Алиса Атарова – Золотая клетка (страница 61)
– Да, конечно, Ваше Величество. Мы приготовили пир в честь вашего приезда, а завтра с утра будет торжественное открытие Академии Цилинь, а также вступительные экзамены. Надеюсь, вы поможете отобрать несколько учеников для этой принцессы, – проговорила Мин Сянь.
– О, прекрасная идея, – воодушевился Цзи Хэ. – Что ж, отправимся.
Вся процессия двинулась в город в резиденцию старшей принцессы. Император со свитой тоже остановится здесь. Мин Сянь приказала прибрать все южное крыло для императора и его людей.
– Не стоило так беспокоиться, – поморщился Цзи Хэ, слушая гунчжу, когда они оказались в покоях императора. – Эти старые болтуны могли бы разместиться на постоялом дворе.
– Ваше Величество, – предупредительно произнес Ши Гуань, тенью следовавший за ними.
– Ох, точно, Наши дражайшие придворные, – саркастически поправился император. Мин Сянь не выдержала и хмыкнула.
– Ваше Высочество, хотя бы вы не поощряйте поведение Его Величества! – взмолился бедный советник, глядя, как тихо хихикает Мин Сянь.
– Видишь, тетушка не станет упрекать Нас, как ты говорил! – возмущенно сказал Цзи Хэ. Он повернулся к Цюйцинь: – Ши Гуань утверждал, что когда Мы приедем в Вэньчжоу, то получим от вас разнос по поводу Нашего, как он это называет,
– Ваше Величество очень выросли и многому научились, – с улыбкой отозвалась Мин Сянь. Она поборола в себе желание положить императору руку на голову, осознав, что это неподобающе. – Эта принцесса слышала о вашем славном правлении здесь, на юге. И о канале. Мои поздравления. Цзяннаню более не грозят наводнения. Это поистине величайшее достижение Северной Сунь!
– Вы перехваливаете Нас, – отмахнулся император. – Это же ваши усилия дали толчок строительству. Не стоит отдавать все лавры Нам.
– Но Ваше Величество и правда прекрасный правитель. Эта подданная теперь может спать спокойно, зная, что вы растете здоровым и мудрым императором, – сказала принцесса. Цзи Хэ вскинул на нее глаза, а затем неожиданно сделал шаг вперед, обнимая ее. Мин Сянь только сейчас осознала, как мальчик вытянулся – он был уже чуть выше ее.
– Тетушка, а как у вас дела? Где Ш… Мин Цзянь? – спросил император, отстраняясь.
– У нас все прекрасно. Он уехал, чтобы… не смущать своим присутствием столичных чиновников, – пояснила Мин Сянь с улыбкой.
В покои постучался Чжоу Су, с поклоном извещая о том, что все чиновники уже собрались в главном зале поместья и ждут императора.
– Ох, надеюсь, мы еще успеем поболтать вечером. – Цзи Хэ схватил тетю за руки и крепко сжал. – Нам о стольком надо вам рассказать! А сейчас – долг зовет!
Под смех Мин Сянь они вышли из покоев. Пир был ужасно скучным, как и все пиры до него, когда приходится сидеть рядом с людьми, которых не слишком любишь и которым абсолютно не доверяешь. Мин Сянь была бы счастлива поболтать с императором и Ши Гуанем наедине, но, к сожалению, для чиновников приезд Его Величества был самым значимым событием последних лет десяти. Бесконечно звучали тосты за здравие и долгую жизнь императора, попытки пожаловаться на нелегкую судьбу и бесконечные – и нуднейшие – рассказы о том, как то плохо, то хорошо живется в Вэньчжоу.
Мин Сянь сидела в одиночестве по левую руку от императора, пытаясь побороть зевоту и потягивая вино. Иногда она переглядывалась с императором, который еле сдерживал хихиканье из-за какого-нибудь старого чиновника, рассказывающего про приезд очередной легендарной личности в Вэньчжоу. Ей было неимоверно скучно и, что ж греха таить, немного одиноко. Она не видела Шан Юя уже несколько дней, и это был самый долгий срок, на который они разлучались за последние два года.
Только когда разговор зашел об Императорской академии Цилинь, Цюйцинь оживилась и принялась с жаром рассказывать, что на завтра назначены вступительные экзамены, где она сама планирует отобрать и несколько личных учеников.
– Тетушка следует своей мечте пополнить ряды величайших художников Нашей империи, – с усмешкой сказал молодой император.
– Что вы, Ваше Величество, – от неожиданности та даже закашлялась. – Эта подданная лишь хочет, чтобы империя процветала, а искусство – неотъемлемая часть культурной жизни любой страны.
– Что верно, то верно, – кивнул Цзи Хэ. – Что ж, посмотрим, какие дарования приехали в Вэньчжоу для поступления в Академию Цилинь.
Мин Сянь согласно кивнула. Она отставила вино, осознав, что выпила уже слишком много.
Когда все посетители наконец разошлись и она проводила императора до покоев и вернулась в свою комнату, Цюйцинь устало повалилась на кровать, чувствуя себя совершенно без сил. Она даже не разделась – уснула прямо так, уткнувшись в подушку, которая все еще пахла Сюином.
Экстра 3.2
Академия Цилинь
Мин Сянь и император сидели на деревянном возвышении во дворе Академии: император посередине, сбоку от него в кресле старшая принцесса, с другой стороны – Ши Гуань в своей неизменной маске. Перед каждым стоял небольшой столик, на котором были фрукты и холодное вино, а над головами их раскинулся навес от солнца. Благодаря этому им было не слишком жарко.
Перед помостом на большом пространстве расставили столы, над которыми склонились кандидаты в ученики Академии Цилинь. На каждом столе лежали кисти, бумага и тушь. Задание у всех было одно – изобразить строчку из стихотворения, и у всех строчки были разные. Мин Сянь сама лично отбирала стихи и теперь предвкушала, что же она увидит.
– Интересный вступительный экзамен, – сказал ей Цзи Хэ, просматривая список стихотворений. – Но не слишком ли сложно? Чтобы выполнить это задание, нужно не только уметь рисовать, но и обладать талантом к поэзии, чтобы правильно трактовать слова великих.
– Ваша подданная хотела, чтобы будущие ученики Академии были не только одарены художественно, но и обладали широким кругозором и разбирались в трактатах, – отозвалась Мин Сянь.
– Так вы выращиваете будущих чиновников для столицы, – хихикнул Цзи Хэ. Несмотря на юный возраст, он был очень проницателен.
– Искусство не может помочь управлять страной, но люди, познающие мир через него, точно станут отличным подспорьем для двора и Вашего Величества, поскольку эта подданная уверена, что искусство помогает развивать ум, – кивнула Мин Сянь.
– Ваше Высочество все отлично продумали, – сказал Ши Гуань, улыбаясь принцессе. Мин Сянь вернула ему улыбку. Ши Гуань ей нравился – годы вдали от родины заострили его ум и проницательность, и из обычного военного чиновника мелкого ранга он сделался мудрым наставником, который оказывал неоценимую помощь императору и пользовался его абсолютным доверием. Уже начали ходить слухи, дошедшие и до Вэньчжоу, что Ши Гуань – это новый великий советник, который постепенно собирает в своих руках все большую власть и может угрожать безопасности трона. Однако Мин Сянь совершенно не беспокоилась на этот счет – раз Цзи Хэ уверен в его лояльности, волноваться не о чем.
К тому же это было уже давно не ее дело. Чиновники, когда она отреклась от власти, полагали, что это лишь хитрый ход императрицы, чтобы править из-за трона, поскольку всем было очевидно влияние Мин Сянь на Цзи Хэ. Однако ее поспешный отъезд из столицы и то, что два года она вообще не поддерживала никаких отношений со столичными чиновниками, поставили всех сплетников в неловкое положение. Они недоумевали: собирает ли старшая принцесса на границе войска, чтобы отделиться от Северной Сунь, или же планирует переворот, как только перестанут говорить о ее роли в убийстве двух братьев? Словом, все придворные, приехавшие с новым императором, с подозрением посматривали на окружение в Вэньчжоу. Им все казалось, что императора схватят в заложники или убьют, и они совершенно точно не ожидали, что тетя и ее царственный племянник будут болтать, как близкие родственники, и обсуждать политические дела без всякой секретности.
Мин Сянь казалась такой же безмятежной, как и на троне, поэтому подозрения не могли так просто пройти. По лицу бывшей императрицы никогда нельзя было понять, о чем она думает, поэтому многие новые приближенные Цзи Хэ чувствовали себя в Вэньчжоу как на иголках. Цюйцинь знала, что никак не сможет их убедить в своей безоговорочной лояльности трону (учитывая тот факт, что ее собственные дядюшка и матушка убили ее родных братьев), а потому предпочитала вообще не волноваться по этому поводу.
Навес от солнца защищал императора и его приближенных, но бедные кандидаты в студенты жарились на пекле, смахивая пот длинными рукавами.
– Ваше Высочество! – Звонкий голос заставил Мин Сянь отвлечься от разговора с императором и посмотреть в сторону площади.
– Да? – приподняла брови та, кидая взгляд на палочку благовоний, отмерявшую время. Оставалось еще около получаса.
– Я закончил. Могу я уйти в тень? – Молодой человек, на которого смотрела бывшая императрица, вытер пот с раскрасневшегося лба. С расстояния Мин Сянь не могла четко разглядеть его лица, но оно показалось ей довольно худым, а фигура кандидата – тонкой и изящной. Он был невысоким по сравнению с остальными молодыми людьми, даже низким, его лицо покраснело от жары, но вызов в его голосе заставил Мин Сянь нахмуриться.