Алигьери Данте – Божественная Комедия. Новая Жизнь (страница 157)
Вослед за мной, не бренной, — как дотоле.
58 Не надо было брать на крылья гнет,
Чтоб снова пострадать, — будь то девичка
Иль прочий вздор, который миг живет.
61 Раз, два страдает молодая птичка;
А оперившихся и зорких птиц
От стрел и сети бережет привычка».
64 Как малыши, глаза потупив ниц,
Стоят и слушают и, сознавая
Свою вину, не подымают лиц,
67 Так я стоял. «Хоть ты скорбишь, внимая,
Вскинь бороду, — она сказала мне. —
Ты больше скорби вынесешь, взирая».
70 Крушится легче дуб на крутизне
Под ветром, налетевшим с полуночи
Или рожденным в Ярбиной стране,[1126]
73 Чем поднял я на зов чело и очи;
И, бороду взамен лица назвав,
Она отраву сделала жесточе.
76 Когда я каждый распрямил сустав,
Глаз различил, что первенцы творенья[1127]
Дождем цветов не окропляют трав;
79 И я увидел, полн еще смятенья,
Что Беатриче взоры навела
На Зверя, слившего два воплощенья.[1128]
82 Хоть за рекой и не открыв чела, —
Она себя былую побеждала[1129]
Мощнее, чем других, когда жила.
85 Крапива скорби так меня сжигала,
Что, чем сильней я что-либо любил,
Тем ненавистней это мне предстало.
88 Такой укор мне сердце укусил,
Что я упал; что делалось со мною,
То знает та, кем я повержен был.
91 Обретши силы в сердце, над собою
Я увидал сплетавшую венок[1130]
И услыхал: «Держись, держись, рукою!»
94 Меня, по горло погрузи в поток,
Она влекла и легкими стопами
Поверх воды скользила, как челнок.
97 Когда блаженный берег был над нами,
«Asperges me»,[1131] — так нежно раздалось,
Что мне не вспомнить, не сказать словами.
100 Меж тем она, взметнув ладони врозь,
Склонилась надо мной и погрузила
Мне голову, так что глотнуть пришлось.[1132]
103 Потом, омытым влагой, поместила
Меж четверых красавиц[1133] в хоровод,
И каждая меня рукой укрыла.
106 «Мы нимфы — здесь, мы — звезды в тьме высот;[1134]
Лик Беатриче не был миру явлен,
Когда служить ей мы пришли вперед.[1135]
109 Ты будешь нами перед ней поставлен;
Но вникнешь в свет ее отрадных глаз
Среди тех трех, чей взор острей направлен».[1136]
112 Так мне они пропели; и тотчас
Мы перед грудью у Грифона стали,
Имея Беатриче против нас.
115 «Не береги очей, — они сказали. —
Вот изумруды, те, что с давних пор
Оружием любви тебя сражали».
118 Сто сот желаний, жарче, чем костер,
Вонзили взгляд мой в очи Беатриче,
Все на Грифона устремлявшей взор.
121 Как солнце в зеркале, в таком величье 
