Алина Савельева – Мой пленник (страница 11)

«Что за идиотские сантименты?» – грозно рявкал на меня голос воина, но не убедил. Не могу я ее истязать! Я же не маньяк-убийца с отклонениями в психике, чтобы издеваться над тем, кого трахаю!

До рассвета оставалось совсем немного времени, и я до сих пор не знаю, почему Булка тут одна и кто тут еще может нарисоваться.

– Мечтал об этом с первого дня! – удовлетворенно разглядывая связанную по рукам и ногам Лин на моей тюремной шконке, поделился с дрянью радостью.

Не дождавшись восторженных поздравлений, запер ее в темнице и ушел на поиски все тех же средств связи или передвижения по воде.

Одной из запертых комнат оказался фешенебельный кабинет по лучшим традициям французского буржуазного дворянства. По не выгоревшим от солнца участкам на стенах понятно, что когда-то там висели картины или портреты, но кто-то зачистил кабинет. То ли сам предыдущий хозяин вывез свое барахло, то ли кто-то убирал все лишнее из помещения, намеренно скрывая личные вещи владельца с его данными.

Камин для моей шкуры тоже был в этом кабинете, но исполнять мечты чокнутой француженки мне пока не хочется.

Роскошь помещения меня мало интересовала, а вот стоящий на столе ноутбук порадовал. Но недолго. Сто процентов, с него был доступ в интернет, но как я ни пытался, не смог войти в запароленную систему. Эх, сейчас бы сюда нашего хакера Рината! Этот паук всемирной сети нашел бы всю информацию.

Обыскав кабинет, обнаружил несколько заинтересовавших меня папок, но изучать, засев в уютном ушастом кресле, некогда. То, что никто не прибежал на выстрелы и позже не помешал нам с Булочкой углубляться в историю взаимоотношений наших государств, не значит, что в любую минуту не заявится на остров кто-то еще. Собрав бумаги в дорогущий кожаный дипломат, облазил все шкафы в поисках подходящей одежды.

Спустя час я уже стоял у входа в эллинг. На мне вполне приличные рубашка и брюки. В руках пиджак, потому что не налез, дипломат с информацией, деньги из портмоне, где с водительского удостоверения улыбается Эвелин Бертран, и ключ от катера, который хитрая дрянь спрятала под настольной лампой в своей спальне. Не ожидала, что наше горячее противостояние стряхнет с тумб все, что там было. Телефон я не нашел, но это уже не имеет значения, судя по расстоянию до материка, через минут двадцать я уже найду возможность связаться со своими.

Обернувшись на двери моего плена, я не смог уговорить себя уйти не прощаясь. Особенно когда взглядом наткнулся на цепи, на которых она меня топила в вонючей воде.

Сцепив зубы, я толкнул дверь, ожидая, что психованная выпрыгнет откуда-нибудь, но она все так же лежала на кровати, где я ее оставил. Не смогла развязать мои узлы, партизанка.

– Заканчивай уже, Сладкий, – безразлично мазнув по мне взглядом со спокойствием главврача психушки, сказала Эвелин.

Заколовшие иголки в груди мне совсем не нравятся. Я не хочу испытывать к этой садистке сочувствия. Она заслуженно понесет наказание и ответит за свои деяния перед высшим судом уже совсем скоро.

– Это я заберу на память о тебе, Булочка! – сорвал с ее шеи кулон. Не могу вспомнить, где я видел этот герб, и это не дает покоя, как будто из головы вылетело просто слово, которое крутится в мыслях, но никак удается его поймать.

– Ублюдок! Ненавижу тебя! – вернулась одержимая чокнутая с сумасшедшим взглядом.

– Это же здорово, когда чувства взаимны! – хмыкнул я, уходя.

«Не жалей ни себя, ни врага», – повторял я как мантру, выводя быстроходное судно из эллинга. Я в чужой стране, без документов и связи. Мне нужна фора! Я не могу поступить иначе!

Я уже был почти у берега, когда небо разразилось оранжевыми всполохами пламени и стали заметны издалека клубы дыма. Пожар я устроил на кухне, далековато от запертой Лин. В окружении каменных стен и старых, пропитанных креозотом балок она не сгорит заживо. Намного быстрее в этой комнате ее убьет дым и угарный газ.

Прощай, моя сладкая Булочка. До встречи в аду, чертовка.

Глава 8

Звуки разбивающихся о камни волн и бриз, приносящий мелкие капли морской воды на мое лицо, заставили открыть глаза. Паренья воды Лионского залива – редкое зрелище, но сегодня над морем был густой туман, скрывающий лучи восходящего солнца. Все вокруг будто не настаящее, мой замок в волшебной дымке почтине виден за густыми зарослями давно заброшенного парка. Сон или бред? Всё равно.

Я полулежу в крепких объятьях пожарного, укутанная в плед, на его коленях, положив голову на широкое плечо. А должна была уже задохнуться в запертой камере на кровати моего пленника. Я не сомневалась, что он убьёт меня, прежде чем покинуть остров. Ему жизненно важен шанс убраться из Франции, оставь он меня в живых, Медведь не успел бы, тем более, если бы оставил меня незапертую. Тогда бы его и вовсе встретили уже на берегу.

Военный с его богатым прошлым, незаконно находящийся на территории Франции, обречен на пожизненное тюремное заключение, и в сказку о том, что его похитила Эвелин Бертран, не поверит никто, даже в Российском посольстве. Поэтому я была готова, что он будет уходить, как привык, как писал о нем папа: «вырвется из плена, вырвется из лап. Разорваны оковы, уничтожен враг».

– Давно ты его ищешь? – тихий, мягкий голос успокаивал, хотя куда уж больше. С той минуты, когда Сладкий закрыл за собой дверь, у меня опустело в душе. Последняя отчаянная попытка, далеко за гранью разумного, провалилась, уничтожив и последние искры надежды. И всё. Не было больше ни тревог, ни сил, ни желания бороться.

– Папу? – так же тихо переспросила я. – Да, очень давно.

Глупо это, конечно, его наверняка уже нет в живых. Но попробуйте сами похоронить единственного родного, любимого человека, не увидев его тела. Это сложнее, чем отрубить себе руку.

– Кто Яустроил пожар? – так же тихо спросил пожарный, поглаживая меня по голове и прижимая её к своему плечу.

Туман над морем на глазах превращался в зависший там дым, сознание же наоборот прояснялось с каждой секундой. Черт! Я не сплю и не брежу!

В голове проносились последние мгновения в комнате, где в дыму уже не было видно собственных коленей. Я задыхалась, но не чувствовала страха. Просто хотела, чтобы это скорее закончилось.

– Никто. Я была одна. В замке проводка старая, – пробормотала я, – Как тебя зовут?

– Илья. Ты помнишь, где потеряла сознание?

В панике думая, что ответить на следующий вопрос, который логично должны были задать: «кто тебя связал и запер», я напряглась, отстраняясь, только сейчас сообразив, что поведение мужчины очень странное для пожарного. Это похоже на романтические посиделки влюбленной парочки, а не на оказание первой помощи пострадавшим при пожаре.

Встретившись взглядом с глазами цвета чистого неба, я не поверила сама себе. Он не мог вернуться! Медведь же не идиот! Это просто галлюцинация на фоне отравления.

– Спи, Булочка, – прошептал мне глюк, и мужественное лицо с цепким взглядом погрузилось в кромешную темноту.

Момент, когда исчез мой запал и уверенность, что Сладкий мне по зубам, я помню отчетливо. Именно поэтому Госса я отправила подальше, чтобы не рисковать его жизнью. Он славный малый и сможет прожить достойную жизнь. Единственное, чего я не учла, что ему первому сообщат о том, что я в госпитале, по той простой причине, что не думала здесь оказаться.

– Эми! – пробасил кузен, наминая мою ладонь в руке.

– Прости, Госс, ничего не вышло, – вместо того чтобы строго отчитать его за то, что он приехал, вопреки моим запретам, я спешила сказать ему самое важное: – ты помнишь месье Понсона Дю Террай? Он поможет тебе…

– Тише, Эми, – округлил глаза братец, – всё будет хорошо!

Дождавшись когда из моей палаты уйдет медбрат, Госс принялся рассказывать мне, что знает о произошедшем:

– Пожар в поместье удалось ликвидировать быстро, выгорела только часть левого крыла. Причина пожара еще устанавливается, но предварительно сказали, что из-за неисправности бытовой техники на кухне. А теперь самое интересное. Сюда тебя доставила машина скорой помощи, которую вызвали пожарные в порт. А вот как ты оказалась в порту, никто не знает. Трусы ты надеть забыла, зато портмоне с документами с собой прихватила, привязав его к кислородному баллону и нацепив маску на нос. Тебя, завернутую в плед, со всем этим барахлом положил на каталку пожарный и сам испарился. Никто из работающего расчета не знает, откуда тебя вытащили и кто доставил с острова в порт. Не знаю, насколько серьезным было мое отравление, но меня буквально заколотило от догадки, чья наглая медвежья морда это слелала!

– Зачем? – вырвался у меня вопрос совсем не к тому адресату.

– Это же он? Больше некому было… – таращил на меня глаза Госс.

Почему он это сделал? У Медведя время идет на минуты, а он потратил его на меня? Это был не бред? Он был со мной на берегу!

Как он это провернул, я не догадываюсь, но, зная его историю, не удивлюсь ничему. От банального подкупа до плавающего где-то трупа настоящего пожарного.

Он ведь уехал, я слышала звук мотора удаляющегося катера! Что заставило его вернуться? Скорее всего, Медведь догадался кто я такая, нашел документы мои и отца, а там и ребенок сообразит что к чему. Или понял, что просто так ему не покинуть даже Марсель… хотя с его способностями не думаю, что он сильно расстроился, увидив свою физиономию на информационной доске порта. Ему, конечно, придется несладко, но это всё вполне по силам и способностям медведю.