Алиса Ковалевская – Заставлю тебя полюбить (страница 6)
Я задремала. Воспоминания были такими сладкими, что принесли успокоение, жаль, что на совсем короткое время.
— Мы это переживём, — сказала я малышу. — Мы же вместе.
В комнате было душно. Подойдя к окну, я хотела приоткрыть его, но оно оказалось не закрытым, а запертым.
— Негодяй, — бросила с досадой и погладила живот. — Мы дождёмся твоего папу. Я тебе обещаю. И тогда…
Взгляд остановился на дорожке. Несмотря на темноту. Я различила Мирона, а рядом с ним…
— Марк, — прошептала мгновенно севшим голосом. — Марк! — я постучала ладонью по стеклу. — Марк! — Постучала сильнее.
Я не могла ошибиться — это был Марк!
— Марк! Марк, я тут! Ну посмотри, пожалуйста, — взмолилась шёпотом.
Но он разговаривал с Мироном, и не догадываясь, что я совсем близко.
Я бросилась к двери. Сама не знала, на что рассчитываю, но…
Ручка неожиданно поддалась, и я, не помня себя, бросилась в холл.
Глава 6
В холле второго этажа горел светильник, дальше — темнота. Сбегая с лестницы, я едва не свернула шею. Чудом успела схватиться за перила и удержаться на ногах. Дверь должна быть прямо, я точно помнила. Только бы успеть, пока Марк тут!
Рванула дальше, и вдруг оказалась в чьих-то руках.
— Ай!
Я шарахнулась назад, и руки исчезли.
От испуга сердце готово было из груди вырваться. На миг я забыла, что тут делаю, а когда опомнилась, рядом никого не было. Словно мне показалось. Это точно был Мирон! Или…
— Кто здесь? — спросила в пустоту и не услышала ни слова. — Эй! Это вы?!
Простояла немного в необъяснимом страхе. Казалось, это не дом, а склеп. И где персонал?!
Во тьме я дошла до двери. Она была заперта. Я водила руками в надежде найти засов или оставленный в замке ключ — ничего. Постучала и прислушалась к звукам — ничего. И снаружи, и в самом доме стояла глухая тишина. Может, это не Марк был? Да нет же, Марк!
Казалось, я схожу с ума. Сбегая по лестнице, я не сомневалась, что на улице Мирон разговаривает с Марком, теперь же не была уверена ни в чём. И в здравости собственного рассудка тоже.
Попытки найти ключ на столике у двери успехом не увенчались, выключатель — тоже. Опустошённая, я села на низкий столик и уставилась в никуда. Сколько времени? Сейчас вечер или ночь? А, может, раннее утро?
Чем дольше я сидела, тем сильнее было чувство, что моё воображение сыграло со мной злую шутку. Тот мужчина… Да, он был похож на Марка: рост, тёмные волосы, кожаная куртка… Сейчас я не была уверена, что на нём была куртка. Может, укороченное пальто или пиджак?
Зато в другом я была уверена.
— Есть хочешь? — погладила живот.
Ответом послужила та же тишина. Как насчёт малыша, я не знала, а сама хотела очень.
Снова я двинулась по холлу наощупь, только без адреналина это оказалось сложнее. Завернула в первую попавшуюся комнату. Показалось, что она большая — воздуха здесь словно бы больше было.
— И где его грёбаная прислуга? — спросила в сердцах и вздрогнула.
В углу комнаты включился свет. Его хватало только чтобы различить мужчину, сидящего в кресле. В руках его был стакан, глаза разглядеть я не могла — только что он смотрит на меня.
Мирон сделал глоток из стакана, который держал в руках. Рядом с ним на столике стояла бутылка, но различить, сколько в ней осталось, я не смогла. Перевела взгляд обратно. Взъерошенные волосы, взгляд стеклянный и пристальный. Он совсем не походил на человека, которого я видела в офисе компании. Тем более на того, с которым имела несчастье познакомиться сегодня лично.
— Хочешь сбежать, — голос его был глухим, замогильным, — можешь попробовать. — Чёрный ход там, — стаканом показал мне за спину.
— Я есть хочу.
— Кухня там же, — сказал он безэмоционально и, осушив стакан, налил ещё.
Я топталась на месте, борясь с желанием спросить, что случилось.
Складывалось ощущение, что Мирон потерял ко мне интерес. Подождав ещё немного, я ушла в темноту холла. Только не могла отделаться от ощущения, что он прожигает мою спину взглядом.
Кухню я нашла сравнительно быстро. Как включить свет, искать и вовсе не пришлось — стоило мне зайти, он загорелся сам. Я снова испугалась, правда страх мгновенно сменился озадаченностью, она — восхищением и досадой.
Кухня напоминала картинку из журнала. Такого, в каких печатают фотографии «висит груша — нельзя скушать» или, попросту говоря, из мира богатых. Сам по себе включившийся свет был ничем в сравнении с современной техникой и мебелью. Сама того не желая, я провела ладонью по плите, бросила взгляд на микроволновую печь и полку под мелкую бытовую технику.
— На космическом корабле и то проще, — шепнула с обидой, подумав о маме.
Моя мама закончила кулинарное училище и хоть по профессии никогда не работала, очень любила готовить. Ей бы хоть десятую часть всех этих прибамбасов! Зачем они Добронравову?! Потому что деньги есть?!
Открыв холодильник, я всё ещё думала о маме, потом о нашей с Марком квартире. Всё у нас было просто, зато тепло.
На глаза попались кусок сыра и мясная нарезка, желудок буквально влип в позвоночник.
— Ой… — приложила пальцы к животу и улыбнулась. — Ты это хочешь?
Внутри словно бы рыбка плеснулась.
— Слушай, у нас с тобой полная солидарность. А ещё… — я привстала на носочки, чтобы увидеть содержимое верхней полки. — Во! — достала солёную рыбку. — Будем?
Малыш зашевелился снова. Сочтя это одобрением, я принесла добычу на стол.
Если Марк меня бросил… Да нет, не правда это! Он хотел ребёнка, он хотел семью. И ни одна скотина не заставит меня поверить в обратное! Даже, если эта скотина — брат Марка! Не просто так он мне ничего про своего брата не говорил.
Безотчётно я отрезала ломоть сыра, и тут он исчез прямо из-под ножа. Ощущение опасности пронзило насквозь, рука с ножом застыла. Впервые я сделала вдох рядом с Мироном. От него пахло крепким спиртным, деньгами и вседозволенностью. Никогда я такого рядом с Марком не чувствовала…
На мою руку опустилась ладонь. Я вздрогнула, отпустила рукоять ножа. Мирон зажал на ней мои пальцы.
— У тебя хороший аппетит.
Он сдавил мою кисть. Спиной я соприкасалась с его грудью, и это заставляло нервничать. Удерживая мою руку, он отрезал ещё один кусок и развернул меня к себе.
— Ешь, — взяв, поднёс сыр к моим губам.
Я оттолкнула его руку и отошла.
— Я вам не послушная собачонка! Команды выполнять я ваши не буду!
— Да… — сказал задумчиво. — Ты не послушная собачонка — ты — собачонка дерзкая.
— А вы — мерзкий!
Уголок его рта надменно дёрнулся. Он поставил стакан, который держал всё это время, на стол и взял второй кусок сыра.
— У моего брата всегда был паршивый вкус на баб. Но у других хватало мозгов молчать. У тебя же ещё и язык поганый.
Глядя на меня, он прожевал сыр. Да в жизни не скажешь, что он — брат Марка!
— Ничего, — продолжил он. — Дрессировка и плётка решают всё. Нужно же мне с тобой жить под одной крышей пока, — кивнул на мой живот и скривил губы.
— У вас есть прекрасная возможность со мной не жить. Отпустите меня и дело с концом. Или дайте мне телефон Марка! Он приедет и сам меня заберёт. Ещё и вам морду набьёт!
— Мой брат тебя бросил, — сказал он с неожиданной ожесточённостью. — Он за тобой не приедет. Никогда. — Швырнул недоеденный сыр на стол. — Он уехал и не вернётся.
— Вы врёте! — голос зазвенел. — Я вам не верю, ясно?! Можете, что хотите говорить! Я вам не верю! С кем вы разговаривали на дорожке?! Это был Марк?!
Лихорадочно всматривалась в его непроницаемое лицо. Пыталась хоть что-то прочитать, но не могла.
— Скажите! Это был Марк?!