Алина Брюс – Тени Альвиона (страница 67)

– Ясное дело, что сперва… – начал было Ферн, но Бэлла перебила его:

– Рисса этого не делала!

По скверу пролетел легкий ветерок. Ошеломленный, Нейт поднял брови, а Ферн сузил глаза. Бэлла отчетливо повторила своим сиплым голосом:

– Рисса никогда бы такого не сделала!

Взгляд Нейта потяжелел.

– Она едва не задушила Тайли.

Та бросила на девушку презрительный взгляд.

– Ну не задушила же…

Нейт задохнулся от возмущения.

– Потому что Сай помешал ей!..

Бэлла упрямо посмотрела на него.

– Рисса ни за что бы не тронула Сая – могу хоть на книге Закона поклясться!

Ферн с едва сдерживаемой яростью спросил:

– Если это не Рисса, то кто?

– Очевидно же, разве нет? – Девушка вздернула подбородок. – Кто-то из вас.

В сквере повисло напряженное молчание.

– Из нас? – пораженно переспросил Ферн. – Нет, вы точно Теней пережрали!.. Ты еще скажи, что это мелкие. – Он кивнул на Тишу, испуганно спрятавшуюся за Донни. – Если это не Рисса, то точно кто-то из вас, а то и вы все. Может, он вам надоел и вы захотели от него наконец избавиться?

– Не смей! – зашипела Бэлла. – Не смей так говорить – ни о нас, ни о нем! Ты понятия не имеешь…

– Прекратите! – вскричал Нейт. – Прекратите сейчас же! Оба! – добавил он, когда Ферн открыл рот. – Мы только что похоронили Сая, давайте не будем ругаться у его могилы. – Глубоко выдохнув, он продолжил куда спокойнее: – Бэлла, мы не хотим голословно обвинять Риссу, но, согласись, слишком уж всё выглядит подозрительно: она напала на Тайли и поссорилась с Саем, а после этого мы нашли его мертвым. Если Рисса ни при чем, то где она? Почему скрывается?

– А может, она боится, что ее во всём обвинят? Или опасается, что убийца Сая доберется и до нее? Или, – громче заговорила Бэлла, когда Нейт попытался ей возразить, – или убийца уже добрался до нее. И поэтому она не связалась даже с нами.

В наступившей тишине прозвучал голос Глерра:

– Ты хочешь сказать, что кто-то убил и Сая, и Риссу, и этот кто-то – среди нас?

– Среди вас, – поправила его Бэлла.

Ферн покачал головой – видимо, с огромным трудом удержавшись от замечания. Нейт устало вздохнул.

– Прости, Бэлла, но это… крайне маловероятно. Сая, похоже, застали врасплох, но чтобы и Риссу… К тому же она сильная, с ней не так-то просто справиться.

– Я знаю того, кто мог бы.

Бэлла поджала губы и вскинула руку, точь-в-точь как после считалочки во время теневых салок, только теперь ее палец указывал на Кинна. Все повернулись к нему, и я почувствовала, как холод просачивается в мои кости.

Кинн – убийца? Что она несет?

Бэлла торжествующе улыбнулась, а Кинн ответил ей угрюмым взглядом.

– Он среди вас самый подозрительный. Во-первых, его татуировка. Неужели вы и правда поверили в его сказочку о том, что она поставлена незаконно? И вам даже в голову не пришло, что это чистейшей воды ложь? – Я заметила, как Люцилла испуганно посмотрела на Кинна, как нахмурился Глерр. Бэл-ла продолжила: – Во-вторых, он избил Сая, и, если бы нас не оказалось рядом, кто знает, что бы он еще сделал? Наверняка он захотел довести начатое до конца!..

– Кинн не избивал Сая, ты передергиваешь! – не выдержал Нейт. – Он ударил его всего один раз. И это было не просто так, а за то, что Сай укусил Виру.

Я почувствовала направленные на меня взгляды и смутилась. Мне не хотелось вспоминать об этом, особенно сейчас, когда Сай был мертв, но я кивнула. Кто-то потрясенно зашептался, но Бэлла быстро нашлась с ответом:

– В любом случае у него была причина ненавидеть Сая. К тому же, – она повысила голос, не давая Ферну высказаться, – Сай забрал карту, которой он интересовался. Этот интерес, кстати, тоже подозрителен. Как там, «напоминает о доме»? – Девушка фыркнула. – Еще одна ложь. Карта была ему зачем-то нужна, а Сай ее забрал – чем не повод разобраться с ним?

Я заметила, что на лице Кинна заиграли желваки, и ощутила, как нарастает злость во мне самой. Рисса подтолкнула Лиллу к смерти, едва не задушила Тайли, а теперь Бэлла пытается переложить на Кинна ее вину за смерть Сая?

Неожиданно вмешался Глерр:

– По правде говоря, я бы тоже хотел услышать, почему эта карта так важна. Это не значит, что я согласен с Бэллой, – поспешно добавил он, поймав взгляд Нейта, – но, если мы проясним этот момент, думаю, всем станет спокойнее.

Нейт посмотрел на Кинна, и тот пожал плечами, а потом ответил, глядя Глерру в глаза:

– Эту карту нарисовал мой отец, Ронс Террен.

Глерр изумленно застыл. Даже Бэлла выглядела потрясенной, но быстро пришла в себя и ядовито бросила:

– Чушь.

– Нет, – возразил Нейт, – сначала Кинн сказал нам, кто его отец, а уж потом мы рассказали ему о карте. Раньше он не знал о ее существовании.

Девушка открыла и закрыла рот – и наконец, злобно прищурившись, проговорила:

– Тогда у него тем более был повод добраться до Сая. Но знаете, что самое подозрительное? – Она обвела всех полубезумным взглядом и театральным шепотом произнесла: – Мы ни разу не видели его теневую форму.

Я мгновенно оледенела, а Кинн замер с бесстрастным выражением лица. Все снова повернулись к нему, но теперь, помимо напряжения, в воздухе витала настороженность. Кажется, Глерр собирался что-то сказать, но Ферн громко вздохнул, привлекая к себе внимание.

– Бэлла, ты всё никак не уймешься. Ох уж твоя любовь к драматизму… То, что вы не видели теневую форму Кинна, не значит, что ее никто не видел, это раз. А во-вторых, скорее всего, вы ее видели, просто не поняли, что это был он. У них с Донни формы очень похожи.

Вытаращив глаза, мальчишка присвистнул, явно этим польщенный. Низз, наоборот, скривился, а Дэл и Лио неуверенно переглянулись с Бэллой, и я едва удержалась, чтобы не поблагодарить Ферна – его объяснение звучало очень просто и достоверно.

Нейт, почувствовав перемену всеобщего настроения, поспешил закончить:

– Сегодня у всех нас очень тяжелый день. Мы потеряли нашего товарища. Давайте немного отдохнем и тогда обсудим, что делать дальше.

Дремеры во главе с Бэллой помрачнели и молча направились к выходу из сквера. Проходя мимо меня, девушка задержалась – в розовом платье и с аквамариновой лентой на голове она выглядела невинно, но, когда подняла на меня взгляд, я едва не отпрянула: столько в нем было презрения и злобы. Она прошипела:

– Что там Ферн про цирк говорил? Куда нам до тебя!.. Ветки эти, слезы… Долго тренировалась?

Я оторопела, а Бэлла, резко отвернувшись, ушла следом за остальными. Рядом раздался негромкий голос Ферна:

– Я же говорил: маленькая гадюка. Так и брызжет ядом.

Ко мне подошел Нейт и со вздохом сказал:

– Не принимай ее слова на свой счет, Вира. Они потеряли Сая, а он для них был… всем. Пойдем.

Попрощавшись с остальными – Тайли возвращалась в Оранжерею, – мы наконец-то пошли домой, в нашу старую квартиру в персиковом доме.

За обедом я задумчиво жевала сухую еду, не чувствуя ее вкуса. Наконец, прервав всеобщее молчание, я обратилась к Нейту с Ферном, озвучив вопрос, который давно не давал мне покоя:

– А вы не знаете, почему у Сая были седые волосы?

Оба вскинули на меня удивленные взгляды, но мне было сложно объяснить, чем вызван мой интерес – возможно, тем, что, каким бы ни был Сай, у него была своя история, свое прошлое, о котором я ничего не знала, и почему-то это показалось ужасно несправедливым. Переглянувшись с Нейтом, Ферн ответил:

– Это из-за его папаши. Скажем так, Саю еще повезло, что он попал в Квартал.

– Повезло? – в изумлении переспросила я.

Ферн кивнул.

– Побои, издевательства… чего только не было… – он опустил взгляд на недоеденный бутерброд.

Нейт вполголоса добавил:

– Когда Сай отходил от теневой лихорадки в первый раз, я зашел спросить про его самочувствие, а он сказал, что с ним что-то серьезно не так, потому что он не чувствует голода. Он думал, это верный признак того, что он умирает. – После секундной заминки Нейт произнес: – Отец вечно морил его голодом.

Я так и замерла, представив седую прядку в светлых волосах, и больше не смогла съесть ни крошки. Завтрак закончился в полном безмолвии, после чего все разошлись по комнатам. В лиловой гостиной я снова предложила браслет Нейту, но он лишь вымученно улыбнулся и покачал головой.