Алина Ланская – А кто у нас муж? (страница 46)
— Я рада, что ты пришла.
Улыбается, словно мы с ней подруги. Хоть целоваться-обниматься не полезла, и на том спасибо.
— Да и я… рада.
Перед глазами меню, но я сюда не есть пришла.
— Будешь что-то? Я угощаю.
Да пошла ты! Угощаешь. Я сама могу себе что угодно тут заказать! Ну или почти все.
— Аппетита нет. Так что ты хотела, Луиза?
— Я помочь тебе хочу, Маш. Ты мне нравишься. Давно за тобой наблюдаю, с того дня, как вместе в баре футбол смотрели. У нас ведь много общего.
Да неужели? И что же, интересно, у нас общего? Рыжий?
— Помочь? В чем?
— Не в чем, а чем. Деньгами, конечно. Они нужны тебе.
Вот такого я совсем не ожидала!
— Они всем нужны.
— Но тебе ведь особенно, да? Ты, говорят, с первого курса мужа богатого себе ищешь? Даже на Макса Полянского вешалась… Я вот подумала, может, мы с тобой хорошими друзьями можем стать.
Она стебется? Какими друзьями?!
— Это вряд ли! Да и у тебя и Баринова в подружках, да?
— Инсту мою смотрела? Маринка глупа, никогда не думает, что делает. Мы с ней очень разные, Маша. Мы не дружим. И речь не о ней. О Даниле. Он ко мне всегда хорошо относился, как и я к нему. Жаль, потерялись на несколько лет. Но я вернулась, так что… — У нее улыбка с лица не сходит. Спокойно так говорит, мягко. Сама доброжелательность. Короче, не я совсем! — Так что, Маш, я думаю, тебе не место рядом с ним. Не знаю, что там у вас с ним было и было ли, но твое внимание к нему излишне. Ваш… дружеский уик-энд закончился. О нем есть кому позаботиться.
— И кому же? — Ответ знаю, конечно, но пусть сама скажет.
— Мне. Даня, он очень хороший, сама знаешь. Умный, добрый и…
— И Полянский?
— И Полянский.
— Он не возьмет деньги отца. Ни копейки. Никогда! И не станет с ним общаться. Да все знают, что его отец тебя к Рыжему приставил! Думает, уломаешь его сына, и он к папочке прибежит, раз Макс так облажался? Он не прибежит. Ты ошиблась, Луиза!
Вообще я надеялась, что тут она потухнет, а нет, еще шире улыбка. Ее вообще мои слова не трогают!
— Это ничего не меняет, Маш. Даня очень обижен, и я его не виню. Еще и мать умерла. Конечно, он не будет с отцом общаться. Пока. А дальше… Никто не знает, что дальше будет, лет через пять например или семь. Он и без денег своего папы… Маш, он очень талантливый. Не зря Айс за него так держится. Да весь бизнес Леднева из-за Дани! Ты знаешь, что его в «Яндекс» приглашали и в Google? Он сделает отличную карьеру.
— Карьеру? Даня?
Может, мы о разных людях говорим?
— Над Гейтсом смеялись, в Apple не верил даже его инвестор. Фрики, хиппи, наркоманы, а они весь мир под себя подмяли. Дане надо просто помочь немного.
— Ты его будущее уже по годам расписала?
Сижу, офигеваю. Вот честно! В таком… шоке, что даже орать не хочется.
— Да, и я умею ждать. А вот тебе, Маш, нужно все и сейчас. Ты мне и правда нравишься, поэтому я с тобой так откровенна. А деньги отца Данила здесь ни при чем. У него и свои будут, особенно сейчас, когда не надо мать содержать. Он далеко пойдет, Маш, очень далеко, а ты тут под ногами мешаешься.
Вот же дрянь! Вежливая красивая умная дрянь!
— А если не пойдет? Ты подумала и об этом? Ему не нужны деньги. От слова «совсем»!
— Ты знаешь, как мой папа стал тем, кем стал? Мама его сделала. От и до. Без нее бы у него ничего не получилось.
— Не знаю, что там у твоей мамы было, но Даня тебе не кролик подопытный. И что ты с отцом его, он тебе не простит.
— Лучше о своем отце подумай, Маш! Два миллиона — это большие для него деньги, неподъемные. А их ведь отдавать надо.
Вот гадина! Подготовилась, значит! Наверняка и про наркотики знает. И про убийства.
— Это не проблема, — нагло вру, глядя ей в глаза. — У нас есть эти деньги. Найдем.
— Я их уже нашла, Маш. Могу хоть завтра за твоего папу кредит погасить. Представляешь, какое облегчение ему будет. Да и тебе тоже.
— Значит, Рыжего ты в два миллиона оценила? Думаешь, я соглашусь? По-другому никак у тебя не получится, а?
— Я надеюсь, папино благополучие тебе более важно, чем Даня. С ним ведь непросто, и всегда будет непросто. А если ты исчезнешь с горизонта, он точно о тебе не вспомнит.
— Ты на понт меня не бери! У папы рассрочка, с него этот кредит не требуют. И потом, если припрет, я смогу их найти.
— К кому пойдешь? К Ледневу просить? Думаю, он даст. Даже уверена в этом. Но это не отменяет моего предложения, Маш. Считай, у тебя в кармане два миллиона. Можешь у Леднева не занимать, а можешь и занять, а мои два «ляма» себе оставить. Неплохо ведь, а? У тебя же день рождения скоро, в декабре вроде. Считай, мой подарок.
— Два миллиона, значит? Сразу?
— Ага. Только расписку подпишешь. Юрист уже все подготовил. И под ногами больше не путайся. Да, и еще. Нет у твоего папы больше никакой рассрочки. Я не говорила, у меня мой папа в совете директоров банка заседает? Ну, теперь знаешь. Так что либо у меня бери деньги, либо у Айса. А лучше — у нас обоих. Я же говорю, ты мне очень нравишься, Маша!
Глава 45. "Это подарок. С днем рождения"!
Я ничего ей не ответила. Просто встала и ушла. На автомате вышла из «Лилии», дошла до квартиры. Сегодня я буду ночевать здесь. Лет с пятнадцати мечтала уехать из родительского дома, а когда папа купил мне жилье, мое собственное и только мое…
Барсукова ошиблась, сравнивая меня с Луизой. Мне до этой сучки далеко. Да, я восхищаюсь ей. Сделала меня на раз два. И все так грамотно рассчитала. Я так не умею. А что я умею? Вцепится в волосы? Подраться? Наорать, обматерить? Столкнуть в бассейн? Собственно, и все!
Чуть стаканом в нее не запустила, когда про маму его говорила, что денег теперь у Рыжего будет больше, раз ее нет. Ушам своим не поверила, а ведь такая няшная, милая…
Не удивлюсь, если этого она и ждала от меня. А может, и нет. У нее вообще действительно проблема с эмоциями. Рациональна до отвращения. Не чувствует ни черта. Ни к кому и ничего. И к Дане тоже. Не будь он таким, как выяснилось, талантливым фриком, мимо бы прошла. Просто удачная инвестиция для нее. Сначала мать его на деньги разменяла, а теперь…
И знает, дрянь, куда бить! В папу, в братьев, в семью. Понимает, что самим им сейчас не выкарабкаться. Два миллиона, два огромных миллиона. Нереальных. Для нас это всегда были большие деньги, очень большие, а сейчас…
Знает меня как облупленную. У меня на лбу что ли написано, что на все ради денег пойду? Два миллиона в кармане решили бы все мои проблемы. И никакого мужа пока не надо, и думать о деньгах и как жить тоже не надо.
Тут холодно и пустынно, идеальная стерильная чистота. Давно здесь не была, толком и не жила нормально после ремонта.
Барсукова уже раза три звонила. Волнуется. Отписалась ей быстро, что все хорошо, что просто так поговорили. Да, Луиза все верно рассчитала и про Айса не зря напомнила.
Иду на кухню, где-то был любимый коньяк, для особых случаев, то есть именно для такого.
Смотрю на телефон, смска с незнакомого номера. «Мое предложение действует три дня. Позвони».
Три дня… Я не сомневаюсь, что она не блефует. Но все-таки надо проверить. Залезаю на сайт папиного банка, да, не соврала, ее отец в совете директоров. Как же они все тесно связаны, элита города, мать ее! Все везде схвачено. Или нет?
— Привет, пап! Как дела?
— Машенька! Родная, здравствуй. — Уже по голосу его поняла, случилось что-то. Скрывать папа ничего не умеет, весь как на ладони. — Да, тут недоразумение какое-то. Все же обговорили, договорились. В пятницу согласовали все документы, я уже и подписал их. А сегодня звонят из банка… Ну ты не волнуйся, разберемся.
Ага, разберемся. Конечно.
«Мое предложение действует три дня. Позвони». Полчаса читаю смску, как будто что-то еще могу в ней прочесть. И звоню.
Мы сидим у меня на кухне, время позднее уже. Не знала, что это может быть так долго.
— Уверена, что делаешь? Обратного пути не будет.
Ставлю подпись. Рука дрожит.
— Уверена. Мне деньги нужны завтра.
— Без проблем.