Алиса Мак – За гранью Разлома (страница 21)

Для самой Ночки Бессмертный вытащил откуда-то помятую корзину и, положив внутрь старую футболку, поставил её у двери.

– Пока пусть будет так, – решил он. – У нас почти не осталось воды. Завтра поедем к реке, отмоем Ночку и устроим ей норку получше.

Бессмертный не знал, что лучшего места бедолага не могла и представить. Быстро передвигая лапками, кикимора бегала от Миши к Раде, и её выпуклые чёрные глазки блестели так, будто на них выступили слёзы. Рада не знала, могут ли кикиморы плакать на самом деле, и Ночка не спешила давать пояснений.

Когда лохматое чёрное существо забралось в корзину и плотным клубочком свернулось там, Рада присела рядом. Ночка казалась ей трогательно беззащитной и потому очаровательной. Оторваться от неё было попросту невозможно, и Рада так и сидела, вполуха слушая разговоры охотников: они решали, куда двинуться дальше и где ночевать.

– У памятника?

Голос Макса стал громче, и Рада, обернувшись на звук, увидела, что все трое, один за другим пробираясь по узкому коридору, перемещаются в головную часть автодома.

– За полтора часа доедем, – объяснил Бессмертный, усаживаясь на водительское кресло. – Там хорошая стоянка, и, если её не успели разорить, там можно подзарядиться.

– Когда ты был там последний раз?

Бессмертный недоумённо оглянулся на школьного друга.

– Довольно давно, но это стоянка Инквизиции, думаю, я бы знал, если бы там случилось что-то серьёзное.

– Но ты ведь не в Инквизиции.

В словах брата Рада различила заметное напряжение.

– Нет, но это не мешает мне с ними общаться.

Макс медленно опустился на пассажирское место, и Рада была готова поклясться, что сейчас он должен был глубоко вздохнуть.

– Тут это, короче, я думаю, Макс про тех недобитышей, – вмешался Слава. – Ну, это ж там неподалёку было. И тут в окрестностях ещё на их фуры напали, а потом людей убили, и вон та история с Мотыльками была. Короче…

Макс не позволил ему закончить:

– Если недобитыши живы, они вполне могут оставаться поблизости. Стоянка у памятника обычно пустует, одинокий автодом может привлечь внимание.

На короткое время воцарилась тишина, и только успевшая заснуть кикимора мирно посапывала в своей корзинке.

– Слушайте, – выпалил вдруг Слава, – а может, наоборот, если они там, то пусть идут? А мы их того, покараем!

– Карать вампиров, убивающих невинных и захватывающих стоянки, – моя работа, – серьёзно ответил Бессмертный.

– Но у меня нет книги, – нервно возразил ему Макс. – А у нас в автодоме две абсолютно беззащитные девчонки.

– Зато у вас есть я. – Не нужно было видеть лица Бессмертного, чтобы понять: он улыбается. – Не волнуйся, о девчонках я позабочусь, и тебе тоже найдём чем заняться. Думаю, есть смысл загнать автодом куда-нибудь в лес рядом со стоянкой, а самим пешком прогуляться туда, разведать. А дальше можно будет решать по обстоятельствам.

– И бросить их вдвоём в автодоме где-то в лесу так, чтобы в случае беды им точно никто не помог?

– Не волнуйся, Макс. Мы с Миркой позаботились о том, чтобы я мог оставлять её не тревожась. В конце концов, сейчас она самый важный человек в моей жизни.

Рада невольно обернулась к зелёной занавеске. Не знай она наверняка, что где-то там на верхнем ярусе кровати скрывается девушка, она ни за что не поверила бы, что их в автодоме не четверо.

– Хорошо, – решил тем временем Макс, – давай попробуем. У меня остались три печати: поджигать мертвечину, тушить огонь и маленькое солнце.

– Достойный набор, – похвалил Бессмертный, а Слава нетерпеливо спросил:

– Так что, едем?

– Едем, – подтвердил Макс, и Бессмертный нажал на педаль.

Автодом вздрогнул и плавно двинулся с места, как будто они сейчас вовсе не продирались через подлесок. Задняя лапка кикиморы беспокойно дёрнулась.

– Что это?

– Знал, что ты оценишь. Это одна из пяти печатей с панельки, сделанной специально к этому автодому. Хочешь посмотреть?

– Да. – Кажется, Макс был готов прямо сейчас выкинуть школьного друга с водительского места, но сдержался. – Как будет свободное время.

Рада покосилась в их сторону, но ничего не увидела. Автодом медленно тащился через лес, и девушка, решив оставить Ночку в покое, перебралась обратно на угловой диван, поближе к окну. Тут-то она и увидела.

Автодом действительно неспешно продвигался через подлесок, но каждая ветка, каждый куст, каждая часть леса, способная стать препятствием, отклонялись в сторону, стелились по земле, прижимались друг к другу, лишь бы обеспечить им безопасный проезд. Вздох восхищения помимо воли вырвался из горла, и Рада, обнаружив, что уже привлекла к себе внимание, решилась спросить:

– А за автодомом оно всё возвращается как было?

– Да, – отозвался Бессмертный. – Получается очень удобно. Мы подъезжаем к лесу, лес пропускает нас и закрывается. Так можно легко уходить от погони: следов от шин не остаётся.

– Класс… – только и смогла протянуть Рада, никогда не слышавшая о подобном.

Преодолев подлесок, автодом выбрался на дорогу и набрал скорость. Прилипнув к окну, Рада жадно всматривалась в картины никогда не виданных ею мест. Смешанный лес, окрашенный закатом, казался одновременно родным и новым. Рада потеряла счёт времени, а солнце медленно опускалось к горизонту.

Над спинками передних кресел торчали затылки Бессмертного и Макса, заслоняя обзор. Они тихо переговаривались о чём-то, но Раде не удавалось разобрать ни слова. Слава, немного потоптавшись рядом с ними, удалился в заднюю часть автодома. Ночка мирно посапывала в своей корзине. Становилось скучно, и Рада, прислонившись виском к стеклу, прикрыла глаза. Усталость минувшего дня с неожиданной силой навалилась на неё, делая тело непослушным и тяжёлым. Снова заныли ноги и плечи. Мысли двигались всё медленнее и ленивее, они непослушно убегали, готовые в любой момент превратиться в сновидения, а в воздухе почему-то запахло мамиными ягодными пирожками, и реальность окончательно потерялась за неясными образами, навеянными сонным разумом.

Автодом сильно тряхнуло. Навеянный дремотой запах пропал, и Рада, резко открыв глаза, замотала головой. Они медленно ехали по очень неровной поверхности.

– Что случилось? – тревожно спросила она Макса, и тот ответил:

– Приехали.

Слава успел переместиться вперёд и теперь стоял, повиснув на спинке кресла Макса. Он вытягивал шею, вглядываясь вдаль, и Рада, последовав его примеру, слезла с дивана и вцепилась в спинку водительского кресла. Автодом сошёл с дороги и теперь медленно полз по обочине, хрустя лесным настилом.

– Куда мы едем? – спросила Рада, и Бессмертный коротко ответил ей:

– В лес. Только найду подходящее место.

Подходящим оказалось место, где между большими, даже под действием печати не способными отклониться в достаточной мере деревьями был удобный для автодома зазор. С восторгом разглядывая расступающуюся перед ними растительность, Рада чуть не подпрыгивала на месте, а автодом, продвинувшись вглубь метров на пятьдесят, закопался в немедленно сошедшиеся вокруг него кусты.

– Здесь их никто не найдёт, – пообещал Бессмертный, но Макса, кажется, это уже не заботило.

– Собираемся? – шагая к своему рюкзаку, спросил он, и Бессмертный кивнул.

– Миша.

Тихий голос из-за зелёной занавески скользнул по автодому и непостижимым образом был услышан. Бессмертный незамедлительно заглянул к спутнице и что-то тихо спросил. Слов было не разобрать, но выражение лица охотника показалось Раде поразительно нежным и грустным. Рада опустила взгляд. Отношения этих двоих были ей плохо понятны, но в глубине души она надеялась, что, оставшись вдвоём, им с Мирой удастся хоть немного поговорить.

Когда легендарный охотник вдруг оказался рядом и мягко коснулся её плеча, старшая дочь Беляевых испуганно вздрогнула.

– Мне очень неловко просить тебя об этом, но, когда мы уйдём, ты не могла бы подождать снаружи? – спросил он.

Его и без того постоянно кажущиеся грустными глаза источали ещё большую, чем обычно, печаль.

– Как же? – растерянно спросила Рада. – Уже сумерки скоро. Нечисть… И вообще…

– Ты повязанная, нечисть тебя не тронет, а другие – не найдут.

Макс оказался рядом в два больших шага.

– Так, погоди, – он наградил друга обжигающе холодным взглядом, – что значит снаружи?

– Мирка боится оставаться с чужими, пока меня нет. Она сейчас попросту не готова.

– Я же не страшная, – возразила Рада.

Взгляд Бессмертного стал ещё печальнее. Видеть его таким было невыносимо.

– Думаю, для Мирки сейчас это не имеет значения. Пожалуйста, Рада, выполни эту маленькую просьбу. Тебе не стоит бояться нечисти, к тому же с тобой будет Ночка и я оставлю тебе оружие.

– Она саму себя покалечит, – проворчал Макс, но Рада, глядя в печальные карие глаза Бессмертного, поняла, что сдаётся.

– Ладно.

– Что значит ладно?! – возмутился Макс, но Рада уже приняла решение.