Алина Лис – Магазинчик на улице Грез (страница 32)

— Она… свидетельница не понимает, что говорит!

Судья, не меняя каменного выражения лица повернулся к фарадке.

— Госпожа аль Хазам, вы понимаете, что говорите.

— Да, ваша честь, — девушка вздернул подбородок и послала неожиданно твердый взгляд в сторону Адамса. — Я все прекрасно понимаю. Доктор Пекстри может подтвердить, что я в здравом уме.

Джеймс еле сдержался, чтобы восхищенно не выругаться. Чтоб его дракон сожрал, а у трепетной лани оказывается есть зубки!

Наиля перевела взгляд на него. На ее лице не было презрения, которое Джеймс, по собственному мнению заслуживал. Она смотрела открыто и спокойно, как человек, который принял решение и готов без ропота встретить все последствия.

У Каннингема перехватило дыхание. Именно в этот момент фарадка показалась ему не просто хорошенькой, а невероятно красивой. Словно вдохновенный огонь осветил изнутри тонкие и правильные черты… Циничные мысли куда-то пропали, ушел расчет, беспокойство о том, как этот процесс скажется на его карьере. Осталось только безмолвное восхищение.

Она рассказывала все, без утайки. Подробнее, чем на репетициях. Прерывающийся голос с заметным фарадским акцентом звенел в тишине зала. Адамс схватился за голову, его подопечный (тот самый племянник премьера) тряс его за плечо и о чем-то гневно спрашивал.

— Не отказалась… — пьяным от счастья голосом пробормотал Фицбрук рядом и схватил Каннингема за руку. — Мы победим, Джеймс!

— Скорее всего, — согласился полицейский, не отрывая взгляда от девушки. — Но какой ценой…

Глава 21. Верное решение

— Встать! Суд вынес решение.

Каннингем нетерпеливо вскочил, не отрывая взгляда от судьи.

— …заслушав все обстоятельства дела, доводы обвинения и защиты…

Этот процесс вымотал все нервы. Особенно когда Адамс перешел к перекрестному допросу Наили, пытаясь выставить фарадку чуть ли не корабельной шлюхой, прибывшей в Эндалию для работы в заведении мамаши Глэдис. В ход пошли самые дешевые провокации и гнусные намеки. Сидевший рядом Фицбрук синхронно с Джеймсом скрипел зубами и сжимал кулаки.

Но девушка не сломалась. Не разрыдалась, не убежала, хотя голос ее дрожал от обиды. И прокурор вовремя обрывал мерзавца.

Факты неопровержимы. Но хватит ли их? Особенно когда на скамье подсудимых родственник премьера?

— …я, судья Рональд Эфферсон, властью, данной мне Его Величеством и народом Эндалии, выслушав обе стороны и приняв во внимание…

“Ну же! Кончай тянуть кота за яйца!”

— … вынес решение — виновны!

Зал взорвался криками — ликующими и возмущенными. А Джеймс стоял в бушующем человеческом потоке и улыбался, как идиот, не отрывая взгляда от девушки в белом платье.

***

Как Каннингем и ожидал, экипаж “Корунда” получил по максимуму: пожизненная каторга с конфискацией имущества. Сроки покупателей были куда мягче — от десяти лет для владелицы борделя до полугода племяннику премьера. И тот (можно поспорить!) после апелляции заменят штрафом. Принимая во внимание юный возраст, отсутствие преступлений ранее, высокое положение семьи и прочее бла-бла…

Тоже ожидаемо.

Джеймс планировал поговорить с Наилей сразу после оглашения приговора, но сначала Рой отвлек дурацким вопросом, затем судебному писарю срочно потребовалось уточнить какие-то мелочи, потом пристали папарацци. Вырвавшись из цепких лап журналюг, он бросился по коридору за девушкой.

Но все равно опоздал.

Подручный Адамса прижал девушку к стенке, нависая сверху и угрожал почти в открытую, не стесняясь строчащих в блокнотах репортеров.

— …и чего ты добилась, дура?! — долетело до Джеймса. — Выставила себя шлюхой на всю Эндалию, нажила сильных и смертельно опасных врагов.

Стоявший за его спиной подручный мадам Глэдис нехорошо оскалился.

— Мы знаем, где ты живешь, подстилка, — рявкнул он.

От злости у Каннингема потемнело в глазах. Эта… мелкая преступная мразь смеет угрожать прямо в здании суда девушке, которую он, Джеймс, лично спас?! Которой обещал покровительство и защиту…

— И не надейся сбежать, — продолжал давить помощник адвоката. — Мой босс обещал: про тебя услышат в самых отдаленных уголках континента. Последний нищий погнушается взять в жены такую потаскуху, как ты. Ты только что собственными руками закопала свое будущее…

Кровь отхлынула от лица фарадки. Наиля вжалась в стену, переводя затравленный взгляд с одного мужчины на другого. Исполненная достоинства и внутренней силы женщина снова уступила место испуганному олененку.

Ее беспомощный вид окончательно привел Джеймса в ярость. Одним рывком он преодолел разделявшее их расстояние и грубовато пихнул молодого подонка в сторону.

— Мне послышалось или ты и твой приятель-бандит только что угрожали моей невесте?

— Вашей.... что?! — адвокатишка выпучил глаза. Полуорк за его спиной при виде полицейского попятился, планируя исчезнуть.

— Что слышал! — отрезал Джеймс, все еще жутко злой — то ли на них, то ли на себя. Одна часть его души ликовала, а вторая стонала, хваталась за голову и восклицала: “Что ты, мать твою, несешь?! Слышала бы тетушка Фанни!”.

Глаза фарадки стали огромными, в них застыло немое изумление. Должно быть именно оно заставило Джеймса продолжить.

— Благородная госпожа Наиля аль Хазам оказала мне честь, ответив согласием на мое предложение. И если я узнаю, что ты или твой босс распространяете гнусности о моей невесте, то вспомню о древнем обычае смывать оскорбления кровью.

Помощник Адамса поперхнулся.

— Вы… это серьезно, господин Каннингем?

— Вполне, — отречься от только что сказанных слов под взглядом этих прекрасных темных глаз было немыслимым. — Госпожа аль Хазам может подтвердить. Мы не хотели афишировать помолвку, но ваше поведение вынудило меня это сделать.

— Да! — прерывисто выдохнула девушка, глядя на него так, будто Джеймс был даже не героем — божеством. Словно простой и скучный начальник полиции только что победил десяток драконов.

Ладно, помолвка — это еще не свадьба. Через полгода, когда эта история подзабудется, Наиля сможет разорвать ее без урона для чье-то репутации.

Писаки переглянулись и застрочили в блокнотах с утроенной силой.

“Ну и как ты будешь объяснять это тете?” — возмутился внутренний голос.

“А иди ты! Она поймет, что это был единственный способ защитить девочку.”.

“Поймет? — глумливо переспросил внутренний голос. — Мы точно про тетю Фанни сейчас говорим?”

“А даже если и нет! — Каннингем неожиданно взбеленился. — Пусть утрется своим завещанием!”

Это его жизнь, не тетки. И на дочке Эфферсона Джеймс все равно не женится!

— Однако… — голос друга за спиной заставил Джеймса нервно подпрыгнуть. — А ты, дружище, не так прост, как я привык думать. С ума сойти, и когда успел?

Инквизитор подкрался неслышно. А смешинки во взгляде говорили, что Рой все понял. Сейчас он откровенно потешался над угодившим в ловушку другом. В груди снова шевельнулось раздражение. Обычно это была роль Джеймса — подтрунивать над чудящим приятелем.

Определенно общение с Фицбруком дурно на него влияет.

— Что же: спешу от всей души поздравить невесту, — ухмылка на лице Роя стала еще шире. Он подмигнул — Не скажу, что вам повезло, но надеюсь, что вы сумеете перевоспитать этого увальня. Не позволяйте ему пить слишком много пива, или лет через десять Джеймсу придется возить пузо перед собой на тележке.

— Прекрати, — сквозь зубы прошипел Джеймс, четко сознавая — это расплата. За все те случаи, когда он зубоскалил над друзьями в подобных нелепых ситуациях. Тогда ему казалось, что это смешно…

А вот совсем не смешно.

Наиля с неожиданным достоинством покачала головой.

— Господин Каннингем — сильный и взрослый мужчина, он знает, что делает. Разве я осмелюсь указывать, как ему следует себя вести? — она опустила взгляд, под смуглой кожей вспыхнул легкий румянец, и Джеймс, позабыв раздражение, уставился на девушку, совершенно зачарованный.

А может… в драконью задницу все это — скучные правильные соображения, женитьбу по расчету и мнение тетушки Фанни? Если подумать, то разрывать помолвку совершенно необязательно…

— Кхм-м-м… да, — инквизитор смутился. — В любом случае — поздравляю, — он хлопнул Каннингема по плечу. — Надеюсь, ты придержишь за мной местечко шафера на свадьбе, дружище.

— Свадьбе?! Чьей свадьбе? — встрял звонкий женский голос.

О нет! Только ее здесь не хватало…

Каннингем с трудом сдержал стон, разворачиваясь к Даяне Эгмонт. Вот уж кто заслуживал изрядной взбучки.

— Женщин только про свадьбы и думают, — рявкнул он. — Где вас демоны носили все заседание?

— Были некоторые обстоятельства… — девушка сделала неопределенный жест.