Алиса Гордеева – Копия (страница 10)

– Нет, наш договор в силе.

– Замечательно! Давайте вернемся в дом. Думаю, Арна уже подала ужин.

Мужчины покинули конюшню и направились к дому. Дорога была недолгой, но прошла в тишине. Адам понимал тщетность своего визита, а Ларуса не покидало дурное предчувствие. Но стоило им зайти в дом, как тут же их мыслям было задано новое направление. Навстречу мужчинам выбежал мальчишка – средний сын Ларуса Петер.

– Папа, папа! Хинрик схватил рюкзак и убежал! Он сказал…– Заметив Адама, мальчишка осекся и замялся. – Короче, он ушел из дома.

– Ничего, Петер, пусть остынет немного. Вернется. – Ларус старался казаться спокойным и уверенным в своих словах, но по его сжатым в кулаки рукам Адам сразу понял, что тот не на шутку взволнован.

– Будет лучше, если я вернусь в город, – предложил Адам. Его миссия в этом доме была завершена.

– Уже поздно, – без спроса вмешалась в разговор Арна. – Оставайтесь. Я подготовила для вас комнату. Не обращайте внимания на Хинрика, в последнее время он сам не свой. Немного успокоится и вернется.

Вот только Хинрик не вернулся ни к ужину, ни парой часов позже. Ларус и Арна изрядно переживали, хотя и пытались не показывать гостю своего излишнего волнения. И лишь тогда, когда в двенадцатом часу ночи раздался телефонный звонок, родители парня немного успокоились.

– Энн звонила, – обратился Ларус к жене, а Адам сидевший в это время в гостиной, невольно замер. Главная цель его визита была так близка и в то же время так далека от него. – Хинрик у нее, не волнуйся. Завтра она обещала привезти его домой.

«Завтра», – прошептал про себя Адам и удалился в отведенную ему комнату.

__________

¹ – Здравствуйте! (исланд.)

² – Вы кто? (исланд.)

6. Это он

– Всё? Уже? – Заметив, что Энн вышла из своей комнаты, Хилдер заёрзала на диване в нетерпении выведать подробности. – Что Адам Ваха сказал? Это его номер вообще? А голос? Какой он? Такой же шикарный, как и он сам? Энн! Ну, не молчи!

– Боже, Хил, успокойся! – Энни подошла к подруге чуть ближе и потянула за кончик ее большого пальца, вытаскивая тот изо рта. – Это не твоя привычка.

– Энн! – проворчала та. – Ты издеваешься? Рассказывай! А то я подумаю, что зря напрягла Хельгу. Ты же знаешь эту мелкую пиранью: сестренка мне еще не раз припомнит, как я рылась в ноутбуке отца. Давай, Энн! Я жажду деталей!

– Да нечего рассказывать. – Энн плюхнулась рядом с подругой на диван и, подогнув ноги под себя, развернулась в ее сторону. – Он не особо меня слушал. Сначала что-то говорил на своем языке, а когда до него дошло, что я не понимаю, перешел на английский, холодно отрезал, что в моих услугах не нуждается, и сбросил вызов.

– И все? – искренне недоумевала Хилдер. – Хотя неудивительно. Для такого мужчины, как Адам Ваха, мы с тобой – словно назойливые мухи. Представляешь, сколько красоток со всего мира так же названивает ему каждый день?!

– Хил, я не названивала! – возмутилась Энн. – У меня к нему было дело. И вообще…

– Вот, Энни, у тебя было дело, – перебила ее Хилдер. – Удивительный предлог попытаться обратить на себя внимание такого мужчины! А ты…

– Какого «такого», Хил? – от души рассмеялась Энн. – Ты же его видела лишь на фотографии, да и то неизвестно, какой она давности. Возможно, он в отцы тебе годится! Да и наверняка он давно женат и имеет кучу детей.

– Эх, Энн! А помечтать? – наигранно простонала Хилдер. – Ладно. Видимо, не судьба!

Подруги рассмеялись и попытались сменить тему разговора: обсудили планы на ближайшие выходные, выбрали, чем будут ужинать сегодня, и даже обсудили поведение Хинрика. Но в глубине души каждая из них переживала свое столкновение с Адамом Ваха. Хилдер все никак не могла выбросить из головы образ статного черноволосого мужчины с выразительными, даже зачаровывающими глазами и правильными, хоть и немного грубоватыми, чертами лица. А Энн прокручивала в голове его слова и сожалела, что не смогла достучаться до его сердца, чтобы облегчить участь Странника.

Правда, через пару дней головы девчонок были заняты уже совершенно другими мыслями.

Жизнь в городе имела свои преимущества. Постоянные прогулки, интересные места, новые знакомства и, главное, абсолютная свобода и самостоятельность озаряли дни новыми красками, а вечера – ярким общением.

– Энни, помнишь Олафа? – расплываясь в улыбке, спросила Хилдер. В одной руке она держала бумажный стаканчик с кофе, а другой приобнимала за плечо высокого, слегка кучерявого парнишку.

Субботний вечер девушки решили провести в небольшой кофейне в паре кварталов от дома. Удобно устроившись у самого окна, Хил много болтала, вспоминая смешные и нелепые истории из школьной жизни. Энн же, порядком подустав, ласково смотрела на подругу, потягивая ароматный напиток и изредка кивая. Когда кофе в их стаканчиках закончился в очередной раз, Хилдер унеслась за добавкой, а вернулась в компании незнакомца.

– Ну же, Энн, вы с Олафом еще сидели вместе на математике! – не унималась Хил и, бросив на парня оценивающий взгляд, добавила: – А ты похорошел с тех пор.

Олаф расплылся в широченной улыбке и протянул Энн руку для приветствия:

– Нам было лет семь, Энн. Не переживай, Хилдер я тоже не сразу узнал.

И тут Энн вспомнила своего соседа по парте, который проучился в их с Хилдер школе от силы пару лет, а потом исчез.

– Привет, Олаф! – улыбнулась она и, указав на свободное место рядом, предложила молодому человеку присоединиться к ним.

– Вот это встреча! – устроившись поближе к парню, проворковала Хилдер.

– Ты вроде переехал тогда, верно? – спросила Энн скорее из вежливости. Усталость давала о себе знать и не располагала к общению с другом детства, если вообще можно было считать Олафа таковым.

– Да, дед выкупил ферму недалеко от Хусавика, и мы перебрались туда. Энн, не поверишь, я буквально несколько дней назад вспоминал о тебе! Отец пытался выкупить вашего строптивого жеребца, но не потянул. Ты была на выставке?

– Нет. – Настроение, и без того не самое веселое от упоминания о Страннике, опустилось до нулевой отметки.

– Я так и понял, – ничего не замечая вокруг себя, громко отозвался Олаф. – Зато я Хинрика видел. Вот уж кого не узнать! Я же его совсем маленьким помнил. Вот кто точно изменился!

– Так и ты немного подрос, – с иронией в голосе подметила Энн, но парень совершенно не уловил шутки.

– Знаете, я в своей школе был в сборной по гандболу. У меня неплохо получалось играть. Вот сейчас и в университете планирую попасть в команду. А ты, Хил, чем увлекаешься?

Откровенно утомившись от компании Олафа, Энн пыталась уловить взгляд Хил, но та упорно смотрела на парня, слушая его с открытым ртом.

– Я вас оставлю на минутку, – произнесла она, и оба машинально кивнули, ясно давая понять, чтобы их не отвлекали по разной ерунде.

Энн протиснулась между ребятами и поспешила к выходу. Похоже, этим вечером ей предстояло идти домой одной, а, возможно, и ночевать тоже.

Хилдер, хоть и была до безумия влюблена в Хинрика, никогда не лишала себя возможности весело провести время в компании других ребят. Это только с братом Энн Хил краснела и терялась в словах, в общении же с другими парнями она была активной и свободной.

Скинув подруге сообщение, чтобы та не волновалась, Энн неспешно пошла в сторону дома, наслаждаясь атмосферой вечернего города.

Квартира, которую снимали подруги, находилась на первом этаже небольшого трехэтажного дома и имела отдельный вход. Именно возле него Энн и заметила нежданного гостя, явно не первый час ожидавшего возвращения девчонок.

– Вот, значит, зачем ты переехала?! Чтобы гулять день и ночь?! – даже не поздоровавшись, начал Хинрик.

– Привет, – улыбнулась брату Энн и, отворив дверь, пригласила его войти.

– Я к тебе не в гости приехал! – не сдвинувшись с места, пробормотал парень.

– Тогда что ты делаешь здесь?

– Хотел тебе сообщить, что новый хозяин коня объявился. Видите ли, захотел приноровиться к его характеру, прежде чем увезти.

На лице Энн невольно промелькнула улыбка: она ошиблась в Адаме Ваха. И это не могло не радовать беспокойное сердце девушки. Хинрик же, не замечая изменений в выражении лица сестры, тут же продолжил:

– Отец поселил его в нашем доме, а я убежал. Не могу я с «этим» за одним столом сидеть и притворно улыбаться. Тошнит. Пустишь к вам на пару дней?

– А как же отец? Накажет же!

– Боишься? – сквозь зубы процедил Хинрик.

– Не в этом дело, – неуверенно ответила Энн, но все-таки разрешила ему остаться. – Пару дней поживешь в гостиной. А потом, Хинрик, вернешься домой. И отцу обязательно сообщим, что ты здесь, а то они с матерью с ума сойдут.

Ничего не ответил Хинрик, лишь смерил сестру недобрым взглядом и вошел в дом.

– Ты голоден? – заглянув в холодильник, поинтересовалась у брата Энни.

– Есть немного, – пробурчал Хинрик, жадно разглядывая квартиру. – Уютно у вас тут. Где Хилдер?

– Встретила старого знакомого. Может, помнишь Олафа? – Энн достала сыр, паштет и хлеб. – Могу сделать сэндвич, как мама любит.

– Годится, – согласился Хинрик. – Олаф – придурок! Зря ты оставила Хил с ним одну.

– Не поверишь, но она уже большая девочка, пусть сама решает, – намазывая паштет, пробормотала Энн. – Да и не все же ей ждать, когда ты повзрослеешь. Мне кажется, она устала от твоих перепадов настроения.

– Невелика потеря! – зло промычал парень и, засучив рукава толстовки, принялся помогать сестре.