Алина Сотова – Не доверяй, не чувствуй, не говори. Главные сценарии созависимости и как из них выйти (страница 2)
Лена успокаивала себя: так живут все, и только так сейчас строят отношения одинокие женщины в районе 30. Она была по уши влюблена, и ей совершенно не хотелось анализировать это чувство. Главное, он был в ее жизни, пусть даже дозами, пусть ровно столько, сколько он сможет дать.
– Ленка, я сейчас ни к чему серьезному не готов. Все сейчас как-то непросто в жизни. Нам так хорошо вместе, почему бы просто не наслаждаться моментом?
А потом:
– Зачем ты все так усложняешь?
Лена тогда подумала, что он прав. Она действительно всегда усложняла, копалась в себе и в других, решала свои и чужие проблемы, рефлексировала, анализировала, выстраивала десятки гипотез. Благодаря этому она заняла руководящую должность в крупной компании. Но, может, в отношениях все совсем не так? Может, ей надо сбавить обороты?
Им ведь правда так хорошо вместе.
Это «хорошо» продолжалось уже больше года. Лена догадывалась, что он женат или играет на два фронта, но на подобные вопросы он всегда отвечал уклончиво, поэтому со временем она просто перестала их задавать. Все равно толку мало, а раздражался он от таких разговоров быстро.
Он говорил о себе, но как-то изредка и вскользь. Больше любил философию, искусство и общие темы, с конкретных вопросов предпочитал соскакивать. Это качество всегда бесило ее в подчиненных, но только не в нем. Несмотря на продолжительность их связи, он до сих пор оставался загадкой. Она никогда не могла понять его до конца, это и тревожило, и привлекало.
Ее вообще все устраивало. Зря все так за нее беспокоятся: и мать, и двоюродная сестра Оля, и подруга. Все винят его, а она постоянно его защищает. Она всегда оставалась на его стороне, ведь это правильно, – мать так учила с самого детства: женщина должна быть за мужчину, а не против него. Иначе что же это за отношения.
Какой бы ни был – жена должна быть с мужем. Только вот Лена ему не жена. Но это вопрос десятый, а пока…
Ей будет достаточно того, чтобы он сдержал свое обещание и позвонил. Работа подождет, никуда не денется. С работой она всегда сможет разобраться, а вот с ним – уже задача со звездочкой.
Оксана
Оксана вышла замуж в 25. Идеальный возраст для создания семьи и рождения детей. Так любила говорить ее мать. Матери не стало в позапрошлом году. Отца Оксана никогда не видела. С детства она слышала:
Наблюдая за этими стенаниями, Оксана решила, что страдать себе не позволит. Не стоят они того. Слишком много в ней накопилось боли за мать, которая топила в алкоголе свое горе от одинокой и заброшенной жизни. Оксана старалась скрасить ее одиночество и отвлечь, но получалось не всегда, а то и вовсе заканчивалось побоями и обвинениями.
«Все из-за тебя. Кто меня с прицепом таким возьмет?» – не уставала повторять ей мать.
Оксана это пропускала мимо ушей, уговаривала ее поскорее лечь спать, укрывала теплым одеялом и подолгу сидела рядом, глядя в темноту их бедной комнаты. Они жили на окраине города, в жуткой нищете и затхлости. Этот запах Оксана отчетливо помнит до сих пор, словно он навсегда въелся в кожу. Тогда ей было гадко и боязно. Не видеть этого бытового дна она не могла, и мириться с каждым годом было тяжелее.
Иногда, глядя на храпящую мать, Оксана с отвращением отворачивалась. Она знала, что через пару часов та проснется и придется нести тазы, а потом вновь ходить по комнате из угла в угол и наводить хоть какую-то видимость порядка. Матери было все равно, а Оксане становилось тошно от пыли, пустых грязных бутылок на полу, пятен на стенах и клоков волос на скомканном одеяле.
Она мечтала только об одном: чтобы детство поскорее закончилось. А потом появился бы хороший человек – такой, ради которого не нужно страдать. В ее фантазиях он был богат и умен: «Только умный человек может стать богатым навсегда», – рассуждала она.
Достойного человека Оксана искала долго, поначалу попадались все не те. Она хорошо помнила свое обещание не страдать, потому, даже если ей делали очень больно, она лишь крепче стискивала зубы и шла дальше, оставив непутевого ухажера в прошлом. А ухажеров было немало.
Оксана была высокая, с большими зелеными глазами на бледном лице и длинными темными волосами, которые спускались мягкими волнами по плечам. Еще в подростковом возрасте у нее стали проявляться женственные формы, которые не давали покоя одноклассникам, так что Оксану часто дразнили и подзадоривали. Сказывались материнские гены – в роду у них все женщины были в теле. Несмотря на это, от недоедания и постоянного напряжения ей удавалось сохранять гибкое тело, узкие бедра и худые ноги. Мать, глядя на нее, очень ею гордилась: на местных застольях хвасталась, какую красавицу-дочь она вырастила.
Оксана в такие моменты выдавливала жалкое подобие улыбки и пыталась сдержать закипающую ярость. «Никто меня не выращивал. Уж точно не ты», – злобно думала она, украдкой бросая взгляд на охающих подруг матери: как бы ее истинные мысли не прошмыгнули наружу. В таком маленьком городе от пересудов было не скрыться.
От матери она сбежала в 18. Буквально. Собрала свои скудные вещи, умчалась на вокзал и села в поезд до Москвы. На билет потратила все свои сбережения – время от времени подрабатывала уборщицей в детском саду и продуктовом. Свои деньги мать практически всегда пропивала.
В Москве Оксана поступила на филологический факультет, получила место в общежитии, а потом стала работать то здесь, то там. Ей было не привыкать. Она давно уже поняла – в этом мире надеяться можно только на себя.
С матерью общалась редко, чаще просто отправляла ей деньги или перекидывалась парой-тройкой фраз. Мать звонила сама, с пьяными возгласами и обвинениями в том, какую неблагодарную дочь она вырастила. Жаловалась, что осталась одна и все ее бросили. Оксана слушала, трубку не бросала, но после таких разговоров ей ужасно хотелось чего-нибудь разбить, или пойти напиться, или утопиться.
Бить особо было нечего – не так уж много она зарабатывала. Топиться было жалко, все-таки оставалась надежда на светлое будущее. А вот напиться – в самый раз. Только откуда ж взять лишних денег. Потому Оксана страдала молча и много работала.
В один из таких несчастливых дней, после очередного неприятного разговора с матерью, она расплакалась от обиды и бессилия: сколько бы она ни пыталась жить и работать, все ее старания оказывались уничтоженными одним только материнским вскриком.
– Где ты там все время шляешься?! – кричала в трубку мать.
– Мама, я вообще-то работаю. Деньги я тебе перевела.
– От матери родной откупаешься, да? Кому ты нужна там, в этой Москве! Шла бы лучше на завод работать. И то больше пользы…
И так по кругу. Непутевый отец, соседка Людка – дрянь, цены сумасшедшие, есть нечего, никому не нужна я осталась. Репертуар матери не менялся, а вот нервы у Оксаны сдавали.
Подруга, как-то раз оказавшаяся рядом, ее выслушала, а на следующий день предложила работу там же, где работала сама: и зарплата, и чаевые, и напрягаться не надо. Так через пару недель Оксана стала хостес в одном из дорогих ресторанов.
Там она и встретила Александра. Он был на 20 лет старше. Сын жил с его бывшей женой, с которой Александр был в натянутых отношениях. Оксана сразу обратила на него внимание: высокий, представительный, с ухоженной бородой, дорогущими часами на руке и новеньким Porsche на парковке. О последнем ей рассказала подруга, потому что сама хорошо разбиралась в машинах и гордилась своим умением видеть истинную роскошь за версту.
– Ну а что, надо же как-то выкручиваться. А то подкатит какой-нибудь на крутой бэхе, а ты и знать не знаешь, что она пятнадцатилетней давности. Да еще и в кредит. Ну и зачем? Пыль в глаза тут все любят пускать, а это точно вариант что надо, ты приглядись, – советовала подруга.
И Оксана ее совету последовала.
Он поначалу относился к ней равнодушно, но однажды пришел с другом, и тому Оксана, видимо, понравилась. Саша, как выяснилось после, не выносил конкуренции. Все, что было у друга, должно было быть и у него, притом как можно скорее, ведь он всегда действовал на опережение.
На следующий день он пришел один и пригласил ее на свидание. Так у них все и закрутилось.
Оксана была уверена: с этим уж точно никаких страданий. Богатый, умный, уравновешенный. По всему было видно, что действует он рационально, каждый ход просчитывает наперед. Никаких эмоций – только действие. Все у него было схвачено, на любой вопрос находился весомый ответ. Наверное, впервые в жизни она ощутила себя маленькой девочкой, о которой кто-то заботится. С работы быстро уволилась и переехала в его шикарную двухэтажную квартиру в центре Москвы.
Он покупал ей все, что она захочет, возил ее по миру, много с ней разговаривал, многое советовал и вообще чаще решал все за них двоих.
Через два месяца после знакомства он признался ей в любви и сделал предложение. Все было как в ее детских мечтах: ярко-алый закат, белоснежный песок, океан вокруг и брызги шампанского. Оксана поняла: такой шанс выпадает раз в жизни – и, не задумываясь, надела белое платье, фату и обручальное кольцо из белого золота.
Она носила его до сих пор, несмотря на то что кольцо стало мало, сильно натирало безымянный палец и доставляло больше неудобств, чем радости. Как напоминание о том, ради чего она все это сделала.