Алиса Мак – За гранью Разлома (страница 22)

– Я подожду на улице. А у вас будет повод вернуться побыстрее.

– Спасибо.

Слово было сказано тихо и чувственно. Оно наполнило сердце Рады неожиданной силой, и она, вспыхнув, поспешила схватить корзину с уже проснувшейся кикиморой.

– Ну что, защитишь меня?

Ночка волновалась. Она не хотела обратно в лес, но была готова защищать свою спасительницу ценой собственной жизни. Особенно если это поможет хозяйке принявшего её дома.

– Всё будет хорошо, – пообещала ей Рада. – И с нами, и с ними.

Максещё пытался возражать, но Рада уже всё решила. Больше не слушая брата, она вышла из автодома и глубоко вдохнула вечерний запах леса. Мягкое тепло нежно коснулось неприкрытых плеч, глубокие тени казались больше уютными, чем страшными.

Выбравшись из корзинки, Ночка резво перебралась на плечо Рады и вдруг потёрлась щекой о её щёку. Шерсть на лице кикиморы оказалась мягче, чем на остальном теле, и попытавшаяся было разыграться тревога притихла. Вместе с кикиморой обшарив ближайшие кусты, Рада нашла подходящее место: под одним из окон автодома ветки образовывали что-то вроде навеса. Бессмертный вынес ей бутылку с водой, два бутерброда, завёрнутых в бумагу, складной стул, топор на длинной ручке, пару баллонов с ядовитым газом, плед и фонарь. Ждать возвращения охотников до темноты не стоило, а потому, устроив себе вполне уютное убежище, Рада разместилась на земле возле стула и затаилась, убедившись, что ей открыт обзор на дверь автодома. Все трое должны были выйти оттуда в рабочей одежде, и Рада изнывала от желания увидеть её.

Первым автодом покинул Кот. Ожидавшая увидеть что-нибудь похожее на костюм супергероя из фильма Рада осталась разочарована его чёрной толстовкой с криво нашитыми на капюшон чёрными же лоскутами ткани, обозначающими уши. Капюшон фиксировался на голове с помощью больших защитных очков с зелёными стёклами; нижнюю часть лица закрывал чёрный платок. Узнать в этом человеке Славу было возможно только по его невысокому росту и камуфляжным штанам с многочисленными карманами.

– Не хватает хвоста, – пошутила Рада.

Кот почесал капюшон в районе затылка и немного смущённо ответил:

– У меня был, но он за всё цеплялся и я его убрал.

– А не жарко летом в такой одежде?

– Ну, ночью терпимо. Зато зимой прохладно. У меня на мороз другое было, но, это, сгорело теперь. – Кот развёл руками. – Ну ничего, новое достану.

Плащ и платок Макса Рада уже видела. Со стороны её названый брат мог бы выглядеть грозно, если бы левый рукав и подол не были сильно обожжены. Прикреплённые к поясу баллоны с газом тоже не добавляли антуражности, хотя наличие колдовской книги, возможно, могло бы немного исправить дело. Увы, книги не было.

Бессмертный вышел последним, задержавшись на несколько секунд. Он бережно запер дверь автодома самым обычным ключом и протянул его Раде.

– Дождись нас, прежде чем заходить внутрь, хорошо? – попросил он, и Рада кивнула, заворожённо глядя в лицо легенде.

Слухи вновь не соврали. Бессмертный не заморачивался по поводу своего образа, довольствуясь обычной хоккейной маской. С его массивным телом, светлой майкой и спортивными штанами Бессмертный напоминал злодея из фильмов ужасов, с той только разницей, что вместо бензопилы или топора в руках он держал то же, что было положено держать каждому охотнику на вампиров: колдовскую книгу и связку баллонов.

– Ну, мы пошли.

Рада молча проводила взглядом мужчин. Лишь после того, как они скрылись в темноте ночи, она вспомнила, что так и не попрощалась с ними, не сказала нужных слов.

– Уходите, – прошептала она в ночную тьму леса. – Уходите и не возвращайтесь, пока не сделаете то, зачем ушли.

Глава 4

Знание

У конного памятника, не пойми что забывшего на маленькой площади посреди крошечного городка, отсутствовала голова. Судя по гладко оплавленным краям шеи, голова была отделена не без помощи колдовства, человеческого ли, вампирского ли. На сером постаменте, прямо поверх светлого прямоугольника, на месте оторванной таблички красовалась крупная выцветшая надпись: «ПОД ЗАЩИТОЙ ИНКВИЗИЦИИ». Макс наградил надпись скептическим взглядом; с тем же скепсисом он относился ко всему, связанному с этой организацией.

Впрочем, на этот раз стоянка в самом деле была под защитой. Стоило охотникам выйти на площадь, четверо мужчин в камуфляжных костюмах и защитных масках направили на них газовые баллоны, держа наготове колдовские книги.

Слава приветственно замахал руками, Миша поднял маску. Четверо опустили оружие. Каждое движение их рук сопровождалось тихим шелестом нашитых на спины кусков ткани, весьма отдалённо напоминающих крылья.

– Бессмертный, Кот, и этот, в капюшоне, – задумчиво проговорил тот, кто стоял слегка впереди. – Не ожидал увидеть вас вместе. Тем более здесь.

Проигнорировав «этого в капюшоне», Макс сдержанно кивнул. Он был бы не слишком расстроен, если бы его действительно не узнали; увы, здесь был другой случай.

– Мотыльки, – благосклонно проговорил Миша. – Какими судьбами?

– Здесь развелись крысы. Чистим.

Макс внимательно оглядел говорившего. Это был не тот человек, который возглавлял Мотыльков в прошлый раз. Где он? Погиб или сейчас отсутствовал? Мотыльков всегда шестеро, здесь были лишь четверо.

– А чего, давно? – поинтересовался Кот.

– Давно, – буркнул другой Мотылёк, и Макс, узнавший голос, едва сдержался от желания скривиться: этот голос был, как сок лимона на языке. – Недели четыре в области.

– И много крыс?

Нужно было спросить это предельно нейтрально, но неприязнь всё равно прорвалась, и Максу ответили тем же:

– Достаточно, чтобы представлять опасность для цивилов.

В дерзком голосе звучал откровенный вызов. Что ж, он до сих пор не смог повзрослеть.

– Тебе я бы советовал уехать туда, где безопаснее. Ты ведь так обычно делаешь, да?

– Был бы рад последовать совету, но, боюсь, ваши крысы прогрызли мне шины, а заодно распотрошили пару фур с продуктами и закусили группой тех самых цивилов. – В памяти вспыхнуло смеющееся лицо Ирки. – Неужели шестерым Мотылькам в самом деле не хватило чёртового месяца на то, чтобы отловить шайку из пяти отбросов?

– А, то есть ты с этими отбросами уже встречался? Рад видеть, что ты смог сбежать. Жаль, что не смогли другие.

– Так, давайте не будем… – начал было Миша одновременно с тем, как один из Мотыльков положил руку на плечо младшего товарища.

Макс медленно вдохнул через нос и так же медленно выдохнул. Не помогло. Внутри клокотало бешенство, которое выдавала лёгкая дрожь в понизившемся голосе.

– К сожалению, мы с Котом приехали сюда значительно позже, чем вы, и никого не успели спасти. Мы оказались настолько бесполезны, что даже не сумели догнать двух ушедших от нас отбросов после того, как сложили троих.

– Пятый, хватит!

Дерзкий Мотылёк сбросил вцепившуюся в его плечо руку старшего и отошёл назад. Макс проводил его испепеляющим взглядом. Парень – его ровесник, а ведёт себя лет на четырнадцать. И как Мотыльки его терпят? Впрочем, остальной состав Максу нравился не намного больше. Должно быть, оттого и оказалось приятно услышать, что этот тип всё ещё Пятый, как и полгода назад. Состав Мотыльков оставался стабильным, по крайней мере первые пять, а значит, можно было не считаться с неизвестным лицом.

– Двух недобитышей вы так и не поймали, я правильно понял? – уточнил Макс, а Миша немедленно подхватил вопрос:

– И никаких следов вампиров в округе?

– Последние дней пять здесь никого, – ответил третий Мотылёк, и Чтец сжал зубы, не позволив себе очередной выпад. Впрочем, за него это сделал Кот:

– А чего вы тогда тут?

Вопрос Славы прозвучал потрясающе невинно и немного растерянно. Просто прекрасно.

– Двое уходят в разведку, остальные следят за безопасностью стоянки, – невозмутимо ответил главный. – Проезжающие мимо люди часто останавливаются здесь на ночь, и Инквизиция отвечает за то, чтобы они могли спать спокойно.

– Хорошее дело. – Миша улыбнулся, но его взгляд остался серьёзным. – Пожалуй, не будем вам мешать. Надеюсь, об этих крысах скоро можно будет забыть.

– Пока! Удачи в охране памятника! – Слава жизнерадостно помахал рукой и, оставив Мотыльков осмыслять мотив сказанного, обернулся к Максу. – Чего, идём?

– Идём.

Макс первым шагнул в ту сторону, откуда они пришли. Напарник последовал за ним и вдруг негромко – однако так, чтобы желающие услышать могли это сделать, – заметил:

– У них проблемы с крысами, потому что давно не было кота.

– Надеюсь, конкретно этого Кота в их составе не будет.

– Да ни в жизнь! – пообещал Слава, и Макс безоговорочно ему поверил.

В чём они абсолютно сходились, так это во мнении, что большие команды, а тем более организации вроде Инквизиции, здорово мешают работать и жить.

Наставник Макса тоже не любил Мотыльков, правда, по более личным причинам: его предыдущий ученик сбежал к ним.

– Ты знаешь, почему он меня киданул, а? – жаловался вечерами хлебнувший лишнего Синий. – Он, это, сказал, что я слишком старый. Ну да, я не из этого вашего поколения мечущегося, но какой я старый, мне ещё пятидесяти нет… Я в армии служил, пока вы клювами у мамкиной груди щёлкали! У меня опыта больше, чем у всех этих Мотыльков вместе взятых, а теперь я для вас, значится, старый…

Скорее всего, настоящая причина бегства ученика была другой. Может, пристрастие Синего к алкоголю, а может, иные особенности характера, однако в одном бывший военный был прав: опыта ему хватало, и Макс ценил возможность перенять его часть.