Алиса Ковалевская – Заставлю тебя полюбить (страница 13)
Чёрт бы побрал Марка и всё, что с ним связано!
Глава 13
Прежде, чем я начала хоть что— то соображать, схватилась за телефон. Всё— таки уснула…
На дисплее было два уведомления — одно от любимого магазина, второе от банка. От Марка — ничего. Вечером — ничего, утром, днём — тоже ничего. Вчера он набирал сообщение с минуту, и всё это время я, казалось, не дышала. Но сообщение так и не пришло — ни буквы.
Он прочитал всё, что я написала, прослушал все голосовые сообщения, но не ответил. Посреди ночи меня накрыла истерика, к утру я была опустошена и раздавлена. В голову опять полезли сомнения. А что, если Мирон говорит правду, и Марк уехал? Во Флориду, к океану, где тепло и свободно, где нет обязательств и… меня.
Проходя мимо гостиной, я увидел девчонку. Она сидела с телефоном с отрешённым видом. Я засмотрелся на неё. Вкус братца я знал отлично. Все его бабы были как на подбор — модели с упругими, хоть и тощими задницами. Время от времени он трахал своих болельщиц, но и они были не хуже. Почему ему запала эта?
Стоя в дверях, я рассматривал её. Она меня не замечала. Волосы были распущенны и скрывали её лицо, на плечах — плед. Когда уже потеплеет, чёрт возьми?!
Девчонка подняла голову, и наши взгляды встретились. Увидев меня, она поджала губы. Ей пришлось не по нраву, что я нарушил её уединение.
— Добрый вечер, Мирон Фёдорович, — надменно сказала она, поднявшись.
— Вчера ты перешла на «ты».
— Не помню.
— Зато я помню.
Она фыркнула. Сука! Взгляд скользнул по её руке и кисти.
— Ждёшь звонка?
— Не твоё дело, Мирон Фёдорович.
— И от кого же?
— Не твоё дело, — повторила она с ожесточённостью.
Под глазами у неё были тёмные круги, да и выглядела она так себе. Словно ночь не спала. Этакий декаданс, в котором, чёрт возьми, я обнаружил для себя особенную прелесть. Девчонка задевала хрен знает чем!
— Ты живёшь в моём доме — тут все дела мои.
— Я могу уйти прямо сейчас.
— Мы это уже обсудили. Кстати, — взглядом показал на коридор. — Я привёз твои вещи.
— Какие ещё вещи?
— Из твоей квартиры.
Она ощетинилась.
— Какого черта ты делал в моей квартире?!
— Мне надоело, что ты ходишь на работу в одном и том же.
— А тебе не всё равно, в чём я хожу? Откуда у тебя ключи?! — она выступила вперёд. — Откуда?! Ты…
На её лице появилась растерянность, сменившаяся непонятным выражением. Я прошёлся по ней взглядом. Узкие плечи, ноги длинные, шея лебединая… Вот проклятье! В штанах стало тесно, тело отозвалось. Задержался на ней, напомнив себе, кто она — не помогло.
— Если тебе нужны твои вещи — иди разгребай.
Досада раздирала. Сам не знал, с чего вдруг. У меня полно дел, две встречи в Берлине и у чёрта на рогах — в маленьком городе Беларуси, а мысли только о девчонке, беременной от моего братца.
Раздражённый, я пошёл собирать чемодан. Пожалуй, нужно пригласить в номер берлинской гостиницы хорошенькую фрейлин с грудью четвёртого размера — отличный антистресс в любой ситуации и никаких проблем.
Позади раздались быстрые приближающиеся шаги.
— Откуда у тебя ключи?!
Она догнала меня и вцепилась в руку.
— Ты слишком много себе позволяешь.
— Кто тебе разрешил рыться в моих вещах?! Ты…
Она наткнулась на мой взгляд и резко замолчала. В глазах была растерянность. Я не сводил с неё взгляда, а она, помотав головой, сделала шаг назад. Оступилась и, вскрикнув, схватилась за перила, но пальцы соскользнули.
Сердце заколотилось, взгляд голубых глаз пронзил насквозь.
— Осторожнее, — сухо сказал Мирон и отпустил меня.
Я сглотнула. Если бы не он, я бы, наверное, кубарем полетела по лестнице.
Да если бы не он, меня бы тут не было!
В её глазах пылала ненависть. Чёртова девчонка! Свалилась бы и хрен с ней! Отец бы не обрадовался, но это его проблемы — не мои.
— У меня дела. Я вернусь через неделю. Может, больше. В восемь за тобой будет приезжать водитель. Вечером тоже. В пять минут седьмого ты должна быть у машины. — Я посмотрел пристально. — Если ты думаешь, что мой отъезд развяжет тебе руки — не надейся. Обо всём, что ты делаешь, мне докладывают. Прими это, как данность, кукла.
— Я тебе не кукла.
— Кукла с характером. С дерьмовым характером и длинным языком.
— Пошёл к дьяволу!
— Организуй мне аудиенцию.
Крылья её носа затрепетали. Она развернулась, рванула вниз, а я смотрел ей вслед. Интересно, как она в постели? Судя по её темпераменту, это должно быть нечто из ряда вон. Может, не глазами она брата взяла? Может, всё куда проще?
Нервы щекотало, и это ощущение не прошло, даже когда я зашёл в спальню. Надо, пожалуй, сказать Любови Матвеевне, чтобы в эти дни появлялась почаще.
Чёрт!
Посмотрел в зеркало. Не вооружённым взглядом был виден бугор в паху. Чёрт подери! Трахнуть бы её разок другой… Глаза с искрами гнева, светлые волосы, бледная кожа и… неукротимость! Я устал, что каждая мне в рот заглядывает, а тут разнообразие.
Достал телефон. Три непрочитанных сообщения.
— Да, всё правильно, — зажав кнопку записи, сказал я. — Пусть идёт, как идёт. Я обо всём позабочусь.
Дверь раскрылась. В руках у Лили была шёлковая пижамная майка с кружевом. Симпатичная штучка — прихватил с собой, не удержался.
— Тебе самому нормально было в моём белье рыться?! — она махнула майкой, заверещав с порога. — Кто дал тебе ключи?! Мои у меня, значит…
Я не сводил с неё взгляда. Она заткнулась и замотала головой.
— Нет! Марк не мог! Нет, я не верю! Я… Он бы не оставил ключи от нашей квартиры! Ты же сказал, что он во Флориде! Ты… Ты врёшь! Марк, он… Ты их у него забрал? Рано или поздно он всё равно всё узнает! Он убьёт тебя, понял?! Придёт за мной и убьёт тебя! Ты понятия не имеешь, какой он, когда защищает своё! А я — его!
— Ещё раз войдёшь сюда без стука, окажешься в подвале. Твоего отсутствия никто не заметит.
— Да прекрати! Не запугаешь ты меня! Не на ту напал!
Он достал телефон.
— Сергей… Слушай, оборудуй комнату на цоколе… Да… Да Так… Есть резоны…