Алина Темержанова – Пустошь 3 (страница 1)
Алина Темержанова
Пустошь 3
Глава 1 Волчья стая
Дорога на «Север-6» была долгой и однообразной, как дурной сон. Белая пустошь тянулась за окнами, и единственным доказательством того, что они ещё движутся, а не висят в неподвижности посреди вечности, были колёса — они то и дело вздрагивали, наезжая на скрытые под снегом бугры. Каждый толчок, ненавязчивым намеком, отдавался в теле, указывая на то, что дорога всё-таки существует. Мир за стеклом, казался, незаконченным наброском — художник наметил линию горизонта и бросил кисть, устав от собственной работы.
Внутри ощущалось теплее, чем можно ожидать. Воздух в кабине прогрелся настолько, что Мира сняла сначала варежки, шапку, а потом и верхнюю куртку, оставшись в свитере, что от величины казался уютнее. Серёжа развалился на сиденье, забросив ноги на ящик с консервами, и смотрел в потолок, пытаясь выбросить тревогу из головы. А причиной её был план, что повторялся Марком уже в пятый раз.
Сначала мужчина — методично, с той особой офицерской дотошностью, от которой веяло не столько заботой, сколько привычкой выводить других, — изложил порядок действий при обнаружении противника: никакого героизма и резких движений, сигнал — поднятый кулак, отход — спиной к стене, не отрывая глаз от угрозы. Дальше он предложил порядок движения: он и Серёжа впереди, Мира и Герда в середине, Лев и Влас замыкают цепь.
— Как в волчьей стае, — добавил Марк и замолчал, ожидая, что аналогия будет ясной для всех.
Но уже в следующий миг он словил их взгляды, требующие от него уточнения.
—У волков— начал он — впереди идут не вожаки, а самые опытные и выносливые — те, кто прокладывает путь, принимая на себя опасность. В середине — молодняк, старики и самки. А замыкают цепь сильнейшие — альфа-пара, — они контролируют всё сразу: тех, кто впереди, середину, и то, что остаётся позади. Так никто не выпадает из поля зрения.
— Поэтому Лев и Влас — сзади, — закончил Марк. — А мы с Серёжей идём первыми.
Влас покосился на Льва, но тот смотрел в карту, и по его лицу нельзя было понять, устраивает его такой расклад или нет.
—Если что-то идёт не так, мы все делаем ноги к чёрному ходу — подытожил Влас. — надеюсь, хозяйка в своих чертежах ничего не перепутала.
На том и порешили. Теперь, когда всё было сказано и повторено, оставалось только ждать.
— Слушайте, — начал Сережа, прозвучала его фирменная интонация, с которой обычно начинаются предложения, заканчивающиеся всеобщим стоном. — Может поиграем, раз мы тут надолго?
— Во что? — спросила Мира без особого энтузиазма. Она уже научилась распознавать его идеи на ранней стадии.
— В слова. Я называю слово, следующий должен назвать другое, что начинается на последнюю букву моего. Кто завис дольше чем на пять секунд — проиграл. — Я начинаю. Дорога.
— Арена, — отозвалась Мира, слово вылетело у неё быстрее, чем она успела подумать. Память о подпольных боях всё ещё была слишком свежей.
— Алюминий, — дополнил Влас, не отрывая глаз от горизонта.
— Йод — продолжил Сережа, наблюдая, как быстро разворачивается игра.
— Долг, — сказал Лев, глядя в карту, разложенную на коленях.
— Груз, — ответила Герда, все мысли вертелись только об одном.
— Засада, — продолжил Лев, и на этот раз их взгляды встретились.
— Авангард, — произнёс Серёжа с явным удовольствием от собственной эрудиции.
— Дозор.
— Риск.
— Командир.
— Разведка, — продолжил Серёжа, без прежнего задора. Что-то в темпе игры изменилось.
— Атака.
— Арсенал.
— Ловушка.
Серёжа перевел взгляд с одного на другого, и его лицо поменялось.
— Так, стоп, — сказал он и поднял ладонь, как регулировщик на перекрёстке. — Что за похоронный набор? Груз, засада, ловушка... Мы играем, чтобы отвлечься.
Игра рассыпалась сама собой. Они сидели в тёплой кабине, отделённые от смерти лишь слоем металла и брезента, и делали вид, что просто играют в детскую забаву, пока за горизонтом, к базе «Север-6» уже, возможно, стягивались люди Аркадия.
Серёжа, бормоча что-то про себя, отвернулся к окну, всем своим видом показывая, что его попытка разрядить обстановку была не оценена. Мира задремала, положив голову на свёрнутую куртку. Влас вёл машину, и ритм дороги сглаживал острые углы тревоги.
Лев и Герда склонились над чертежом — два единственных человека в кабине, что не умели отвлекаться, даже когда очень хотели. Её палец скользнул по пунктирной линии, уходящей вправо от основного комплекса, — туда, где темнела приписка хозяйки.
— Не жалеешь, что оставили его? — спросил Лев негромко, не отрываясь от схемы.
Герда не сразу поняла, о ком он. Но догадавшись, помедлила перед ответом.
— Он месяцами покрывал того, кто хотел меня убить. Одно доброе дело не перевешивает молчания.
— Справедливо.
Она провела пальцем по линии шахты, прослеживая маршрут.
Лев улыбнулся и немного поддался вперед, добавляя:
— Я думаю. Захар свой аванс доверия истратил, когда покрывал Литвинова. Теперь ему придётся начинать с нуля. И то, что он остался с хозяйкой, — его шанс. Все к лучшему.
Герда собралась ответить, но вместо этого уткнулась в карту, с таким видом, будто чертёж только что открыл ей истину, упущенную всеми остальными.
Рация на приборной панели ожила с шипением. Послышался рваный треск, будто на том конце кто-то дышал слишком близко к микрофону и не мог отдышаться.
Все замерли. Влас, не отрываясь от дороги, чуть сбавил ход.
Голос хозяйки и её надсадное дыхание, как после бега, прорвалось сквозь помехи.
— ...Вектор... захвачен...слышите меня? Приём! — слова падали обрывками, как валуны с осыпающегося склона. — Аркадий здесь со своими…
Что-то ледяное сжалось под рёбрами у каждого. В кабине затаили дыхание. Марк схватил рацию и сжал до треска корпуса.
— Прием! — крикнул он. — Уходите оттуда!
— Не могу. Нужно избавиться от всего. — продолжала она быстро, голос тонул в нарастающем шуме: где-то рядом с ней что-то грохотало, слышались далёкие, но отчётливые крики, топот тяжёлых ботинок по бетонному полу. — Инженеров взяли в заложники…
Голос привычным отрывом приказал:
— Слушайте меня. Все. Внимательно. Что хранится на других базах под кодом, — вы должны защитить. Это важнее всего. Код — Анна. Запомнили? Анна.
Она не могла отдышаться от бега, но продолжала:
— Найдите... — снова грохот, теперь уже ближе, — консервщика. Скажите, что вы от...
Дверь на том конце грохнула с таким звуком, будто её выбили вместе с петлями. Рация взвыла помехами, прорывая чужие голоса.
— Стоять! Руки!
Металлический лязг — рация, брошенная на бетон. И сразу за этим — окончательный щелчок отключения.
Марк постучал по рации, словно она могла ожить.
— Что будем делать? — спросил Серёжа минуту спустя. Голос у него сел, превратился в хрип, но в нём не было паники.
Лев развернул общую карту, где были отмечены остальные базы сети «Гарант».
— От её знакомого плясать будем. Пока Аркадия нет, посты ослаблены, шанс заехать в город выше.
— Кого она сказала? Консервщик? Это же профессия, нет? — напомнила Мира.
— Или псевдоним, — добавила Герда, не отрываясь от карты. — Не хотела, чтобы Аркадий понял, о ком речь. Если её слушали «консервщик» звучит как бессмыслица. Работник пищеблока. Кладовщик…
—Вот надо было ей тратить драгоценные секунды на загадки? — донеслось приглушенно из водительской кабины.
— В Радиане, — медленно начал Лев, — ходили слухи о мужчине, что может достать всё что угодно. Я слышал о нём ещё, когда ещё служил. Проблема одна — его никогда не видели.
— Консервщик, — повторила Герда. — Консервы — тот же товар. Он занимается сбытом?