alexz105 – Гарри Поттер и темный блеск (страница 19)

В последнее полнолуние Люпин наложил на свое жилище Заглушающие Чары, посадил сам себя на стальной ошейник с могучей цепью, запер ее замок и трансфигурировал ключ в обломок кирпича (тьфу, черт, вот привязался!). Так и пересидел полнолуние, предупредив Дамблдора об отлучке. Да… боится его Дамблдор, торопится: не захотел ждать неделю, пока оборотень окажется на цепи, и его можно будет уничтожить без особых проблем.

Ясно одно, Лондон, нашпигованный бойцами противоборствующих сторон — не самое лучшее место для одинокого и всем ненавистного изгоя. Надо выбираться на свежий воздух.

В голове всплыло «Хогсмит, Визжащая Хижина». Правда, рядом Дамблдор, и это место на полнолуние не годится. Но ведь можно перебраться в Запретный Лес. Школьников пока нет, жители Хогсмита туда не ходят, а зверью оборотень не страшен. Да–да, уйти подальше, вспомнить молодость. Люпин даже заулыбался.

Гермиона с Джинни уже продирались сквозь живую изгородь на соседнюю улицу, когда со стороны дома Дурслей раздались многочисленные хлопки аппараций. Девушки остановились и оглянулись. С такого расстояния определить, кто и к кому прибыл, не представлялось возможным, но, как им показалось, зеленых вспышек, направленных в сторону дома, стало больше.

— Похоже, подкрепление Упивающихся прибыло, — слегка задыхаясь, сказала Гермиона.

Опять раздались хлопки аппараций — видимо Заглушающие чары и Антиаппарационный щит, поставленный вторым Упиванцем, разрушился от такого наплыва «посетителей». От дома послышались взрывы, крики, проклятья и все слилось в вой нешуточной битвы.

— А это, похоже, авроры подоспели к нам на помощь, — Джинни сделала шаг в сторону дома. Гермиона повисла у нее на плечах:

— Ты, что? Туда нельзя!

— Там же наши! — почти закричала Джинни. — Они прибыли нас спасать, а теперь их там убивают!

— Джинни, мы все равно мало чем поможем. Мы уже истратили много магических сил и нас легко прихлопнут, — стараясь быть логичной, торопливо заговорила Гермиона, — там авроры. Орден не мог так быстро узнать, где мы и собрать отряд для помощи. Там авроры, они хорошо обучены, это их работа — сражаться с Упиванцами везде, где они их встретят. Если нас найдут авроры, нам ведь тоже будет плохо. Нам сломают палочки, а твоего папу выгонят с работы. И — прощай Хогвартс.

— Ты, наверное, права, Гермиона, — сквозь зубы пробормотала младшая Уизли, — но я сейчас чувствую себя последней дрянью.

В этот момент земля под ногами девушек дрогнула и с поля битвы послышался тяжелый грохот. Дом Дурслей вспыхнул, как спичка. При свете пожара стало видно, что большая группа авроров теснит уже малочисленный отряд Упиванцев. Фигур в черных плащах оставалось все меньше и меньше, они аппарировали один за другим. Наконец шум битвы стих. Дом горел, выбрасывая вихри пламени и дыма, на сотни метров летели искры. Авроры ходили вокруг дома, что–то подбирали, что–то упаковывали, что–то отправляли. Издалека, видимо из центра города, послышался вой сирен. Служители магического правопорядка закончили свою непонятную для девушек возню, построились и дружно аппарировали. Гермиона потянула подругу за руку:

— Пошли, Джинни, скоро утро и надо выбираться отсюда.

Джинни постояла неподвижно, потом тряхнула головой и сказала:

— Сегодня Гарри исполнилось шестнадцать лет.

— Да исполнилось бы… — начала Гермиона и, опомнившись, прервала фразу.

— Сегодня Гарри ИСПОЛНИЛОСЬ ШЕСТНАДЦАТЬ ЛЕТ! — упрямо воскликнула Джинни, повернулась к догорающему дому спиной, и стала продираться сквозь живую изгородь на соседнюю улицу.

Люпин завершил серию аппараций перемещением в Визжащую Хижину. Он устало сел на старый диван, который тут же с жалобным треском под ним проломился.

— Да, сгнил ты, браток, — усмехнулся Люпин, — а когда–то на тебе лежали олень, пес и волк–оборотень и смотрели, как на полу кувыркается крыса, развлекая своих товарищей.

Вспомнив о крысе, он помрачнел.

Ремус поднялся, подошел к дверце потайного хода и распахнул ее. Проход был заложен свежей кирпичной кладкой. Не исключено, что потайной проход полностью заглушен. Видимо, Дамблдор позаботился, что бы свести к минимуму все возможности попасть в Хогвартс, минуя главные ворота. Что ж, тем лучше. По крайней мере, не надо опасаться удара с этой стороны. Но и путь в Хогвартс теперь ему не доступен. Как бы ни разворачивались события в школе, Люпину в них вмешаться не получится.

— Волк — одиночка, — усмехнулся про себя Люпин, — один против всех.

Он подошел к столу в углу хижины и стал выкладывать из магического мешка припасы еды на ближайшие дни. От безысходности он все–таки рискнул наведаться в Лютный переулок. Вызвал с помощью домового эльфа знакомого оборотня из кабака, пообещал забулдыге бутылку Огневиски, после чего его быстро свели в нелегальный обменник. Там Ремус обменял часть галеонов на фунты и приобрел магический мешок вместимостью до двух кубических ярдов. После этого он с возможной поспешностью покинул Лютный переулок, не забыв выдать два галеона своему помощнику. На эти деньги можно было купить не одну, а четыре бутылки огневиски. Но Люпин рассудил, что чем сильнее ужрется его «спаситель», тем меньше шансов, что информация о его появлении в Лютном переулке достигнет ушей Дамблдора.

Переместившись в предместье Лондона, Люпин закупил продукты и предметы первой необходимости. Затем аппарировал в знакомый перелесок на полпути к Хогсмиту. Отдохнул минут десять, лежа на душистом травяном ковре. После чего аппарировал на лужайку в миле от своей цели, и двинулся пешком, внимательно присматриваясь к магическому поселку. Понаблюдав с полчаса с заднего двора заведения Розмерты, Люпин, наконец, решился перенестись в Визжащую Хижину.

Так. Пачку магловских фунтов на полку, мешочек с галеонами сюда же. Четыре пятилитровые бутылки воды — под стол. Готовые обеды для микроволновки — на стол. Микроволновки нет, но не беда — заклинанием разогреем.

Люпин, не торопясь, разложил припасы и вещи по всем горизонтальным поверхностям. Последними из мешка он извлек две бутылки шотландского скотча и две упаковки темного пива. Предстояло несколько дней поскучать, и Люпин решил слегка скрасить скуку одиночества.

В высокое узкое окошко хижины проник луч солнечного света — значит, уже больше пяти часов вечера. Это заучено больше двадцати лет назад: солнышко в окно — скоро на ужин. Почувствовав голод, Люпин повернулся к столу. В этот момент раздался стук в оконное стекло. Ремус быстро отпрыгнул в угол и стремительно развернулся, выхватывая палочку. В проеме окна за пыльным стеклом топтался силуэт совы. Что это — проверка? Или ультиматум Дамблдора? Или предупреждение? Но чье? У оборотней не бывает персональных сов… куда выходит окно? К лесу… ни от Розмерты, ни с дороги окна не видно. Надо впускать. Раз сова, значит, кто–то его обнаружил. Все равно, просто так теперь не обойдется.

Люпин дотянулся до окна, открыл задвижку и осторожно потянул раму на себя. Со скрипом рама все–таки открылась, сова влетела в комнату и села на стол, щелкая клювом. Люпин быстро закрыл окно, обернулся и замер в изумлении. На столе сидела сова Гарри Поттера — Букля. Оборотень подошел к столу, а Букля, как воспитанная птица, подняла лапу с привязанным свитком. Уже ничего не понимая, Ремус отвязал от лапы совы послание и поставил перед ней открытый обед для микроволновки. Затем отошел к свету и осмотрел свиток, запечатанный воском с оттиском перстня. Он был из дорогого пергамента с адресом на лицевой стороне. Ремус, слегка обалдев, прочитал:

«Ремусу Люпину, магическому члену Рода Блэков от Главы Рода Блэков Гарри Джеймса Поттера — ПРИГЛАШЕНИЕ».

Глава 19

…кроме приглашения, написанного самопишущим пером, Люпин увидел прикрепленный к пергаменту круглый жетон из драконьей кожи с монограмой ГП. В приглашении было указано, что это портключ, который сработает в 18–30 тридцать первого июля. Люпин попробовал отцепить портключ от пергамента, но это сделать не удалось. Значит, переноситься надо с приглашением в руке.

Ремус сел и задумался. Это могло быть хитроумной ловушкой. Правда есть несколько но…. Первое из них — Букля. Совы могут переходить по наследству или от супруга к супругу. Или волшебник может одолжить сову другому магу на короткое время. Все. Других вариантов нет.

Сова не ищет себе второго хозяина, если с первым случилась беда. Сова откажется служить чужому магу в отсутствие хозяина. И самое замечательное, что на сов не действует даже «Империус». Значит, возможность подлога без ведома Гарри исключается. Могли заставить Гарри послать сову? Могли. Тем более, что на Гарри «Империус» точно подействует. Гарри не сова. Хотя Сириус говорил, что парень умеет сопротивляться заклятию Подвластия.

Кто может так играть? Воландеморт? Если Гарри в его руках, то на какого хрена ему нужен занюханный оборотень, пусть даже из Ордена Феникса! Выходит, опять Дамблдор? Дамблдор, держащий Гарри под замком и под «Империусом»… нет, это явный перебор.

Тогда остается только одно — приглашение прислал сам Гарри. Фантастика! Парень подписывается Главой магического рода Блэков, а его, Люпина, называет магическим членом рода Блэков. Дамблдор с неудовольствием рассказал ему в свое время о завещании Сириуса и о ренте, но о магической составляющей завещания не было сказано ни слова. Надо идти на риск и принимать приглашение. Люпин рассмотрел оттиск перстня на печати. Да, это герб Блэков, он видел его на родословном древе в доме Сириуса на Гриммо. Решено! Приглашение принято!