Алиса Джукич – Адские тени (страница 25)

Я схватила фрейлину за руку и ринулась прочь, чтобы скрыться на втором этаже. На нижней ступеньке лестницы, задыхаясь, плакала Мая. Девушку трясло, как при лихорадке. Ее утешали, окружив кольцом, охавшие подруги, и даже Мари подала ей платок, в который она, не стыдясь, громко высморкалась.

Сглотнув горечь во рту, я догадалась, что раненой куртизанкой стала ее сестра-близняшка, но все же решила не останавливаться и не тратить время на напрасное утешение. Мне нужно было срочно поговорить с Кларой наедине.

Коридор второго этажа пустовал: все толпились внизу.

Дверь нашей спальни с грохотом закрылась. Как только мы вошли, я лихорадочно принялась стягивать с себя грязное платье.

– Лора жива?

– Да, ее увезли на повозке в здравницу, но дело дрянь…

Выглянув из узкой горловины платья, я удивлено выгнула бровь. Впервые слышала от чинной подруги недозволенное для придворной дамы ругательство.

– Мари сказала, что лекари сделают все, чтобы бедняжка выжила. Ей понадобится переливание крови и операция, – Клара вознесла руки к небу, – слава Всевышнему, у ее сестры такая же группа. Вы смогли что-то узнать?

Я наконец вылезла из уродливого платья и нагло бросила его возле шкафа, оставшись в нижней сорочке. Все равно наряд уже не спасти: безобразные рюшки пятнила кровь, а горошек – грязь и пот.

– Нет, – расстроенно пожевав губу, ответила я и села на край письменного стола. Клара осталась стоять возле двери, все еще находясь в шоке. – Кайлан и его «группа подручных» нагнали меня в переулке, пришлось свернуть преследование.

Я запустила пальцы в сырые волосы, нервно покачивая ногой в воздухе.

– Селье видел, как вы пользовались магией теней? – осторожно поинтересовалась Клара и опустилась на свою кровать. Небольшое красное пятно на ее шее привлекло мое внимание, но жужжащие в голове проблемы, будто пчелы над вареньем, не позволили сосредоточиться на быстро утекшей сквозь тревогу мысли.

– Нет, но и без силы мое необоснованное появление в переулке и преследование демона грозится сорвать маску с моей лживой личности, – я покачала головой. – Пока не придумаю логических оправданий, мне лучше не попадаться лорду на глаза.

Клара задумчиво провела пальцами по подбородку:

– Рич сказал, что заключенные лазутчики Елены до сих пор находятся в тюрьме Франсбурга. Может, нам стоит с ними поговорить, чтобы выяснить мотивы вашей тетки?

Я улыбаюсь до ушей. Наконец-то мы нащупали первую значимую нить в этом клубке смертей и игр за власть, где вспарывающей правду иглой была я.

– Ты умница, Клара! – похвалила я подругу и соскочила со стола, в предвкушении потирая ладони. – Завтра же устроим дебош и сядем в камеру!

Утром Мари очень кстати объявила, что после вчерашнего неприятного инцидента бордель закроют на два дня для укрепления охраны и запечатывания всех окон и черных входов.

Кайлан в «Ядовитом Сердце» так и не появился, а я терзала себя мрачными догадками о том, что стряслось на крыше, нервно выхаживая по комнате.

Дождавшись вечера, мы с Кларой незамедлительно отправились в ту самую таверну, где постояльцы предлагали нам утихомирить их интимный голод ртами.

Вот уж не думала, что существует место порочнее борделя!

Пока мы скоро вышагивали по улице, Клара то и дело вздрагивала и прижималась ко мне боком. В заволоченном черными тучами небе сверкали яркие молнии, освещая тьму заревом белоснежного света. В воздухе пахло дождем, но первые капли еще не успели смочить брусчатку.

Людей на улице практически не было, изредка нам на пути попадались патрулирующие офицеры и заядлые гуляки с собаками. Большинство горожан, испугавшись грозы, разбежались по домам или решили провести время в увеселительных заведениях, попивая ром и поглядывая на грудастых горничных. Что касается благородных дам и их мужей, то они, безусловно, обмахивались перьевыми веерами в филармонии, слушая инструментальную музыку, или созерцали в маленький бинокль спектакль в круглом театре.

Но сегодня я не искала встречи с высшим обществом. Чтобы ввязаться в драку и попасть в тюрьму, хватит и обычных развратных пьянчуг.

С порога в меня врезался смрад дешевой выпивки. Клара закашлялась, но все же вошла следом за мной в гиблую таверну.

Строение кардинально отличалось от того, где я встретилась с Ричардом. Здесь витали дух бедности и хрюкающий смех простолюдинов, отчаявшихся вылезти из трясины безденежья.

От удивления у меня отвисла челюсть. За одним из столов, играя в домино с четырьмя бедняками в рваных рубашках, сидел мой старый знакомый – зубастый толстяк – и делал ставки.

Я повесила пальто на крючок у двери и, показав за спину большим пальцем, дала понять подруге, что цель нашего сегодняшнего вечера найдена.

Клара тоже стянула с себя верхнюю одежду, взгромоздила ее поверх моей и недовольно насупилась.

– Вы уверены, что это единственный способ расспросить лазутчиков королевы?

Наш план был до неприличия прост: спровоцировать недалеких пьяниц на надругательство и хорошенько дать им отпор. Желательно – пырнуть ножом кого-нибудь из нападающих. В тюрьму нас надолго не отправят, списав наши действия с противозаконных на необходимые для защиты, но пока офицеры будут разбираться в деле, нам обеспечат пару вечеров в компании с заключенными Франсбурга.

– Нет, но явно самый быстрый, – ответила я и добавила, заметив, как затряслись руки Клары: – Если что, нас выкупит Ричард. Я отправлю ему письмо, вдруг дело дойдет до суда.

Клара тяжело сглотнула, и мы уселись за соседний от толстяка столик. Поцарапанную бокалами столешницу заливали липкие пятна, рукав моего шерстяного платья с высокой стойкой испачкался в разлитом алкоголе.

Галдеж прокуренных голосов мешал нормально думать, и я, хлестанув длинной косой по спине, развернулась к мужлану.

– Милорд, какая приятная встреча! – пропела я и искривила губы в подобие счастливой улыбки.

Я сидела спиной к стулу бурбона, а наши столики стояли так близко, что, если бы вознамерилась, могла запросто коснуться заплывшего жиром плеча. Толстяк, заметив меня, приподнял косматую бровь, и его монокль, упав с глаза, повис на выпяченном животе.

– Вы? – не меньше моего удивился бобрик и показал кривые зубы.

– Люси, – назвалась я и, закинув ногу на ногу, позволила длинному подолу соблазнительно оголить щиколотку. Игра за столом, где двое мужчин из-за проигрыша выдирали на голове волосы, разом перестала интересовать мужчину.

Скрипнув стулом, он неуклюже развернулся и с воодушевлением посмотрел на меня глазами, полными огня.

– Дорогая и обворожительная Люси, не желаете ли присоединиться к нашему веселью? Я с удовольствием внесу за вас первый взнос.

– Конечно, – лживо отозвалась я, покручивая кончиком косы. – Вы не против, если в игру войдет и моя сестра?

Бурбон недовольно надулся. Так, что казалось его толстая рожа вот-вот треснет, но все же изрек:

– С чего мне противиться? Моих денег хватит на всех! – он развратно подмигнул, а я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза.

Через минуту мы с Кларой уже сидели за столом толстяка. Подруга перебирала в руках кости, готовясь сделать ход.

Желтоватый свет от пыльных ламп делал потное лицо бобрика еще более мерзким. Мне досталось почетное место рядом с ним, так что я не только видела стекающие по его лбу капли пота, но и чувствовала отвратительный запах из его вечно приоткрытого рта.

Бедняки убийственно поглядывали на мою подругу, страшась, что она вытащит «пять» и объявит «рыбу».

– Жаль, что наше знакомство прервала Мари, – я намеренно слишком глубоко вздохнула, чтобы ткань обтянула грудь.

Бурбон достал из кармана синих брюк заляпанный жиром платок и промокнул мокрый лоб и виски. Если бы я только могла нагнуться и опустошить желудок под столом, жизнь стала бы легче. А пока приходилось выдавливать из себя крайнюю заинтересованность в этом гнусном мужике.

– Мари совсем от рук отбилась! Я уже неоднократно говорил Ле Селье, что его бандерша слишком часто сует свой кривой нос туда, куда не следует.

За столом все облегченно выдохнули, когда Клара положила к остальным костям домино «тройку» и игра продолжилась.

Упоминание Кайлана подогрело желание быстрее разобраться во всем, что таит в себе Франсбург.

Внутренне сжавшись в наэлектризованный узел, я положила руку на распластавшуюся на стуле ляжку мужлана, проглатывая омерзение. Он захрипел, обдав меня падальным дыханием, и моя ладонь поползла выше, остановившись недалеко от маленькой выпуклости.

Глаза бурбона заметались, и я поспешно убрала руку, растравливая в нем интерес.

– Ваш ход, – кокетливо заговорила я, подав ему новые кости.

– Г…Гарри, – представился бобрик и пухлыми пальцами забрал у меня домино. Мужлан выложил «дубль» и, отмахнувшись от игры, взял меня за руку.

Я не сопротивлялась. Лишь маленький сгусток теней в углу обветшалой таверны с падающей со стен краской неоднозначно дернулся, как и жилка у меня под глазом.

Старый извращенец уложил мои пальцы на вяло напряженный бугорок, и меня все же передернуло. Стараясь всячески скрыть отвращение, я представляла под рукой что угодно, только бы не завизжать и не отпихнуть его к чертям.

Гарри нужен был мне для будущей роли насильника, но ублажать его «полудохлую канарейку» за «спасибо» я не собиралась.

В забытой богом таверне на втором этаже находились спальни для тех, кто перепил или решил не ждать похода в «Ядовитое Сердце».