Алис Март – До того, как всё изменится (страница 3)

– Прекрасно, – пробормотал он, – самое подходящее время, чтобы смотреть на огненные вспышки.

Дождь усилился. Влажный воздух стал плотным. В такую погоду любой свет либо размазывается по небу, либо делает вид, что его не существует.

Рейвен терпеливо стоял и смотрел в сторону Ристара. Время, указанное эльфийкой, подходило. Вампир уже собирался прибегнуть к старому и проверенному методу: заставить погоду вести себя прилично, как подобает погоде под властью графа, но внизу послышался шорох. Он наклонился к краю площадки и увидел среди мокрой травы серое пятно. Маленькая фигура пробиралась к башне через заросли, запинаясь о корни и прижимая капюшон к голове, чтобы ветер не сорвал его совсем. Рейвен несколько секунд наблюдал молча, потом устало выдохнул:

– Нет, только не ты.

Айрисэль, мокрая и упрямая, добралась до ворот, исчезла внутри. Через пару минут на лестнице раздались быстрые шаги и хлюпанье обуви. Она появилась на площадке, не замечая Рейвена, стоящего в тени, подошла к парапету, вгляделась в темноту, потом отступила и начала ходить из угла в угол, пытаясь согреться и успокоиться, тихо запела что-то на диалекте трэйли, будто песня могла придать храбрости.

Рейвен не шевелился. Эльфийка остановилась, снова подошла к краю и прошептала тихо:

– На что я надеялась? Конечно, он не придет, – она стиснула кулачки, – надо было идти к старосте… Зачем я вообще…

Рейвен вышел из тени ровно тогда, когда ей самой стало неловко от своей неловкости.

– Ну и где твое явление?

Айрисэль подпрыгнула, резко обернулась, и на секунду на ее лице вспыхнула радость, слишком чистая и слишком юная, чтобы быть приличной.

– Вы… пришли, – выдохнула она.

– Я сказал, что приду, – сухо ответил Рейвен, – слова у меня обычно не расходятся с делом.

Эльфийка смутилась, опустила взгляд, потом снова посмотрела в сторону Ристара, словно надеялась, что небо спасет ее от разговора. Рейвен встал рядом, у парапета. Дождь бил по камню, тучи висели низко, горизонт был темен и расплывчат.

– В такую погоду ты решила смотреть на вспышки? – спросил он, – это смело. Или глупо. Я пока не решил.

– Я боялась, что Вы не поверите, – тихо сказала Айрисэль, – и… я хотела убедиться сама…

– Ты уже пыталась, – напомнил Рейвен, – убедилась?

Айрисэль сжала губы.

– Нет, – призналась она, – но… иногда оно видно даже сквозь тучи. Как отблески. Я думала…

Она не договорила. Вдалеке, в той стороне, где должен был находиться Ристар, небо вдруг полыхнуло. Не молния. Не отражение. Именно вспышка, короткая и резкая.Эльфийка вытянула руку.

– Вот! Ваше Сиятельство, смотрите! Это оно!

Рейвен и сам заметил. Лицо его стало жестче. Вспышки повторились несколько раз, неровно, точно кто-то пробовал силу или посылал сигнал.

– Плохо видно, – сказала Айрисэль торопливо, – из-за дождя, но это оно, я уверена!

Граф выпрямился.

– Значит так, – сказал он, – сейчас я сделаю погоду более подходящей.

Эльфийка моргнула.

– Вы можете?..

– Могу, – отрезал Рейвен и добавил с той особой наивной гордостью, которая бывает у молодых правителей, когда они вспоминают, что обладают чем-то внушительным, – это в моих силах.

Он шагнул к краю, распахнул плащ и поднялся в воздух. Ветер тут же попытался доказать, что графство графством, а стихии тоже имеют мнение, но вампир уже поднялся выше, в темноту, где дождь бил не каплями, а холодными иглами. Айрисэль осталась на парапете и смотрела, не отступая, хотя ливень промочил ее до нитки.

Рейвен раскинул руки, замер на миг. Это выглядело опасно. Где-то рядом ударила молния. Эльфийка вскрикнула и инстинктивно шагнула назад.

Вампир поднял руки выше и громко, властно произнес:

– Повелеваю! Три стихии, придите в гармонию!

Гром ответил так, словно не любил приказов. Рейвен, кажется, улыбнулся. Ему нравилось, когда мир реагирует.

– Огонь!

Вдалеке вспыхнула молния и исчезла, как выполненная команда.

– Воздух!

Гром заглох, тучи начали расползаться, будто кто-то раздвигал тяжелые занавеси.

– Вода!

Дождь оборвался резко, почти обиженно. Черное небо очистилось. Ровно засветила луна. Рейвен опустился на край парапета, чуть встряхнул плащ. Айрисэль подбежала ближе, но остановилась за три шага то ли из уважения, то ли из страха.

– Вы… Вы правда… – начала она.

– Потом, – бросил граф, – смотри!

Теперь свечение было видно отчетливо. Над Ристаром, далеко, в ночи вспыхивали огненные языки. Они появлялись и исчезали, не оставляя следа. Не похоже на пожар. Не похоже на молнии. Больше – на то, что кто-то открывал и закрывал светящееся окно в какой-то другой, Высший мир.

Рейвен смотрел и хмурился.

– Я четыре ночи стоял на своей башне, – сказал он, – и не замечал ничего. А тут видно прекрасно.

Эльфийка тихо кивнула.

– Поэтому я и пришла. Я думала, Вы…

– Я тоже думал, что я, – невпопад отрезал Рейвен, выдохнул и сказал уже более собранно, – ладно. Это не случайность. Это кто-то делает. И делает не здесь, а у меня.

Айрисэль замерла.

– Значит ли это, что нам грозит опасность?

– Опасность грозит всем и всегда, – весомо заявил граф, – просто обычно она делает это избирательно. А тут кто-то явно торопится.

Он поднялся.

– Жди здесь.

Эльфийка моргнула.

– Здесь? Одна?

– Ты же любишь это занятие, – язвительно заметил вампир, – ночью. Одна.

Айрисэль вспыхнула.

– Я не…

– Не спорь, – оборвал он, – я быстро.

Граф взмыл в воздух вороном и полетел в сторону вспышек. Айрисэль осталась на парапете, глубже закуталась в мокрый плащ и, не моргая, уставилась на ночной горизонт.

Рейвен добрался до окраин быстро. Свет становился ярче, резал глаза, будто вспышки приближались. Он миновал несколько полей, темные полосы леса, увидел линию, за которой кончаются земли личного домена короля, Эфаса. И ровно в ту секунду, когда граф преодолел невидимую границу, свет исчез. Не стих. Не ослаб. Исчез, будто его задули. Рейвен резко сбросил высоту, заложил вираж, огляделся. Небо было обычным. Черным. Спокойным. Неприлично спокойным после того, что только что творилось. Он вернулся назад, пересек границу обратно. Свет вспыхнул снова.

Ворон остановился в воздухе и несколько секунд просто парил, глядя на эту очевидную наглость. Он еще раз перелетел границу домена. Свет исчез. Вернулся – свет снова появился. Вампир развернулся и направился обратно к башне. По пути он уже не любовался полями и лесами. Мысли шли плотной цепью: явление видно только из одних земель и не видно из других, значит, оно завязано не на небо, а на землю. На границы. А это уже пахло королевским уровнем проблем. И, как назло, проблемами, о которых отцы обычно говорят фразой: не лезь, ты пока еще не созрел.

Рейвен вернулся к башне, но Айрисэли там уже не было. Конечно. Он мог бы рассердиться и даже начал, но потом вспомнил, что приказал юной эльфийке ждать одной ночью, и гнев как-то потерял убедительность. Ворон полетел в сторону Ристара. По дороге свет снова и снова вспыхивал и гас, играя на границе, как кошка с мышью.

Граф снизился возле кладбища, которое лежало на пути между предместьями и лесом. Каменные плиты сияли в лунном свете бледно и чинно. Это место всегда казалось ему правильным: мертвые никого не отвлекают, а тишина здесь честная.

Около одной из мраморных плит сидела Айрисэль – мокрая, запыхавшаяся, но нлядящая упрямо. Рейвен опустился рядом и устало спросил:

– Почему ты не осталась на башне?

Эльфийка быстро подняла взгляд.