Алиса Котовская – Черные ласточки (страница 3)

Великолепно. Значит, Каэлан не просто подозревал. Он проверял. И его «тики» могли быть реакцией на неё саму, на спящего Бублика (крыса была хоть и пацифистом, но всё же магическим существом), или на её котомку, припрятанную в Чёрных тростниках. Варианты были одинаково плохи.

«И ты это решил мне сказать на ночь глядя?» – мысленно огрызнулась Морвина, чувствуя, как сон окончательно улетучивается.

Бублик виновато поёрзал на её груди.

«Да, теперь не только мне ворочаться от этой мысли», – вздохнула она про себя и уставилась в тёмный потолок комнаты.

Под утро, когда серый свет только начал размывать темноту за окном, Морвину разбудили звуки активности за стеной: звон металла, бряцание пряжек, тяжёлые шаги. Охотники собирались. Она прильнула ухом к тонкой перегородке, затаив дыхание.

– …проверим старую мельницу, а затем – на болота, – говорил Каэлан. – Торвин, ты ведешь осмотр периметра. Лориан, смотри под ноги, а не на ворон. И помните, мы ищем не только следы тролля. Любые аномалии. Сломанные ветки неестественным образом, следы костров не в сезон, подозрительную тишину.

«Подозрительную тишину».

Опять это.

– А девчонка с похлёбкой? – не унимался Лориан. Голос его звучал ближе, будто он стоял прямо у двери. – Сидела тихо, как мышь. Подозрительно тихо.

– Каждая вторая в этой дыре сидит тихо, потому что боится, что у неё последний медяк украдут, – прозвучал голос Торвина. – Не ищи колдовство в каждой юбке.

– Но командир сказал – все новые лица… – не сдавался Лориан.

– Она, – раздался спокойный голос Каэлана. Морвина замерла. – не приоритет. Пока. Оставь её. У нас есть более четкие следы. Если она связана – проявится. Если нет – не стоит тратить время.

Морвина услышала звук открывающейся и закрывающейся двери, затем тяжёлые шаги по лестнице. Они ушли.

Она отошла от стены и села на кровати, обхватив голову руками. Её отодвинули на второй план. Это была хорошая новость. Плохая новость была в том, что её внесли в список. В «неприоритетный», но список. И Каэлан явно был не из тех, кто что-то забывает. Если его «тикающая» штуковница засечёт что-то на болотах возле её тайника…

«План, – мысленно сказала она себе. – Нужен новый план».

Оставаться здесь, в таверне, было глупо. Ждать, пока они вернутся с болот, возможно, с её котомкой в руках – самоубийственно. Но и бежать сломя голову – значит подтвердить все подозрения.

Она встала, подошла к окну и выглянула во двор. Утро было туманным, сырым. Свинья в загоне мирно хрюкала. На воротах висел замок. Обычная, серая, непримечательная жизнь звала её остаться, зарыться в эту солому, как страус.

Бублик запрыгнул на подоконник.

«Что думаем?» – спросил он, почесывая за ухом лапкой.

«Думаем, что обычная жизнь – это слишком сложно, – мысленно вздохнула Морвина. – И что, пожалуй, пора внести в неё немного контролируемого хаоса. Но строго без магии. Только естественные причины».

Услышав мысленные слова Бублика, Морвина почувствовала, как пол уходит из- под ног. Она медленно обернулась, чтобы посмотреть на фамилиара. Крыса сидела на подоконнике, и её черные бусинки- глаза были полны не свойственной ей серьезности.

«Они вчера упомянули наш ковен. Что нас ищут, – мысленно повторил Бублик, чуть наклоняя голову. – Высокий молчун сказал: «Беглянка – слабое звено. Кто найдет первым – тот получит ключ». Они думают, ты можешь их привести к Сестрам.

Вот оно что. Ситуация складывалась в еще более жуткую мозаику. Это была не просто охота на ведьму- одиночку. Это была охота за наживой, где она была приманкой для поимки целого ковена. «Чёрные Ласточки», конечно, не были образцом доброты и света, но это были её Ласточки. Или были. Старшая, матушка Илга, наверняка рвала и метала, лишившись такой «ценной единицы», как Морвина. И теперь и ковен, и инквизиция смотрели на неё как на лакомый кусок. Одни – чтобы вернуть и, возможно, наказать. Другие – чтобы выжать информацию и сжечь.

«Спасибо, Бублик, – мысленно ответила она, чувствуя, как холодная решимость вытесняет панику. – Это меняет расклад. Сидеть в норе и надеяться, что тебя не найдут два разных капкана, – уже не вариант».

Её первоначальный план с «контролируемым хаосом» требовал коррекции. Нужно было не просто отвлечь охотников, а направить их по ложному следу. И, что ещё важнее, дать знать ковену, чтобы они убрались подальше. Как бы она к ним ни относилась сейчас, массовая казнь «Чёрных Ласточек» на кострах Серебряного Когтя – это было слишком даже для её обиженной души.

Она быстро собрала свои нехитрые пожитки, сунула в корзинку притихшего Бублика. Её лицо в тусклом зеркальце было бледным, но сосредоточенным. Обычная девушка? Нет. Обычная девушка в необычно скверных обстоятельствах.

Спустившись вниз, она застала хозяйку за тем, что та с мрачным видом чистила картофель.

– Извините, – начала Морвина самым сладким, немного взволнованным голосом. – Скажите, а те господа охотники… они не говорили, куда направляются? Только не подумайте ничего! – она сделала вид, что смущенно покраснела. – Просто вчера один из них, тот, что помоложе он обронил вот это.

Она разжала ладонь, на которой лежала обычная медная пуговица. На самом деле, это была пуговица от её старого платья, но кто будет проверять?

– Хотела вернуть, пока они не ушли, а то вдруг нужная вещь…

Хозяйка посмотрела на неё с немым укором, словно Морвина сознательно решила усложнить ей жизнь.

– На болота, милая, на болота, – буркнула она. – Старую мельницу проверять, а потом в Чёрные тростники. Сказали, к вечеру вернутся. Оставь пуговицу, я им передам.

«Чёрные тростники. К вечеру». Время поджимало.

– Ах, спасибо! – Морвина положила пуговицу на стойку. – Тогда, может, я успею… мне же еще к аптекарю в Стилфорд нужно, а там через болота как раз короче. Не подскажете, тропинка от мельницы надежная?

Хозяйка фыркнула, но ткнула толстым пальцем в сторону окна.

– От мельницы на северо- восток. Там старая гать. Только смотри не сверни на запад – там трясина. И змей полно.

– Спасибо огромное! – Морвина уже почти выбежала из таверны, но на пороге остановилась, будто что-то вспомнив. – Ой, и ещё! Вам, наверное, в погребе крыс потравить надо. У меня сегодня ночью аж шкаф скрипел, как будто кто- то грызет. Ужас!

Сказав это, она выскользнула на улицу, оставив хозяйку ворчать насчет «крыс, которые хуже всякой нечисти».

План был таков: опередить охотников. Добраться до Чёрных тростников первой. Не для того, чтобы забрать свою котомку – это было бы чистой глупостью и прямым попаданием в лапы или ковена, или инквизиции. Нет. Она должна была оставить им другую находку. След, который отвел бы их и от её тайника, и от реальных троп ковена.

Бублик высунул нос из корзинки.

«И что мы будем делать? Танцевать ритуальный танец на болоте?»

«Нет, – мысленно ухмыльнулась Морвина, сворачивая на грязную улицу, ведущую к окраине города. – Мы устроим маленький спектакль. Естественный, ненатуральный. С помощью того, что уже есть в лесу. И парочки совсем уж простых фокусов, которые не пахнут магией, а пахнут… отчаянием и глупостью. Например, если очень аккуратно подпилить сук над тропой, чтобы он упал в самый неподходящий момент. Или найти логово настоящей болотной твари и вежливо попросить её пошуметь пригоршней забродивших ягод из того самого погреба».

Она шагала быстро, её обычное платье сливалось с утренним туманом

Бублик, подныривая под низкие ветви и перепрыгивая через промоины, вынес их на небольшую, относительно сухую полянку. Три сосны, скрюченные болотными ветрами, стояли, образуя нечто вроде ворот в ещё более мрачную часть леса. Здесь воздух звенел от тишины, нарушаемой только жужжанием мошкары.

«Здесь?» – мысленно спросил Бублик, замирая на месте. Морвина сползла с его спины, ноги дрожали от напряжения и непривычной езды.

– Здесь, – кивнула она, подбегая к самой крупной сосне. У её основания, под нависшим, покрытым мхом корнем, лежал камень, ничем не примечательный, если не знать, что он полый внутри. Она нажала на определенное место, камень с тихим скрежетом отъехал в сторону, открывая неглубокую ямку. Там лежала небольшая котомка из вощеной кожи – её старый походный набор «на крайний случай».

Морвина не стала её открывать. Вместо этого она схватила котомку и огляделась. Её план требовал скорости и хитрости.

– Мне нужно то, чего здесь быть не должно, но что выглядело бы… потерянным в панике. И то, что укажет не на меня, а на кого-то другого.

Она расстегнула котомку и быстрыми движениями вытряхнула содержимое на мох. Бублик, принюхиваясь, наблюдал. Тут были странные вещи: пучки засушенных трав с серебристым отливом (не её скромные сборы), маленький кристалл, тускло мерцавший изнутри, несколько костяных фигурок, обвязанных волосом, и сверток в черном шелке.

Морвина нацелилась именно на шелк. Развернув его, она достала оттуда тонкий серебряный кинжал с рукоятью, обвитой змеиной кожей. На клинке у гарды был выгравирован знак: стилизованная ласточка в кольце.

– Идеально, – прошептала она. – Личная печать матушки Илги. Если инквизиция это найдет…

Она не договорила. Суть была ясна: это отвлечет Каэлана и его людей от поисков простой травницы и наведет на след главы ковена. Война охотников и «Чёрных Ласточек» их полностью займет.