Алим Тыналин – Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2 (страница 78)

— Бокс, — сказал арбитр и взмахнул рукой.

Мы тут же обменялись с Уордом серией осторожных прощупывающих ударов. Но затем, в конце серии, дело пошло к нешуточному размену. Зрители взревели и засвистели от восторга.

Мой противник был изумительно подготовлен. Он обладал великолепной техникой. Наверное, с ним очень удобно спарринговать.

Я сразу почувствовал его манеру боя, мне показалось, что я могу угадывать его ходы и движения. Как я понял, он почувствовал примерно тоже самое. Поэтому мы и отправились в сумасшедший размен ударами, почти сразу, в первые двадцать секунд поединка.

Сначала он пытался атаковать меня, чередуя боковые и прямые удары. Я ушел от них, работая корпусом. Как я говорил, в последнее время Егор Дмитриевич натаскал меня и на это. Затем, когда мне удалось уйти по своему обыкновению в сторону, за его внешний левый локоть, он на мгновение растерялся.

Но, молодец, в отличие от всех других моих соперников, Уорд не стал тут же разворачиваться. Он тоже сделал большое длинное круговое движение ногами и встал на то место, где только что был я. И только после этого он развернулся.

Какой, однако, молодец! Наверняка сказались огромный опыт и тренированность, но Уорд сделал именно тот единственный ход, который позволял противнику уйти безопасно из той ловушки, которую я устроил ему.

В итоге, несмотря на то, что я оказался сбоку от него, он теперь оказался на достаточно большом расстоянии от меня, чтобы развернуться без опасения получить боковой в голову или корпус. Отлично, просто отлично! С таким противником чертовски приятно драться.

И победить такого вдвойне приятнее. Я снова атаковал его, чтобы жизнь не казалась раем, только теперь уже Уорд показал отличную технику ухода от боковых ударов. Ну-ка, попробуем узнать, как ты в обороне.

Я атаковал его старым добрым приемом, использовав вращения туловищем, называемые «солнышко». Это такие круговые движения, применяемые перед атакой, как финты. Самое главное их предназначение — безопасно войти в ближний бой, чтобы избежать встречных ударов. Одновременно это позволяло раскрыть защиту соперника.

Для того, чтобы провести прием, я наклонился вперед и вправо, а потом начал двигаться по кругу влево, вверх и вправо. Мои руки были согнуты в локтях, тоже ритмично двигались внутрь и вовне. Это воздействие я усиливал подшагиваниями в стороны.

Для обороны я использовал комбинированную защиту. Для этого уклонился чуть назад, с небольшим приседом, затем шагнул правой ногой назад и уклонился вправо. Левое плечо и правая перчатка защищают подбородок. Полусогнутая левая рука прикрывает живот. Все движения слитные, как в хорошем танце, неким единым волнообразным движением.

Короче говоря, в какой-то момент мое тело двигалось почти полностью и попасть по нему было невозможно. В тоже время я зорко следил за защитой Уорда и вскоре заметил небольшую брешь.

Мой противник приоткрыл корпус, он опасался удара в голову и поэтому больше защищал верхнюю часть тела.

В итоге я резко и неожиданно атаковал Уорда, начав с левого хука. Сразу в цель, в полуоткрытый корпус. Одновременно я сделал широкий выпад правой ногой вперед и вправо, чтобы удержать равновесие после удара.

Как оказалось, осведомители Худякова не солгали. Уорд и в самом деле был слаб в отражении неожиданных атак. Мой удар прошел сквозь его защиту, как раскаленный нож через масло. Я достал его в корпус хорошим сильным хуком.

Если бы я знал, что удар будет такой удачный, то постарался бы зарядить его сильнее. А так мне удалось просто хорошенько врубиться ему в район солнечного сплетения. Но и этого было достаточно для того, чтобы Уорд загнулся от боли.

Торопясь продолжит удачный удар, я атаковал его правой рукой, тоже хук и тоже в корпус. Противник успел отойти и второй удар уже провалился. Я продолжил атаку и заметил в это же мгновение, что Уорд завалился на колено и оперся рукой о настил.

Зрители завопили на трибунах. Наконец-то, нокдаун! В первом же раунде, в самом начале. Судя по всему, мне удалось продолжить ту самую победную серию, которую я начал в бою с индонезийцем.

От возбуждения я остался пританцовывать на месте, в то время как арбитр кричал на меня по-французски, требуя отойти в свой угол.

— Уйди в угол, придурок! — орал сзади Худяков. — Уйди быстрее.

Наконец я опомнился и отошел в свой угол. Арбитр начал отсчет. Правда, из-за своего промедления я потерял пару секунд.

Ну-ка, посмотрим, как быстро он очухается. К моему глубокому сожалению, чуда не случилось. Уорд быстро отдышался и встал на ноги. Арбитр спросил, как он себя чувствует и мой противник кивнул, подтверждая, что все в порядке.

Осмотрев Уорда, арбитр снова пригласил нас на центр ринга. Мы встали друг напротив друга. Я поглядел на противника, но не заметил замешательства или смятения на его лице. Он был все также уверен в себе.

Видимо, посчитал, что предыдущий нокдаун был досадной случайностью. Ну да, куда уж там, разве возможно мне, какому-то желторотику из СССР, тягаться с ним, прославленным чемпионом из США. Да, приятель, смотри, как бы я тебя еще раз не наказал за эту самонадеянность.

Именно поэтому Уорд почти сразу снова вступил со мной в интенсивный обмен ударами. Сегодня мы устроили зрителям отличное шоу, зрелищный и ударный бокс.

И опять с самого начала мы атаковали друг друга, только теперь он уже работал на ближней дистанции и осыпал меня боковыми. Я довольно успешно уходил от атак, пару раз он повис на мне, пару раз я.

Арбитр сразу разделял нас и мы продолжали поединок. Когда мы приготовились к очередной серии ударов, звякнул гонг. Раунд прошел так быстро и насыщенно, что я совсем забыл о времени.

Ладно, подумал я, расходясь с противником по углам, в следующем раунде я тебя обязательно уроню на настил.

Том 2. Глава 18. Глаза, полные боли

Во втором раунде мясорубка пошла еще интенсивнее. Но сначала я отдохнул в своем углу и обсудил с Худяковым, что делать дальше.

— Отлично, отлично, — сказал мне тренер. — Продолжай в том же духе. Не сбавляй темпа. Видел, как он пропустил внезапную атаку? Помнишь, что я тебе говорил?

Я кивнул. Конечно, помню, как без этого.

— Что по очкам? — спросил я. — Все в порядке?

Рядом возникла встревоженная физиономия Мишки.

— Ты ведешь, дружище. Но только не попадись в его сети. Он парень ломаный, я чувствую это.

В словах друга был смысл. Я же видел, как быстро оправился Уорд после нокдауна. Скорее всего, он зубастый волчище, притворяющийся жалким ягненком. Я чувствовал, что боевой дух противника ничуть не угас. Да и выносливости у него хоть отбавляй.

— Хорошо, — кивнул я. — Буду настороже.

Вскоре перерыв закончился. Арбитр вызвал нас на новый раунд.

— Ну все, действуй! — сказал Худяков и хлопнул меня по спине. — Без победы не возвращайся.

Я глубоко вдохнул воздух и поднялся со стульчака. Подошел к центру ринга и снова оказался лицом к лицу, перчатка к перчатке с соперником. Опять его глаза под нависшими бровями оказались напротив меня. Ну же, давай, иди к папочке.

— Бокс, — прокаркал арбитр и отошел назад, пристально наблюдая, однако за нами со стороны.

Как я и говорил, почти сразу между нами снова развернулось активное месиво. Теперь Уорд атаковал меня. И сразу пошел с прямого в голову. Как и я, он использовал его для того, чтобы сорвать мою оборону, заставить поднять руки повыше. Вслед за тем новый прямой, теперь уже правой рукой. Этот удар уже покрепче, я на автомате уклонился от него и тут же контратаковал сам. Правый боковой, теперь уже от меня, левый, и тоже уход Уорда. Мы обменивались ударами и пока что успешно уклонялись и блокировали их, до того самого мгновения, пока кому-то не повезет больше, а кому-то меньше.

И вскоре этим самым, кому повезло меньше, стал я.

Надо признать, что Уорд провел меня, любителя финтить и обманывать. Я только потом догадался, что же такое случилось на самом деле.

В общем, так. После того, как мы безнадежно обменялись целой серией ударов, причем не один, а два раза, в поединке наступила небольшая передышка. Это дало американцу подготовиться к задуманному маневру. Каюсь, я тоже чуток расслабился и даже не подозревал, что мне готовят сюрприз.

Затем Уорд снова начал атаку, причем, как и обычно, сделал это джебами, верными длиннорукими джебами. Все они были ложными и были направлены на то, чтобы усыпить мою бдительность. Сначала джеб левой, по классике. Потом правой, тоже достаточно сильный и мощный, мне пришлось резко откинуть голову, чтобы уйти от него. Затем снова джеб левой. Мне это надоело и я готовился контратаковать.

В это мгновение Уорд опустил левую руку и сделал шаг ко мне, сокращая дистанцию. Это было совсем не то, что он обычно делал в подобных ситуациях и я даже немного задержался с ответной реакцией.

Я ожидал, что все эти джебы сделаны для того, чтобы удержать мои руки у головы и теперь он собрался атаковать мой почти беззащитный живот. Его опущенная рука и подшаг ко мне, казалось, стопроцентно убеждали в этом решении.

Поэтому я сделал непоправимую ошибку, то есть опустил свою правую руку для защиты корпуса. Все мои мысли теперь были неосознанно сосредоточены на том, чтобы защищать туловище. И вот теперь, заманив мою оборону и внимание совсем в другое место, Уорд нанес правой стремительный хук в мою голову.