Алиса Ковалевская – Обязана быть его (страница 16)
— Спасибо, — коротко сказала я водителю, остановившемуся напротив подъезда.
Мне даже адрес ему называть не пришлось — он и без этого отлично знал дорогу. Всё время, что мы ехали, я судорожно сжимала ручки сумки и не знала, куда деть себя. Куда деть то волнение, то ощущение опасности, что будил во мне Демьян. Как справиться с дрожью в коленях и руках, что появлялась, стоило мне оказаться рядом с ним.
Как противостоять ему? Как?! Как ему вообще можно противостоять, если он способен подавить волю человека одним лишь взглядом?
Несмотря на позднее время, в кухне горел свет. Порой мне казалось, что времени, когда наша квартира погружается в тишину, не существует. Вот и сейчас до меня донеслись негромкие звуки голосов. Тихо заперев дверь, я быстро, мечтая только об одном — не столкнуться ни с кем в коридоре, прошла к нам в комнату, желая и одновременно не желая застать Светку спящей. Тусклый торшер, стоящий на тумбочке возле её узкой постели, служил маяком.
— Привет, — выдохнула я, поняв, что подруга не спит.
Отложив на тумбочку книгу в твёрдом переплёте, она вытянула длинные ноги. С самого детства занимающаяся танцами, Света всегда отличалась некой особенной грациозностью, которой я временами даже по-хорошему завидовала.
— И как всё прошло? — не вставая, поинтересовалась она, глядя на меня так, будто понимала, что с откровенностями будет туго.
— Мы перешли на «ты», — я размотала шарфик и сжала его пальцами.
В памяти сразу же всплыли воспоминания о том, как Демьян оборачивал его вокруг моей шеи, как поправлял, как касался лица. Если бы не едва разбавленный светом полумрак, подруга наверняка бы заметила, как вспыхнули мои щёки.
— В горизонтальной плоскости? — тон её не подразумевал насмешки.
Я промолчала. Врать не хотелось, но и рассказывать в деталях о случившемся, я была не готова. Давая себе отсрочку, принялась расстёгивать пальто. Света не торопила. Знала, что давить на меня не стоит, но молчание её было весьма красноречивым.
— Не совсем, — всё-таки призналась я и тут же добавила: — Но говорить об этом я не хочу. Правда, Свет. Прости.
Разувшись, я надела мягкие тапочки — дорогие, с вышитой кошечкой, никак не вписывающиеся в убранство нашей комнатёнки. С недавних пор вся моя жизнь превратилась в нечто контрастное, в сочетание несочетаемого.
Питерская коммуналка и элитная квартира мужчины, интерес которого ко мне был выше моего понимания, окна квартиры которого выходили на Финский залив. Работа в «Синем бархате» и вещи, что остались от моей прежней жизни с Эдуардом. Ощущение пустоты и нежность, что я испытывала при одном только взгляде на дочь.
— Как Соня? — поспешила я перевести тему. — Не капризничала?
Уголки губ Светы тронула лёгкая улыбка. Без сомнений, она поняла, чего я добиваюсь, но делать на этом акцент не стала.
— Порой мне кажется, что она ангел, — подруга вздохнула и поднялась. — Напоить тебя чаем? — не дождавшись моего ответа, включила чайник. — Ты помнишь, что я говорила тебе про выходные?
— Конечно, — я подошла к постели, где спала дочь, и поправила уголок одеяла.
И без того хорошенькая, во сне она и вовсе была похожа на куколку. Действительно, ангел. Сердце моё защемило от любви. Коснувшись падающих на её маленький лоб волос, я убрала их и провела по одеялу ладонью. Захотелось разбудить её, услышать тоненький голосок, прижать к себе и расцеловать.
Сложно сказать, что было бы, не выйди я замуж за Эдика, но одно точно — не было бы её. Всё пройденное, пережитое мной окупалось лишь ею — её объятиями, поцелуями, улыбками.
Вздохнув, я отошла от постели и устало улыбнулась наблюдающей за мной подругой.
— Спасибо, что уложила её. И прости, что я так долго.
— Смотрю, от всех своих прекрасных трусиков ты избавилась.
— Ничего не говори, — приподняла я руку и, выдвинув табуретку, села за стол. С трудом сдержала желание показать Светке лямочку бюстгальтера, что был на мне. Всё равно ведь увидит.
Вывалить на неё всё… Нет, не сегодня. Не сегодня и не сейчас. Для начала мне нужно хотя бы немного побыть наедине с тем, что произошло этим вечером. Подумать обо всём или хотя бы просто успокоиться.
— Подойди ко мне, когда закончишь, — распорядился Надир.
— Что-то не так? — тон, которым он это сказал, заставил меня напрячься. После случившегося накануне я нервничала больше обычного, и это было не удивительно.
— Нет, — коротко ответил он и добавил: — Я жду тебя через десять минут.
До окончания моей смены оставалось меньше получаса, но мне ещё нужно было протереть и без того блестящие зеркала в так называемом предбаннике женского туалета.
Весь день я думала о предстоящем вечере с Демьяном. Отпроситься минут на пять-десять и уйти, не дожидаясь его? Первым моим порывом было именно так и поступить. Но чем больше я думала, тем бессмысленнее это казалось. Да, сейчас я уйду, но что дальше?
Пройдёт день — другой, и, если он того пожелает, мы снова встретимся. Как ни крути, возможностей у него куда больше, чем у меня.
Хотела ли я чувствовать себя жертвой? Слова его не шли у меня из головы. Нет, чёрт подери! Вот только проведённое в браке с Эдуардом время оставило свой отпечаток. Внезапно я поняла, что мне трудно принимать решения, трудно признаваться себе в своих же желаниях, ибо прежде ни на желания, ни на решения права у меня не было. Но бегать от проблем я не собиралась.
— Для тебя есть работа, — без предисловий заявил Надир, стоило мне, закончив с зеркалом, зайти к нему.
Кабинетом комнату назвать было трудно, скорее нечто среднее между комнатой отдыха и рабочим местом, где обсуждались текущие вопросы с персоналом.
Я снова напряглась. Только накануне он ясно дал понять, какая работа мне светит, если вдруг Терентьеву станет невмоготу.
Не спеша отвечать, я поджала губы и выжидающе посмотрела на администратора.
— Возможно, где-то через неделю наш ресторан будет обслуживать важный банкет, — не стал тянуть он. — Точной даты пока нет. Мы ждём подтверждения от клиента.
Я всё ещё не до конца понимала, что он хочет от меня. Чтобы я вместе с другими девочками готовила зал? Или убирала после? Так разве не существует для этого клининговых компаний?
— А от меня вы что хотите? — напрямую спросила я, устав гадать. Вначале Демьян, теперь это… Хватит с меня загадок.
— Ты будешь обслуживать гостей в качестве официантки, — не спрашивая моего согласия, проговорил Надир. — Поэтому будь готова. Завтра с тебя снимут мерки для пошива формы.
Он ненадолго умолк, разглядывая меня прямым, жёстким взглядом. Этот мужчина, как и Демьян, тоже не знал слова «нет», пусть даже порой ему приходилось мириться с отказами, ибо в отличие от Демьяна Надир не обладал ни такими деньгами, ни властью, ни даже столь безграничной харизмой и адским даром подавлять волю.
— Я не официантка, — спокойно отозвалась я.
— В прошлый раз ты справилась достаточно хорошо, — Надир подошёл ко мне на расстояние вытянутой руки. — К тому же, для тебя это хорошая возможность дополнительного заработка. Обслуживание таких банкетов очень хорошо оплачивается, Дарина. Поэтому отказываться я тебе не советую.
— А я могу отказаться? — зная, что он ответит, всё же спросила я.
— Не можешь, — напоследок посмотрев мне в лицо, сдержанно проговорил Надир и повторил: — Завтра с тебя снимут мерки для формы. Позже я объясню тебе некоторые детали и расскажу, что ты должна знать о меню. На сегодня всё. Можешь идти.
Достав из сумочки телефон, я посмотрела на время. Смена моя заканчивалась в половину седьмого, и я едва успевала забрать дочь из сада. Восемнадцать тридцать две… Машины тянулись вдоль улицы сплошным потоком, но внедорожника Демьяна среди них видно не было.
Снова посмотрела на время. Восемнадцать тридцать четыре. Глянув в последний раз вдаль, я решительно зашагала по тротуару. Ждать и дальше я не собиралась. К мыслям о вчерашнем дне прибавились новые — о банкете, где мне предстояло работать. Слишком много всего…
До недавних пор жизнь моя напоминала застоявшееся болото без права сделать хоть шаг в сторону, сейчас же проблемы и события наваливались так стремительно, что я не поспевала за этим.
Не успела я сделать несколько шагов, рядом со мной затормозил чёрный Лексус. Задняя дверца открылась, ноздри щекотнул знакомый, едва ощутимый запах.
Взять и уйти.
За пять минут ожидания я уже успела пожалеть, что не сделала этого раньше. Взять и просто уйти.
Колеблясь, я посмотрела вперёд, на спешащих куда-то людей, на похожие на вереницу муравьёв машины. Секунда, ещё одна… Коснулась дверцы и, сделав шаг, юркнула на кожаное, цвета топлёного молока сиденье.
Не успела я закрыть дверцу, машина тронулась с места.
— Нет, — коротко проговорил Демьян.
С того самого момента, как машина остановилась, он разговаривал по телефону и на меня даже не взглянул, будто бы и не заметил моё присутствие.
Тонкий тёмно-серый свитер под горло, что был на нём, казался мягким даже наощупь, пуговицы шерстяного пиджака были небрежно расстёгнуты, на запястье часы с крупным циферблатом на кожаном ремешке. Ничего подчёркнуто дорогого, говорящего о достатке, что так любил Эдуард. Элегантная простота, но, Боже, мне даже представить было сложно, сколько стоит хотя бы один его пиджак.