Алиса Князева – Развод с драконом. Ты же стареешь (страница 5)

Я смотрю на сестру и не узнаю её. Куда делась та застенчивая, тихая девочка, которую я помню?

— Алисия, — мой голос едва слышен, — как ты могла?

Она, наконец, поворачивается ко мне полностью, и в её взгляде я вижу смесь эмоций: вызов, гнев, но где-то глубоко — неуверенность и... вина?

— Ты никогда не делала его счастливым, Элисия, — говорит она, и её слова ранят меня сильнее любого ножа. — Ты была слишком занята своими чужаками и их проблемами. А ему нужна была настоящая жена.

Каждое слово как удар. Я сижу, не в силах ответить, чувствуя, как последние остатки моего мира рассыпаются в пыль.

— Я поговорю с Вейроном в любом случае, — продолжает Трагер, уже не обращая внимания на Алисию. — Но учту, что у него появилась такая... ярая защитница. Должен заметить, меня несколько удивляет ваше спокойствие, леди Алисия. Я, конечно, не владею ментальными атрибутами, но, по моему скромному мнению, вы должны быть в ярости из-за смерти отца. Особенно учитывая, как он вас любил и сколько для вас сделал.

Его слова как будто бьют Алисию под дых. Она открывает рот, но не находит что ответить.

— Вы ничего не знаете об отце, — наконец выдавливает она.

— О, я знаю достаточно о графе Рассмаре, — усмехается Трагер. — Всё же нам часто приходилось работать вместе, так что, — он немного наклоняется вперёд, но это движение вынуждает Алисию отступить на шаг, — считайте, что я взялся за это дело с личной заинтересованностью. И я найду виновного или виновную, даже под чужим одеялом.

У меня по спине пробегают мурашки. Очень хочется потянуться к нему атрибутом, счесть эмоции, чтобы понять, что он чувствует, но я не решаюсь.

— Леди Элисия, — Трагер поворачивается ко мне, — вам следует отдохнуть. Произошло слишком много событий за короткое время. Мне нужно закрыть ещё пару важных дел в связи с новыми данными, поэтому я вернусь позже. Надеюсь, к тому времени вы успеете собраться с мыслями.

— Не указывайте моей сестре, что делать, — вмешивается Алисия. — В этом доме не вы решаете, кто и когда может прийти!

Я смотрю на сестру с удивлением. Защищает меня? После всего, что только что сказала?

— Надо же, — медленно тянет Трагер, наклоняя голову к плечу. — Вы уже забыли цель моего визита, леди Рассмар?

— Хватит, — я поднимаюсь с кресла. Голос звучит твёрже, чем я ожидала. — Дознаватель, вы правы. Мне нужно время, чтобы... осознать всё это. Но я хочу, чтобы расследование продолжалось. Хочу знать, кто убил моего отца. Благодарю вас за работу и готова помочь всем, чем смогу.

Поворачиваюсь к Алисии:

— А с тобой мы поговорим позже. Наедине.

Сестра смотрит на меня так, словно видит впервые, после чего раздражённо закатывает глаза, показывая, насколько важно для неё моё мнение.

— Роберт, — обращаюсь к секретарю отца, который всё это время тихо стоял у двери, — проводите дознавателя Трагера.

Трагер склоняет голову в лёгком кивке, в его глазах я замечаю одобрение.

— В этом нет нужды, Роберт, я сам нахожу выход.

С этими словами он плавно двигает рукой, а в комнате рядом с ним появляется серебристое облачко, равное его росту. Центральная его часть более тёмная мерцает будто звёзды.

— До встречи, леди Элисия. Примите мои соболезнования ещё раз, — говорит дознаватель, прежде чем шагнуть в дымку и исчезнуть вместе с серебристым облаком.

Я впервые вижу атрибут такого типа. Алисия, похоже, нет, потому что не выглядит впечатлённой или хотя бы заинтересованной. Наступает тяжёлое молчание.

— Что ж, — наконец говорит она, — полагаю, ты ненавидишь меня.

Глава 7

— Я не знаю, что чувствую, Алисия, — честно отвечаю я. — Слишком много всего произошло. Отец мёртв. Вейрон... ты... Я просто не могу всё это осмыслить сразу.

Пальцы непроизвольно сжимают складки платья, шёлк хрустит под ногтями. Солнечный луч, падающий из окна, вдруг кажется мне насмешкой — как может светить солнце, когда мир рушится?

И именно сейчас, когда нужно сосредоточиться и найти убийцу отца или хотя бы горевать над утратой, мы обсуждаем её предательство и связь Алисии с моим мужем.

Это неправильно.

Я думала, что ничто не может быть хуже публичного объявления о разводе, от которого так просто не отвертишься, но потом случилось всё это. В воздухе повисает тяжёлое, липкое молчание. Я жду, когда боль пронзит меня, но внутри лишь пустота.

Интересно, мне положены хоть пять минут без новых потрясений?

— Ты никогда не любила его, — губы Алисии кривятся в ухмылке. — Вейрона. Ты вышла за него, потому что отец так хотел. Это был выгодный брак, к тому же император приказал Вейрону.

— Ты ничего не знаешь о моих чувствах, — отвечаю я, удивляясь собственному спокойствию. — Да, изначально это был брак по расчёту. Но я научилась любить его. По-своему.

— Но Вейрон не любил тебя, — упрямо говорит Алисия. — Никогда. Он сам мне это сказал.

Её слова ранят, но странным образом я чувствую не боль, а усталость. Словно все мои эмоции исчерпались, выгорели дотла. Если бы в итоге оказалось, что я лишилась своего атрибута, я бы не слишком расстраивалась.

— Возможно, ты права, — говорю я. — Но это не оправдывает то, что вы сделали. Оба.

Она подходит к окну, небрежно покачивая бёдрами, будто не происходит ничего особенного. Солнечный свет играет в её волосах, подсвечивая их золотом. Мои светлее из-за седины.

— Я просто живу своей жизнью, Элисия. Как и всегда.

— Ты знаешь, о чём я говорю, — делаю шаг вперёд. — Лжёшь следователям. Покрываешь убийцу. Ты...

— Хочешь правды? Она внезапно усмехается она. — Мы обе — куклы в спектакле, который поставил отец. Её дыхание пахнет дорогим вином и ядом. — Только ты всё ещё веришь в свою роль. А я... я просто нашла способ выжить.

— В постели моего мужа? — Смешок получается горьким.

Алисия рассматривает свои идеально ногти с наклеенными драгоценными камнями.

— О, если бы только этим. Вейрон рассказывал, какая ты скучная в постели. Как дрожишь от страха, когда он...

— Заткнись, — рявкаю я, борясь с желанием влепить ей пощёчину. Ты скрываешь информацию, мешаешь следствию, ты...

— Хочешь знать правду, Элисия? — она встаёт и подходит ближе. — Мы с тобой в полном дерьме из-за действий и решений отца. Ты слишком мало знаешь о реальной жизни, за тобой всегда хорошо ухаживали. А я нашла другой способ выжить. Всегда находила.

— Спать с моим мужем? Это твой способ?

Мой голос дрожит, но я не позволю слезам появиться. Не перед ней.

— А, так мы об этом, — её тон становится будто скучающим. — Да, я спала с Вейроном. И что? Хочешь услышать подробности?

— Я хочу знать, осознаёшь ли ты, что делаешь, — каждое слово даётся с трудом. — Ты знаешь, что Вейрон стал драконом благодаря мне? Это я была с ним на ритуале, я рисковала жизнью ради него. Я знаю истинное имя его дракона.

Алисия смотрит на меня с каким-то странным выражением, похожим на жалость.

— Ох, сестрёнка, — она качает головой. — Ты всё ещё живёшь этими воспоминаниями? Ритуал был много лет назад. Знаешь, в чём твоя проблема? Ты выполнила свою роль, сделала всё, что должна была — и стала ненужной. Отработанный материал, Элисия. Так бывает.

Её слова — ядовитые стрелы, каждая находит цель.

— Ты ошибаешься, — пытаюсь сохранить достоинство. — То, что у нас с Вейроном, это больше, чем...

— Чем что? — перебивает она. — Чем брак по расчёту? Чем союз, выгодный нашим семьям? Ты действительно думаешь, что он женился на тебе из любви и что истинность что-то значит?

— А ты думаешь, что он любит тебя? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева. — Ты для него просто развлечение, Алисия. Способ досадить мне.

— Возможно, — она пожимает плечами с непринуждённостью, которая меня поражает. — Но, по крайней мере, я не обманываю себя. Я знаю, кто я и чего стою.

— И чего же ты стоишь? — мой вопрос звучит тихо, но в комнате повисает тяжёлая пауза.

— Больше, чем ты думаешь, — она делает ещё шаг ко мне. — Я умею выживать, Элисия. Пока ты училась быть идеальной женой, я училась видеть людей насквозь. Знать их слабости. Использовать их.

— Включая собственную сестру?

— Особенно сестру, — в её голосе слышится что-то похожее на искренность.

Внезапно. слышу среди её эмоций нечто настоящее — боль, обиду, зависть, которые она скрывала за маской самоуверенности. — Мир устроен так, Элисия. Или ты наверху, или тебя втаптывают в грязь. Я выбрала первое.

— И если для этого нужно предать сестру, ты сделаешь, не задумываясь?

Алисия разворачивается ко мне всем телом.

— Мне не нужно предавать тебя, Элисия. Ты и так проиграла. Ты застряла в прошлом, цепляешься за воспоминания о ритуале, о твоей значимости. Но Вейрону это уже не нужно. Ему нужно нечто другое.