь, Олег?

– Да все я слышу, – муж проходится по волосам и садится за стол. – Я знаю, что так нечестно, но бороться с собой не смог.

– Гад ползучий ты, Олег. Эгоист чертов. Ты нашу семью разрушил, сыну не знаю, что сказать, почему папы нашего нет рядом, и девочку ту глупую тоже использовал. Она, конечно, сама виновата, нет у меня к ней сочувствия, нечего в чужую семью лезть, урок хороший ей будет, но ты использовал нас обоих и в итоге останешься один. Ты же не потянешь ее.

– Замолчи!

– За больное задела? – не поняла я.

– Хватит! – Олег встает, идет в коридор, но снова возвращается. – Я пришел за вещами, а не болтать.

– Олег, – муж тормозит и оборачивается. – Я так поняла, ты не торопишься на развод подавать, поэтому подам я. Ты можешь, сколько хочешь заводить любовниц, жениться, разводиться, делать детей, но у тебя уже есть сын, поэтому я сразу подам на алименты. Это так, чтобы ты был в курсе.

Олег застывает, какое-то время стоит ко мне спиной, затем поворачивает голову.