Алина Велина – Путешествие из депрессии на Восток (страница 2)
– Марин, но ведь это было ужасно! – Сергей сморщился от болезненных воспоминаний. Как он хотел поскорее убраться оттуда, от этой нищеты и беспросветности, от назойливой старухи, которая вечно торчала под дверью, подслушивая их разговоры.
– Серёж, но тогда были мы, и мы были счастливы.
Сергей часто прокручивал в голове эту фразу, пытаясь понять её смысл. Счастливы? Нет, он совершенно точно не был тогда счастлив. Он вообще никогда не был счастлив. Триста восемьдесят два.
Рельсы снова задрожали. Сергей остановился. Из-за поворота появилась электричка. Красно-серые видавшие виды вагоны проехали мимо, постукивая колесами.
Триста девяносто. «Мы были счастливы»… Сергей не понимал, чего хотела от него Марина. Они ходили в рестораны, театры и несколько раз в год ездили за границу. Объехали полмира. Триста девяносто пять. Что она тогда сказала? «Мы больше не разговариваем». Да, он помнил, как они болтали часами, мечтая о самых безумных вещах, которые только могли вообразить два студента иркутского юрфака. Как спорили обо всём – о политике, истории, религии, прерывая самые жаркие дебаты страстью. Марина была горячей штучкой. Она и сейчас оставалась такой же, только Сергей не помнил, когда они в последний раз были близки. Ещё до того, как… Сергей сделал долгий глоток из бутылки и уставился в чёрное небо над головой. Провода едва заметно подрагивали. Приближался третий встречный поезд…
И тут он увидел её. Свет фонарей с автострады подсвечивал фигуру в лёгком шифоновом платье, делая её почти невесомой. Слегка ссутулившись, она осторожно ступала по гравию. На плече болталась сумочка, а перекинутый через неё плащ свисал почти до земли. Услышав приближение поезда, девушка вдруг вскинула голову и двинулась к путям.
«Сейчас бросится», – промелькнула мысль. Сергей рванулся вперёд. Не успеет. Слишком далеко. Тогда он крикнул: «Эй!»
Девушка вздрогнула и обернулась. На мгновение он увидел бледный овал лица, обрамлённый спутанными светло-рыжими волосами, и ярко-красные губы. Вскинув руку, она отшатнулась и бросилась прочь.
Из-за поворота появился поезд, издав протяжный гудок. Когда он пронёсся мимо, девушки уже и след простыл.
Была ли она вообще? Сергей почесал затылок и задумчиво оглядел бутылку, рельсы и окрестности. До него вдруг дошло – чем он, собственно, занимается? Глава юридического департамента крупной металлургической компании бродит вдоль путей, словно какой-то забулдыга, и ловит белочек. Точнее, девушек. Или их призраков. И почему ему показалось, что он уже видел эту девушку прежде? Сергей отмахнулся от назойливой мысли, засунул бутылку в сумку, поправил наплечный ремень и зашагал в сторону насыпи.
Он ненавидел себя за свою слабость.
Глава 2. Похмельное утро
Катю разбудил влажный нос, настойчиво тыкавшийся в её щеку. Сквозь полуприкрытые веки она увидела размытый силуэт нависавшего над ней пса. Заметив, что хозяйка проснулась, джек-рассел залился радостным лаем, выронив из зубов обслюнявленный поводок прямо на Катину подушку. Катя ловко увернулась и, приподнявшись на локте, потрепала собаку по холке, пытаясь успокоить.
«Тише, Тео, тише!» – прошептала Катя, бросив взгляд на тонкие стены. – «Соседи опять будут ругаться. Ну тише, встаю». Её голос был хриплым после сна, в горле пересохло. Она потянулась к телефону на прикроватной тумбочке, щурясь от яркого экрана в полумраке комнаты, и тут же подскочила – она опаздывала на уроки!
Неужели она вчера забыла завести будильник? Катя села на кровати, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули волной. Тот поезд… Господи, неужели она действительно собиралась броситься под него? Неужели ей настолько всё надоело? Катя прислушалась к своим внутренним ощущениям. Нет, не надоело. Ей хотелось жить и радоваться жизни. Но как?
В памяти всплыл образ Сергея – высокий и темноволосый, в строгом костюме, с щетиной на подбородке он бежал к ней… Действительно ли он был там, на путях, или её подсознание выбрало такой странный способ защиты, когда сознание не справилось? Катя тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли, и начала спешно собираться.
Она распахнула шкаф и, не раздумывая, выхватила первое попавшееся платье. Синее – подойдёт. Она торопливо натянула его, одновременно пытаясь расчесать спутанные волосы. Мельком взглянув в зеркало, Катя быстро нанесла тонирующий крем, скрывая синяки под глазами, провела тушью по ресницам и мазнула помадой по губам. Времени на полноценный макияж не было, но и пренебречь им она не могла – мама всегда учила, что девушка должна выглядеть безупречно.
Фраза «Живи» всё ещё пульсировала в голове.
Катя осознавала с пронзительной ясностью – она не жила. Существовала, да. Но жизнь проходила мимо. Сезоны сменяли друг друга, а она не замечала ни первых весенних цветов, ни золота осенней листвы. Её мир сузился до экрана смартфона, где она нашла другую реальность.
Там, в виртуальном пространстве, Катя чувствовала себя живой. На поэтическом форуме, где под ником Pinot Noir она изливала душу в стихах. Дезких, колких, наполненных горечью и мрачными мыслями. Антиподом её страничке был блог Сергея Волкова, чьи статьи она читала взахлёб. Юридические советы, философские размышления, подборки фильмов, ностальгические заметки о музыкальной юности и Марине, его теперь уже бывшей супруге, – всё это создавало иллюзию близости с человеком, которого она практически не знала в реальной жизни.
Несмотря на это, Катя часто видела Сергея. Дважды в неделю она преподавала французский детям Петра Борисовича Егорова, президента известной металлургической корпорации. Сергей, ведущий юрист компании, регулярно приезжал к боссу домой – то с документами, то для конфиденциальных разговоров, не предназначенных для офисных стен.
Ей нравился этот строгий мужчина в деловом костюме.
Но она знала, что под маской корпоративного юриста скрывается совсем другой человек. Знала, что когда-то он носил серьгу в левом ухе. Что на плече у него татуировка – портрет Дженис Джоплин. Катя видела её на старом фото в его блоге, где Сергей сидел на берегу моря, созерцая закат.
Порой Катя закрывала глаза и представляла себя рядом с ним. Тёплый песок под босыми ногами, солёный бриз треплет волосы, а она прижимается к его плечу, глядя, как солнце опускается в море…
Катя никогда не бывала на море.
Но как же ей всё-таки начать жить по-настоящему? Этот вопрос крутился в её голове, пока она спускалась в лифте, пытаясь утихомирить Тео. Пёс нетерпеливо перебирал лапами и тихонько поскуливал. Несмотря на то, что времени было катастрофически мало, с собакой нужно было погулять. Катя достала телефон, чтобы попросить Алю о помощи и предупредить, что задержится на первый урок. Машинально проверила уведомления. Непрочитанные поздравления с днём рождения, десять репостов от Али и одно лаконичное сообщение: «Идём!»
Аля приглашала на новый мюзикл.
Катя познакомилась с ней совсем недавно. Три месяца назад эта жизнерадостная преподавательница музыки переехала из Биробиджана в Москву и устроилась в школу, где работала Катя.
Аля легко находила общий язык с людьми, мгновенно считая каждого своим другом. Не умея сдерживать эмоции и держать язык за зубами, она с удовольствием делилась всеми подробностями своей жизни и без труда вовлекала в неё других. Не успели коллеги оглянуться, как уже помогали потомственной пианистке – внучке дирижёра Биробиджанского филармонического оркестра – выбирать квартиру, а затем и коврики для неё.
Иногда Кате казалось, что Али слишком много. Привыкшая к полууединённому образу жизни, Катя не спешила впускать в неё посторонних. Одной действительно было проще.
Катя уже собиралась по привычке отказаться, но что-то её остановило. Палец завис над экраном.
С другой стороны, а почему бы и нет? Может, пора перестать бежать неизвестно от чего? Почему бы не сделать шаг навстречу новым впечатлениям? Катя вспомнила яркие афиши, которыми был обклеен весь город. Музыка, танцы, эмоции – всё то, чего так не хватало в её жизни.
Сердце забилось чаще. Впервые за долгое время Катя почувствовала лёгкое волнение – предвкушение чего-то нового. Она глубоко вдохнула и решительно нажала «Ответить».
***
Сергей проснулся не от будильника. Открыв глаза, он посмотрел в потолок и тут же зажмурился, пытаясь вернуться в сон, из которого его так бесцеремонно выкинуло. Ему снилась девушка, которую он видел на путях, но теперь она стояла на мосту. Её неподвижный силуэт словно плыл, растворяясь в белом тумане. Ни единого дуновения ветра не касалось бледно-розового шифонового платья – оно казалось тяжёлым и влажным. Как и спутанные светло-рыжие волосы, рассыпанные по плечам.
Она обернулась, и он увидел белый овал лица с чёрными потёками туши и губы – ярко-красные, будто нарисованные люминесцентной краской. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Их разделяло чуть более ста метров. Сергей сделал шаг вперёд. Девушка подняла руку к лицу, словно в защитном или предостерегающем жесте, и… спрыгнула с парапета. Попятилась назад, а потом побежала. Вскоре туман поглотил звук её шагов, оставив Сергея в полном одиночестве.
Он не мог вспомнить, когда в последний раз видел сны.