Алиса Кингстоун – Сломанная Алиса (страница 3)
На этот раз громко.
Алиса вскочила, не успев подумать. Ключ повернулся в двери с сухим щелчком. Она вылетела в коридор, почти поскользнувшись на старом ковре, и вбежала на кухню.
Мать стояла у мойки, вцепившись обеими руками в край раковины. На полу валялась металлическая крышка от кастрюли. Вода из крана текла тонкой струёй.
– Что случилось? – выдохнула Алиса.
Мать подняла голову.
И посмотрела мимо неё.
Не на неё. Мимо.
У Алисы внутри всё сжалось.
– Мам?
– Кто это? – спросила мать хрипло.
Алиса медленно обернулась.
Позади никого не было. Тёмный коридор, полоска света из её комнаты, старые обои, зеркало у входной двери.
– Здесь никого нет.
– Он только что стоял, – сказала мать, всё ещё глядя в пустоту. – Вот здесь.
Алиса почувствовала, как холодеют руки.
– Кто?
Мать перевела на неё взгляд и вдруг усмехнулась. Устало. Почти презрительно.
– Да никто. У тебя лицо такое, будто ты сейчас в обморок упадёшь.
Алиса сглотнула.
– Ты пьяна.
– А ты злая.
– Это ты так говоришь, будто это недостаток.
Мать повернулась обратно к раковине и закрутила кран. Металл заскрипел.
– Иди спать, Алиса.
– Ты сама видишь, что я не смогу.
– Это уже не моя проблема.
Вот. Вот оно. Это было больнее, чем крик, чем брошенный стакан, чем запах вина. Холодное, равнодушное «не моя проблема», будто Алиса была чем-то временным. Ошибкой. Неловкостью, которую приходится терпеть.
– Конечно, – сказала она тихо. – Никогда не была.
Мать ничего не ответила.
Алиса стояла ещё секунду, ожидая – сама не зная чего. Извинения? Окрика? Хоть чего-нибудь человеческого.
Но мать только смотрела в чёрное окно над мойкой, и в этом отражении их обеих было что-то настолько мёртвое, что Алиса не выдержала.
Она развернулась и вышла.
На этот раз в комнате она не стала закрывать дверь.
Просто легла поверх покрывала, не раздеваясь, и уставилась в потолок. По нему медленно скользили блики от проезжающих машин. Раз в несколько минут дом потрескивал, как старое дерево на морозе. Алиса считала эти звуки, чтобы не думать.
Один.
Два.
Пауза.
Три.
Где-то далеко завыла сирена.
На кухне мать снова засмеялась.
Алиса села.
Смех был тихий, почти ласковый. Как будто мать разговаривала с кем-то, кого любила.
Потом – ещё один голос.
Не слово. Не фраза. Просто интонация. Чужая.
Алиса встала так резко, что потемнело в глазах.
– Нет, – прошептала она.
И пошла в коридор.
Кухня была пуста.
Свет над плитой горел. На столе стояла бутылка, уже почти пустая. У мойки лежала разбитая крышка – Алиса машинально подумала, что раньше она не была сломана. Стул покачивался, будто с него только что встали.
Но матери не было.
– Мам?
Тишина.
– Мам!
В ванной пусто. В туалете пусто. В прихожей – никого. Замок на входной двери закрыт изнутри. Окно на кухне защёлкнуто.
Алиса остановилась посреди коридора.
Сердце ухнуло вниз и замерло.
Она ведь не слышала, как открывалась дверь. Не слышала шагов. Вообще ничего.
Только смех.
Только голос.
Только…
– Алиса.
Она резко обернулась.
Мать стояла в дверях её комнаты.
Просто стояла, будто всегда там была.
Алиса почувствовала, как по коже побежали мурашки.