Алина Морриган – Тёмная сторона Сент-Ивера (страница 9)

Нора медленно выдохнула.

– Хорошо, что не сделали. Очень хорошо.

Она развернулась и пошла к выходу. Харпер за ней.

В дверях Нора остановилась, обернулась.

– Мистер Вейн, берегите себя. Если он вернется – даже не открывайте. Просто звоните.

Вейн кивнул, но в его глазах читался страх. Страх человека, который только что понял, что его руками могли убивать. И могли убить снова.

На улице дождь усилился, превратив мостовую в темное зеркало, отражающее редкие огни доков. Вода текла по лицу, затекала за шиворот, но Нора не замечала. Она стояла, подставив лицо небу, и думала.

– Мисс, – Харпер догнал её, пытаясь прикрыться воротником плаща, но тщетно – промок он уже до нитки. – Это всё? Обычный мужик без лица? Как мы его найдем?

Нора открыла глаза. Дождевые капли стекали по ресницам, по щекам, смешиваясь с усталостью, которая давно стала частью её существа.

– Лео, – сказала она в наушник. – Ты слышал?

– Слышал, Нор, – отозвался голос Лео. Слышно было, как он стучит по клавиатуре – быстро, нервно, вбивая новые запросы. – Обычный мужик, сорок лет, ничего особенного. Я запустил поиск по всем фотографам города с такими параметрами. Две тысячи триста семь человек. Плюс любители, плюс те, кто мог купить камеру в рассрочку, плюс те, кто заказывал печать фото в больших форматах. Скоро будет тысяч пять.

– Сужай, – Нора говорила четко, несмотря на дождь. – Инфракрасные фильтры. Кто заказывал, кто интересовался, кто покупал за последние два года. Линзы с особым покрытием. И прогони видео с камер Вейна через распознавание походки. Может, хоть процент совпадения даст. Ищи любого, кто подходит под описание и имеет отношение к фотографии.

– Понял. Работаю. – Пауза. – Нор, это займет время. Часы. Может, сутки.

– У нас нет суток, Лео. Работай быстрее.

Она отключилась и посмотрела на Харпера.

– Поехали в агентство. Лео будет гнать данные, нам нужно их анализировать.

Харпер кивнул и зашагал к машине.

Нора задержалась на секунду, глядя на дверь мастерской. Где-то там, за ржавым металлом, сидел старик, который своими руками создал инструмент для убийцы. И теперь будет жить с этим знанием до конца своих дней.

– Прости, старик, – прошептала Нора. – Ты не виноват.

Она села в машину, хлопнула дверцей. Харпер завел двигатель, и старый мотор закашлял, чихнул, но завелся.

– Мисс, – сказал он тихо, выруливая с обочины. – У нас есть только смутное описание и видео без лица. Это очень мало.

– Знаю, – Нора закрыла глаза, откинулась на спинку сиденья. – Но это больше, чем было утром. Утром у нас был только труп и пластинка. Теперь есть имя – Хемсфорт. Есть заказ. Есть направление – инфракрасные фильтры, линзы для темноты. Вейн дал нам ниточку. Теперь дело за Лео.

– А если Хемсфорт больше ничего не заказывал? Если он сделал это кольцо и всё?

– Тогда будем искать по-другому. Но пока не проверим – не узнаем.

Машина тронулась, увозя их прочь от доков, от старого мастера, от единственной ниточки, которая вела в никуда. Фары выхватывали из темноты мокрые стены, ржавые контейнеры, редкие фигуры, спешащие укрыться от дождя.

Нора сидела с закрытыми глазами, но не спала. В голове крутились обрывки информации, складываясь в смутные узоры. Хемсфорт. Сорок лет. Обычный. Холодный. Инфракрасные фильтры. Съемка в темноте.

– Лео, – снова вызвала она. – Добавь в поиск медицинские справочники. Миорелаксанты, газовые стабилизаторы, все, что связано с обездвиживанием. Кто заказывал, кто интересовался, у кого есть доступ.

– Понял, Нор. Добавил.

– И проверь старые дела. Не только убийства – пропавшие без вести, несчастные случаи, самоубийства. Если он снимал раньше, мы могли пропустить.

– Сделаю.

Нора открыла глаза и посмотрела в окно. Город проплывал мимо – серый, мокрый, усталый. Фонари размазывали свет по лужам, создавая абстрактные картины.

– Харпер, – сказала она негромко. – Как думаете, почему он нумерует кадры?

Харпер задумался, постучал пальцами по рулю.

– Может, хочет, чтобы их нашли? Чтобы знали, что это серия?

– Может. А может, он коллекционер. Собирает свою галерею. И каждый новый кадр – как экспонат.

– Тогда их может быть много.

– Может быть. Или не быть. Мы не знаем его ритма. Может, он снимает раз в год. Может, раз в месяц. Может, у него уже есть десяток снимков, а мы нашли только второй.

Харпер сглотнул.

– Страшно представить.

– Страшно не представить, Харпер. Страшно – не успеть.

Машина свернула на знакомую улицу. Впереди показалось старое здание, где на четвертом этаже горел свет – Лео работал, не жалея глаз и нервов.

Нора посмотрела на часы. Почти полночь.

– Сколько мы уже не спим? – спросила она.

– Вы – не знаю. Я – часов восемнадцать.

– А я – двое суток, – усмехнулась Нора. – Но это норма. Организм привык.

Она достала из кармана пластинку «002», повертела в пальцах.

– Покажи мне, кто ты, Эдриан Хемсфорт, – прошептала она. – Покажись.

Машина остановилась у подъезда.

Где-то в темноте Сент-Ивера обычный не примечательный мужчина сорока лет проверял светодиодное кольцо, протирал линзы и выбирал место для следующего кадра.

Третьего.

Или четвертого.

Или десятого.

Никто не знал.

Кроме него самого.

Глава 4: Проявка и тени

Харпер высадил Нору у входа, сославшись на срочный отчет для Уайта. Он выглядел так, будто ему нужно было не в управление, а в ближайший бар – отмыться от всего, что он сегодня услышал. Лицо его было серым, как стены домов вдоль Керк-роуд, а руки на руле заметно дрожали, когда он разворачивался. Нора лишь молча кивнула, не глядя, как его машина растворяется в ледяной мороси. Она понимала – Харпер не трус, но сегодняшний день выжал из него всё. И даже больше. Ей показалось, или в его взгляде, брошенном в зеркало заднего вида перед отъездом, мелькнуло что-то похожее на зависть? Зависть к тому, что она может уйти в свое агентство, а ему – тащиться в управление, писать отчеты, выслушивать нотации от начальства, которое понятия не имеет, что на самом деле происходит в этом городе.

Подъем на четвертый этаж в этот раз дался труднее. Каждая ступенька отдавалась в висках тупым молотом. Нора считала их машинально – тринадцать, четырнадцать, пятнадцать. На шестнадцатой она споткнулась, едва не упав, и схватилась за перила. Перила были холодными и гладкими – металлическими, крашенными серой краской, которая местами облупилась, но в целом лестница содержалась в порядке. Офисное здание, ничего личного. Стены выкрашены в невыразительный бежевый, на каждом этаже таблички с названиями фирм. Лифт в здании сломался еще в прошлом тысячелетии, и сейчас она почти радовалась этому – тряска и движение хоть как-то не давали отключиться прямо на лестнице.

На площадке второго этажа горели все лампы – три из трех, ровный белый свет без мигания. Здесь располагалась какая-то бухгалтерская контора, судя по табличке, и они явно следили за освещением. Нора перешагнула через идеально чистый пол и продолжила подъем.

Третий этаж встретил ее тишиной и запахом офисной бумаги – где-то работал принтер, равномерно жужжал. Из-за двери с надписью «Юридические консультации» доносились приглушенные голоса – кто-то обсуждал договоры. Обычная рабочая жизнь. Нора ускорила шаг.

Дверь агентства «Темная сторона» скрипнула, и Нору сразу встретил запах, которого здесь не было целый месяц. Смесь дорогого одеколона с нотками выделанной кожи и едкого, дешевого табака. Запах чужого присутствия. Запах, который она надеялась больше никогда не чувствовать в этом кабинете.

Она замерла на пороге, сканируя помещение.

За вторым столом, который еще утром казался заброшенным алтарем с пиджаком на спинке стула, сидел мужчина. Он закинул ноги прямо на стопку раскрытых справочников, и те жалобно хрустнули под тяжестью его модных ботинок. В руке он лениво вертел зажигалку Zippo, заставляя крышку щелкать с монотонным ритмом метронома. Тот самый пиджак, который Нора видела утром на спинке, теперь сидел на нем идеально, подчеркивая широкие плечи и дорогой покрой – явно не с вешалки, а шитый на заказ.

На вид ему было около двадцати шести – лицо с легкой щетиной, нагловатый взгляд и шрам, пересекающий левую бровь. Шрам был старый, белесый, но всё еще заметный – память о какой-то давней драке, в которой он, судя по всему, победил. Или просто сумел унести ноги, что для него, возможно, одно и то же.

Лео сидел за своим столом, и по тому, как он барабанил по клавиатуре – уверенно, даже с вызовом, – Нора поняла: Калеб уже пытался его задеть, но не прокатило. Лео только глянул на него мельком и вернулся к мониторам, даже бровью не повел.

– О, вернулась, – произнес Калеб, не оборачиваясь. Голос был хриплым и до тошноты насмешливым. – А я уж думал, тебя там в оранжерее удобрением для пальм пустили. Говорят, свежие жмурики – отличная подкормка для экзотики.