alexz105 – Гарри Поттер и темный блеск (страница 117)

— Мы так и поняли, сэр Поттер, что вы, понимая противоречия, разделяющие наши расы, не отравлены ксенофобией и заглушили в себе перманентное предубеждение к нам. Это и есть для нас доказательство вашей мудрости — возможно, интуитивной.

Гарольд чуть не заорал «Караул!». Переведите на наш язык! Половину слов не понять. Вроде хвалит, а может, и не хвалит вовсе. Может, ругает. Может быть, ему уже в морду пора дать, а я сижу и улыбаюсь, как идиот! Сброшу потом воспоминание Северусу — пусть истолкует. Беда с этими расами. Кентавры околесицу о звездах несут, а эти какую–то ксенофлорбию приплели. Интересно, а флоббер–черви от этого слова название получили? Впрочем, от меня явно ждут реакцию на последние слова. Покивать, что ли?

Гарольд с непроницаемым лицом кивнул Риктэму.

— Рад, что мы объяснились, сэр Поттер! — Риктэм явно испытывал облегчение.

«Еще бы понять, чему ты рад, гоблин! Блин!»

— Разрешите сообщить вам, что нам известно местонахождение вашего противника — мага Дамблдора.

Гарольд выпрямился в кресле и наклонился вперед, показывая гоблину, что внимательно слушает.

— Он находится в замке мага Фламеля, — Риктэм говорил, не глядя на юного мага.

— Николаса Фламеля? Создателя Философского камня?

— Похитителя Философского камня, сэр.

— Не понимаю.

— Философский камень, а точнее эльфинит, был похищен Фламелем у гоблинов.

— Дела… Это точно?

— Да, сэр! И тот факт, что гоблины не являются создателями камня, не становится для этого мага оправданием. Он украл эльфинит, кое–как исследовал его свойства и приспособил для своих низменных потребностей.

— Каких именно?

— Он обратил всю мощь древнего камня на продление собственной никчемной жизни. Он превратил создание высшей эльфийской магии в тупую пипетку долголетия.

— Эльфийской магии?

— Да. И здесь я должен объяснить подробнее. Этот камень достался народу гоблинов по наследству от древних эльфов. Уходя под землю, они отдали этот камень одному их моих предков. Они объяснили, что этот камень настраивается на разум владельца и помогает выполнить самое главное желание. Гоблины — прирожденные торговцы и банкиры. С помощью этого камня они создали универсальный инструмент торговли — золото, которого раньше в этом мире не было. А потом мы создали с помощью эльфинита это универсальное мерило ценностей. Вечное, не распадающееся от буйства стихий. Прочное и удобное в обращении. Древние гоблины создавали золото и прятали его по всему свету про запас. Но шла торговля, и мало–помалу золото стало утекать к другим расам. Ведь смешно сказать, но древние люди использовали в качестве денег другие металлы и даже морские ракушки. Эти металлы темнели, ржавели и зеленели. Ракушки крошились и распадались безвозвратно. Богатства исчезали без следа, пролежав в земле жалкую тысячу лет! Но гоблины навели порядок. Когда необходимое количество золота было создано и спрятано, камень заперли в одном из древних тайников. Вынимать его оттуда мог только Главный гоблин — и только для пополнения запасов золота. Так и было: камень вынимали не чаще одного раза в пятьсот лет. Но шестьсот лет тому назад произошло несчастье. Очередная выемка камня совпала с большой войной. Император магов Рудольф напал на нас с целью завладеть нашими сокровищами. Главный гоблин был убит и камень с его тела снял придворный звездочет императора Николас Фламель.

При этих словах глаза Главного гоблина блеснули яростью, он остановил рассказ и с гневом уставился на Гарольда.

— Надеюсь, вы не ждете, что я буду извиняться за некрасивые поступки Фламеля шестисотлетней давности? — немного напрягся Гарольд. — Ваши предки, насколько мне известно, тоже не отличались добротой и покладистостью.

— Нет, не жду, — буркнул Риктэм, хотя Гарольду показалось, что именно этого гоблин и ждал. — Вы не понимаете, сэр! То, что добыто в честном бою — не оспаривается, но Фламель снял камень с гоблина, которого победил не он. У нас это приравнивается к краже. Мы воевали с магами еще несколько столетий, но ни разу нам не удалось напасть на след камня. И лишь в новейшие времена мы узнали истинного похитителя камня. Состоялись трудные переговоры с вашим министерством. К этому моменту запасы золота истощились, и весь мир охватил жесточайший кризис. Нам удалось уговорить министра повлиять на Фламеля. В результате долгих переговоров нам дали возможность создать нужное количество золота и восполнить его запасы. Потом камень долго хранился в нашем банке в сейфе Фламеля. Пять лет назад Фламель дал поручение передать камень Дамблдору. Мы подчинились, не зная, к каким последствиям это приведет. Летом следующего года Дамблдор сообщил министру, что камень был сильно поврежден при схватке со слугой Воландеморта, что он начал представлять опасность для всего магического мира, и был уничтожен. Вы не представляете ужас, который нас обуял! Одно дело — временная пропажа камня, другое дело — потерять его навеки! Проверив все обстоятельства, мы пришли к выводу, что Дамблдор и Фламель — обманщики. Они солгали об уничтожении камня. И верно, вскоре Дамблдор недвусмысленно дать нам понять, что камень у них, и все вопросы теперь надо решать с ним и Фламелем. С тех пор мы установили за Дамблдором постоянное круглосуточное наблюдение. Мы следили за ним даже в Хогвартсе. У нас там с незапамятных времен всегда располагались наблюдатели. Я вижу — вы поняли. Да, профессор Флитвик — один из них. И Дамблдор знает это.

— С ума сойти! — выдохнул Гарольд. У него уже кружилась голова. Но странная головоломка постепенно обретала цельность и четкость. Так вот каков один из неизвестных ему козырей Дамблдора. Стоп! А на хрена бы тогда ему гоблины с их банком? Что–то не так!

— А почему никто никогда не пытался захватить сам банк? — спросил Гарольд напрямик.

— А вы не поняли? Камень настраивается на самые важные желания владельцев! А люди хотят не золота — люди хотят вечной жизни! Человек при помощи камня просто не в состоянии произвести золото! Все, что удалось вашим соплеменникам — это эликсир долголетия. Только гоблин — и не просто гоблин, а свободный гоблин — может использовать силу камня на создание золота. Поэтому все хотят контролировать «Гринготс», но никто… Слышите? Никто не хочет и не может им владеть!

Глава 85

Гарольд и Риктэм помолчали. Юный маг осмысливал услышанное, а старый гоблин, похоже, раскаивался в излишней горячности. И действительно, когда Риктэм продолжил рассказ, его голос звучал почти бесстрастно.

— Мы отвлеклись на Фламеля, но в центре нашего внимания по–прежнему Дамблдор. Этот маг вкусил запретного плода эльфийской магии.

— Что? Как это случилось?

— Я вижу, ваш интерес не беспредметен? Вы тоже занимаетесь этой темой? Удивительно, но сильные маги неизбежно приходят к загадке древних эльфов. Кто–то раньше, кто–то позже — но все. Вот только мало кто остается в живых. Странно, но гоблины к эльфийской магии совершенно равнодушны. Даже напротив, нам претит лезть в дела этой умершей цивилизации. А ведь мы застали расцвет и закат этих загадочных существ. Они были нашими господами и благодетелями, а потом ушли под землю, оставив нас наверху. Тяжелые были времена. Земля и воздух до того насытились магией, что нам тоже пришлось искать укромные места в пещерах и норах. Товарные отношения прекратились, эльфы ушли, зверье вымирало континентами, на поверхности земли лежал вечный снег, а океаны замерзли. Эльфы истратили для своей магии столько энергии, что началось омертвение самой материи, как основы жизни. Неизвестно, сколько веков прошло в унылой и вялой борьбе за существование и, наконец, начало теплеть. Потекли ручьи, по их берегам курились паром узкие полоски черной земли, пробивалась первая трава. Каково же было удивление моих предков, когда они увидели, что на возрождающейся земле хозяйничают приматы. Сначала это выглядело забавным, но первые же стычки показали, что новые хозяева не уступят. В принципе, мы даже обрадовались. Гоблины размножаются столь редко, что заполнить этот мир мы не могли, а вот играть роль торговцев и банкиров в мире людей было вполне реально. И поэтому дальше жизнь нашей расы была неразрывно связана с вашей. Самым неприятным сюрпризом для гоблинов стало то, что магия людей не пересекалась с гоблинской и древней эльфийской. Вы — другие. Наша магия родственна эльфийской, хотя и не достигает даже подножья их вершин. Тем не менее, все гоблины обладают равными магическими возможностями. У эльфов же было деление на высших и низших. Высшие ушли все и не вернулись. А низшие вышли–таки, из своих подземных миров, а вот вернуться в них не смогли. Подземные чертоги не пустили их обратно. Так и осели они в этом, уже чужом для них мире. И стали вашими рабами. Добровольными рабами. А люди демонстрировали нам страшные и непонятные различия внутри своей расы, которая пошла каким–то болезненно–уродливым путем развития. У вас рождались и особи полностью лишенные магии, и имеющие ее зачатки, и сильные маги, и сильнейшие маги. Цели и средства у них всех различались кардинально. Они жили совершенно разной жизнью. И как результат, после жутких кровопролитий произошла почти полная сегрегация двух ветвей вашей расы. Немагическое человечество получило безраздельную власть на планете, а магическое человечество, раздробленное и разобщенное, ушло в тень и замаскировалось. За последние сотни лет разрыв окончательно закрепился. Мы, естественно были вынуждены уйти в тень вместе с вами, хотя нам это крайне невыгодно. Во внешнем мире до сих пор крутится огромное количество золота и сокровищ, недоступных нам. Но выхода не было. Магические силы у существ, отличных от людей по внешнему виду, вызывает у немагического населения еще более злобную реакцию, чем маги–люди. Поэтому мы с вами. Мы привязаны к вам. Мы без вас не выживем. Теперь, сэр Поттер, вы знаете одну из главных тайн гоблинов.