Алина Велина – Путешествие из депрессии на Восток (страница 3)

На полке над кроватью снова завибрировал телефон. Звук отдавался в голове Сергея пульсирующей болью. Он поморщился, протянул руку и нащупал кнопку. Вибрация прекратилась, но лишь на мгновение – через тридцать секунд телефон снова ожил, настойчиво требуя внимания.

Сергей со стоном перевернулся на спину. Комната медленно кружилась перед глазами – напоминание о вчерашнем вечере, проведённом в компании очередной бутылки. На прикроватной тумбочке стоял пустой стакан.

Звонила секретарь босса – Кристина. Сергей помедлил, прежде чем ответить.

– Серёжа, привет, – проворковала она, когда он наконец взял трубку. Её голос был слишком бодрым для его состояния.

«Не стоило с ней спать», – в который раз подумал он, прикрывая глаза рукой. Воспоминания о той ночи были размытыми, но ощущение пустоты и разочарования осталось. Двадцать минут удовольствия явно не стоили трёх часов прелюдии и пятнадцати тысяч рублей, потраченных на ужин и номер в отеле. Не говоря уже о последствиях для рабочих отношений.

Но в тот момент он об этом не задумывался. Крис была единственной доступной девушкой в его окружении, готовой на близость. О проститутках, разумеется, речи не шло. К ним Сергей не обратился бы даже на краю отчаяния. Что-то внутри него всё ещё цеплялось за остатки самоуважения.

С тех пор Кристина была уверена, что Сергей испытывает к ней особые чувства, и периодически намекала на продолжение. Её взгляды в офисе, «случайные» прикосновения и двусмысленные фразы создавали напряжение, которое Сергей старался игнорировать. Он держал дистанцию, но и однозначного отказа не давал. Кто знает, возможно, ещё пригодится когда-нибудь скрасить досуг. Да и портить отношения с секретаршей босса не хотелось – слишком много она знала о делах компании.

– Привет, – лаконично ответил он.

– Пётр Борисович просил напомнить о документах для Мальты. Ты ведь не забыл, правда?

Сергей мысленно выругался. Конечно, он напрочь забыл о чёртовых документах. Перед глазами промелькнула стопка бумаг, погребённая под пустыми бутылками на его рабочем столе дома. Он сухо ответил в трубку:

– Разумеется, нет.

– Серёж… – голос Кристины стал приторно-сладким, напоминая о той ночи, которую он так хотел забыть.

– Что-нибудь ещё срочное от Борисыча? – перебил он, чувствуя, как напрягаются мышцы челюсти.

– Нет, я просто хотела… – начала она, но Сергей уже не слушал.

– Тогда увидимся в офисе.

Кристина говорила ещё что-то, но Сергей нажал отбой, не в силах больше выносить этот разговор. Звук прерванного звонка эхом отозвался в его голове, усиливая и без того мучительную головную боль. Он посмотрел на часы – циферблат расплывался перед глазами. Половина одиннадцатого. Он опаздывал, снова. В висках пульсировала мысль о том, сколько ещё Пётр Борисович будет терпеть его выходки, прежде чем окончательно потеряет терпение. Сергей провёл рукой по небритому подбородку, ощущая колючую щетину под пальцами.

Ведь именно из-за его собственной ошибки ему теперь приходилось ходить по судам и инстанциям. Уход Марины оказался таким внезапным и оглушительным, что последующие недели прошли как в тумане. Он словно на автомате ходил на работу, а ночами приходил домой и выпивал по несколько стаканов крепкого алкоголя – первого, что попадалось под руку в баре, который они с Мариной так долго и любовно собирали. Элитные и редкие напитки, привезённые из путешествий и припасённые для особых случаев, быстро закончились. Сергей перешёл на более дешёвый алкоголь, стоявший на полках у кассы. Теперь бутылки громоздились по всей квартире – немые свидетели его одиноких ночей.

Именно тогда он и пропустил несколько критически важных пунктов в контракте, последствия чего теперь приходилось расхлёбывать. Сергей помнил тот день на удивление чётко. Как он пролистывал страницы контракта, перескакивая со строчки на строчку. Слова плясали перед глазами, и Сергей механически ставил подписи, не вчитываясь в текст. Все мысли были заняты Мариной… И почему Борисыч до сих пор его не уволил? Поводов было предостаточно. Но нет, вместо этого он попросил Кристину позвонить и мягко напомнить о бумагах. Эта неожиданная доброта ещё больше усиливала чувство вины.

Только это доверие и мотивировало Сергея встать с кровати и начать собираться на работу. Голова гудела с похмелья, каждое движение отдавалось болью во всём теле. Он заварил себе крепкий кофе, морщась от резкого запаха, и включил телевизор – не важно, что показывали, лишь бы создать иллюзию жизни и заполнить окружавшую его пустоту.

Раньше в их доме всегда было шумно. То Егорка с бесконечными гонялками, стрелялками, машинками, то Марина, напевавшая во время домашних дел. Порой Сергею казалось, что он живёт в чёртовом артхаусном мюзикле, и это его страшно бесило. Он просил их быть потише, жаловался на головную боль и усталость. Теперь же, когда в доме стояла мёртвая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов и гулом холодильника, ему не хватало этого шума. Он бы всё отдал, чтобы снова услышать звонкий смех сына или тихое пение жены.

Глава 3. Свидание вслепую

Катя стояла у театра, поглядывая на часы. Прохладный майский ветер заставлял кутаться в лёгкий плащ. До спектакля оставалось пять минут, а Аля опаздывала. Телефон молчал, сообщения висели непрочитанными. Катя злилась, чувствуя, как раздражение нарастает с каждой секундой. Ей стоило немалых усилий заставить себя встать с постели, накраситься и проехать через весь город в час пик, чтобы теперь стоять на улице в ожидании непунктуальной коллеги. Голова всё ещё раскалывалась после вчерашнего срыва, и даже две таблетки обезболивающего не помогли унять пульсирующую боль в висках.

«Считаю до трёх и ухожу», – подумала Катя, теребя ремешок сумочки. – «Раз, два…»

– Екатерина Александровна! – раздался запыхавшийся голос сзади.

Катя обернулась.

– Прошу прощения за опоздание! – мужчина слегка за тридцать остановился рядом с ней, тяжело дыша. Его лоснящееся от пота лицо, налипшие пряди светлых вьющихся волос и расстёгнутая верхняя пуговица рубашки, видневшаяся из-под наспех застёгнутой ветровки, красноречиво свидетельствовали о том, что он бежал сюда со всех ног. В руках он держал слегка помятый букет из трёх тёмно-бордовых роз. – Это вам, – он протянул цветы Кате, пытаясь отдышаться.

– Алексей Алексеевич? – удивлённо произнесла Катя, с недоверием покосившись на цветы. – Какая… неожиданная встреча.

Алексей нахмурился, явно озадаченный её реакцией.

– Неожиданная? Но ведь вы сами предложили пойти в театр.

– Я?

– Да, вы написали, что у вас сгорает билет и спросили, не хотел бы я составить вам компанию, – Алексей достал из портфеля два сложенных вдвое листа. – Вот, я даже распечатал, как вы просили…

Катя нервно рассмеялась. Кажется, она разгадала коварный план Али. Да, холостой учитель литературы мог бы стать неплохой кандидатурой, если бы он хоть немного был в её вкусе. Катин взгляд невольно скользнул по фигуре Алексея: невысокий блондин с небольшим животиком и портфелем был полной противоположностью образу, который она лелеяла в своих мечтах.

– Ну что ж, идёмте, а то опоздаем! – Алексей, словно не замечая её замешательства, буквально всучил Кате цветы и галантно предложил локоть.

– Я… знаете… – она запнулась, нервно теребя в руках розы. – Не могу. Я вас не приглашала, это была идея Али, – наконец выпалила она, отступая на шаг.

– Ах вот оно что, – Алексей машинально пригладил волосы, и Катя заметила, как его лицо слегка вытянулось от разочарования. – Что ж, билеты ведь уже куплены. Если вы откажетесь, они пропадут, – он помолчал и добавил с ноткой грусти в голосе: – Впрочем, не смею настаивать.

Катя прикусила губу и отстранилась ещё дальше, чувствуя, как внутри нарастает паника. В этот момент из дверей фойе выглянула пожилая билетёрша: «Молодые люди, если вы на спектакль, советую поторопиться – представление уже началось».

Сложно было представить более неловкую ситуацию. Всё Катино естество кричало о том, что нужно бежать. За последние пять лет она отточила это умение до совершенства – убегать от любых сложных, нелепых или неприятных ситуаций. Как она поступила вчера… Однако сейчас, глядя на растерянное лицо Алексея и чувствуя тяжесть роз в руках, Катя почему-то оставалась на месте.

– Что скажете, Екатерина Александровна? – повторил Алексей, и в его голосе Катя уловила нотку надежды.

– Вы заходите или нет? – нетерпеливо поторопила их билетёрша.

Катя глубоко вздохнула.

– Да! Хорошо, ладно! – наконец сдалась она. – Но… это не свидание, – быстро добавила Катя, поймав взгляд Алексея.

– Как скажете, – развёл руками Алексей, и они вместе направились к дверям театра.

Во время антракта они вышли в фойе. Катя осталась стоять у одного из высоких столиков, пока Алексей отошёл за шампанским. Букет цветов, который он подарил, она положила перед собой и, подперев подбородок рукой, принялась разглядывать публику. Алексей вернулся только с первым звонком, неся в руках два бокала, один он протянул Кате.

– Похоже, вы не большая любительница комедий, – заметил Алексей, наблюдая, как быстро пустеет её бокал.

– Почему вы так решили?

– Вы ни разу не улыбнулись, хотя весь зал буквально умирал со смеху.

– Не нахожу глупые ситуации смешными, – Катя допила шампанское и поставила бокал на столик.