Алиса Атлас – Зеркальная невеста для короля (страница 6)

– В общении с девицей мне должен помогать советник? Или диктовать в каком виде я с ней должен проводить время? Канцлер, вы в своём уме?

Мужчина в чёрном не дрогнул.

– Я прекрасно понимаю желание Вашего величества вести свободный образ жизни, к которому вы привыкли в походных условиях. Но здесь, в королевском дворце, существуют правила поведения. Пойдут слухи.

Монарх рассмеялся снова.

– Слухи? Пойдут слухи, что король волен ходить в свободной одежде в собственном дворце? Или что ему хватает наглости наедине общается в подданной?

– Слухи могут быть куда откровеннее, чем вы можете себе представить, Ваше величество. Они опорочат вашу предстоящую помолвку и очернят вас в глазах невесты и подданных.

Девид Грэхэм V мгновенно стал серьёзным, и все почувствовали эту перемену. Он медленно, словно вымеряя каждый миллиметр, поднял подбородок выше. Посмотрел прямо в глаза канцлеру.

– Напоминаю вам, канцлер, что пока что, – он выделил последнее слово голосом, – ваш сюзерен не женат и даже не помолвлен. Если подданных волнует, как я веду себя во дворце, а не способы управления государством, распустите слухи сами. Скажите, что я сплю с Агатой. Отбил её у Стерна, и не вылезаю из её постели. Направьте слухи в конкретное русло, и перестаньте меня утомлять желанием контролировать не только наши сеансы с Агатой, но и меня. Я справлялся на войне с демонами без ваших советов. И что-то мне подсказывает, канцлер, что и во дворце смогу заново освоиться. А сегодня я уделил вам и так слишком много внимания. – Король обвёл взглядом стоящих перед им мужчин. – Прошу вас, уважаемые дейны, займитесь своими прямыми обязанностями, которых, я надеюсь, у вас и так предостаточно. Здесь прошу остаться только тех, кто не доверяет мне, как монарху, династическому магу и сомневается во мне, как в драконе и командире.

В комнате наступила такая звенящая тишина, что казалось, на ней можно играть, как на колокольчиках. Первым двинулся в сторону выхода Стерн. За ним потянулся Этон. Замыкал процессию канцлер.

Закрывая дверь, он на секунду остановился на пороге и метнул в меня взгляд, полный ненависти. Но достоинства не потерял.

Король дождался, когда дверь закроют полностью, а потом посмотрел на меня с любопытством.

– И чем же вы так привлекли внимание моей грозной троицы? Не помню ни единого случая, когда их всех одновременно беспокоил какой-то один человек. – Он прищурился, шагнув с мою сторону. – Кто вы такая, Агата?

Готов

У Девида было такой выражение лица, словно он меня впервые увидел. А я заторопилась сесть за рабочий стол. Не только чтобы приступить к знакомой процедуре, но и чтобы отодвинуться подальше, перевести разговор на другую тему.

Монарх раскусил мой приём и схватил за руку. Я не успела увернуться и иголка, которая так и осталась у меня в руках, воткнулась в подушечку мизинца. Я вскрикнула, а на кончике пальца выступила кровь.

Короля словно подменили. Он быстро развернул мою ладонь, приблизил к своему лицу так близко, словно собирался целовать. И не отрываясь смотрел на выступившую каплю крови.

Мне показалось, что он принюхивается к чему-то. А когда мужчина прикрыл глаза, мне показалось, что над его бровями засеребрились крохотные чешуйки, сходящиеся над переносицей.

Дракон шумно вдохнул и взглянул на меня. Его чёрные глаза прорезал чёткий вертикальный зрачок. Я вскрикнула и отдёрнула руку. Но вместо того, чтобы отпустить, Девид дёрнул меня к себе.

Придавил так, что от подбородка, до голеней я оказалась прижатой к твёрдому телу, без малейшей возможности отстраниться. И сразу поняла, что противостоять ему в таком состоянии нельзя.

Я замерла, и не смотря на бешено бьющееся в груди сердце, даже дышать перестала.

Дракон повёл носом, почти касаясь моей щеки. Я начала дрожать, словно от выскочив зимой на улицу без одежды, а Девид был неподвижным, как скала. Он сделал вдох, выдох и осторожно разжав руки сделал шаг назад.

У меня подкосились ноги, и я рухнула бы на пол. Но мужчина бережно усадил меня в кресло, и придвинул его к столу так близко, что я не могла бы вздохнуть. А потом уселся в кресло напротив.

Но пока он шёл от моего стола, в его облике произошли разительные перемены. Король снова стал человеком. Без хищного рисунка чешуек на лбу, без драконьих вертикальных зрачков.

Девид вытащил из-за ворота рубахи наборный амулет. Зажал двумя пальцами похожий на лепесток огня выступающий уголок. Подождал, глядя мне в глаза. А я замерла, словно кролик, сидящий перед змеёй.

Через несколько бесконечных, тягучих словно карамель секунд, дракон заговорил с отрешённым выражением лица.

– Странно. Ты пахнешь так же сладко, как магичка, но в тебе нет и капли дара. Его не нашёл ни Кевин, ни я, ни мой амулет. Но запах… – Он несколько раз моргнул, снова вернул амулет на место в ворот глубоко распахнутой батистовой рубахи надетой под кожаный жилет. Продолжил таким энергичным голосом, словно ни в чём не сомневался секунду назад. – Давайте приступим к первому сеансу. Что будет происходить? Что потребуется от меня?

Стараясь не выдать своего животного страха перед разоблачением, я тихонько отодвинула кресло от стола, вдохнула полной грудью.

– Сейчас я настрою артефакты, и вы представите себе то чувство, которое отдадите взамен любви. В вашем случае, безразличие.

– Что значит «представить себе».

– Вспомнить ситуации, в которых вы испытывали это чувство ярко. Без примеси чего-то другого.

Цепкий взгляд короля Девида скользнул с моего лица вниз. Спустился по шее, груди, рукам. Меня обдало жаркой волной, словно он ко мне прикасался. Снова посмотрел в глаза.

– Ты будешь видеть то, что я вспомню?

Мне хотелось бы обмануть короля. Но сделать это я не рискнула. Кто его знает, что он чувствует и как себя поведёт, не скажи я ему правды.

– Да. Я увижу всё то же самое, словно буду смотреть вашими глазами.

– Тогда, тем более, не выкай мне. – Дракон усмехнулся. – Глупо выкать, если будешь знать тайное. – Он опустил голову, и резко вскинул её вновь. – Кстати, а сколько тебе лет?

И снова испытующий взгляд. Словно проникающий в душу, просвечивающий насквозь, как солнечный луч тонкую занавеску. Но скрывать надо было всё: происхождение, имя, магию, возраст. И тут я решила не врать, а воспользоваться уловкой.

Инструментальщица, которая приютила меня после бегства из левобережного Иривейна, рассказывала, что в Северном Ортене дети часто умирали. Поэтому их возраст начинали отсчитывать с 3 лет.

– Мне 17, – выпалила я, про себя добавив, если учитывать календарь соседей.

Дракон нахмурился.

– Совсем маленькая. Только-только в пору замужества входишь. – Он задумчиво скосил глаза на увешанные амулетами стены. – А никак нельзя, чтобы процедуру провёл кто-то другой?

– Нет. Только я. Не стесняйтесь, я уже всякого насмотрелась. Меня сложно удивить. Да и можно без подробностей. Главное, чтобы чувства были сильными.

Девид кивнул, и я начала устанавливать на столе конструкцию, похожую на овальное зеркало. Рама была пуста. По кругу располагались специальные углубления. В них вставила артефакторные пластины. К середине закрепила вертикальную спицу, на которую была насажена ониксовая пластина в размер отсутствующего стекла.

– Готов?

Король удобнее сел в кресле. Посмотрел на меня с вызовом. Опёрся руками в широкий подлокотник и кивнул.

– Готов. Можешь начинать.

– Тогда вспоминай и чувствуй.

Я села так, чтобы глаза Девида были ровно в середине конструкции. Крутанула ониксовую пластину, и она начала вращаться сначала медленно, а потом ускоряясь настолько, что словно размылась в воздухе.

И когда её уже стало совершенно невозможно различить в зеркальной раме, я увидела обнажённые плечи.

Пустота

Теперь я стала Девидом Грэхэмом. Видела мир его глазами.

Девушка не была раздетой. Но платье ей подобрали именно так, чтобы волновать, а не прятать. Хорошо подобрали, но зря. Девид Грэхэм скользил по белоснежной коже, кружеву ручной работы, тонкой изящной шее и скучал.

Её светлые волосы были уложены ровными локонами. Голубые глаза лучились чистотой и обожанием. Розовые губы идеальной формы что-то без перерыва говорили, но мне было безразлично.

Красавица кокетливо наклоняла голову, делала вид, что смущена. Потом вновь становилась порывистой, покачивала плечами. Проходила чуть вперёд, демонстрируя тонкую шею и приоткрытую проймой-лодочкой спину.

Она не навязывалась, но точно, словно ступая по невидимым клавишам, играла мелодию соблазнения. Вдохновенно, самозабвенно, вкладывая душу. Было видно, что она отрабатывала каждую секунду. Ловила ответную реакцию.

А её не было. Совсем никакой.

Я чувствовала, как старался Девид, как тянулся внутрь, как пытался пробудить в себе отклик, интерес, влечение. А оттуда приходило только гулкое эхо пустоты.

Я резко затормозила ониксовый маховик внутри пустой зеркальной рамы. Посмотрела на короля. Он выглядел так же, как и до процедуры поиска чувства. Сидел в кресле достаточно расслабленно. Но глаза стали колючими.

– Всё увидела, что хотела?

Я прикусила губы, пытаясь сформулировать ответ. Понимала, что передо мной самый опасный человек правобережного Голдвуда. И самый важный для меня для пересадки чувства.

Как он меня назвал? Зеркальницей? Это лучше, чем меняла. Мне надо было отзеркалить его ощущения, сделать из них слепок. Но я боялась, что поняла его неправильно. Может быть любовь есть, но к другой?