alexz105 – Гарри Поттер и темный блеск (страница 118)
— Скажу прямо — я потрясен вашим рассказом, сэр Риктэм! Что побудило вас открыть мне это? Я так понимаю, что зависимость от расы волшебников вам удовольствия не доставляет?
— Не доставляет. И говорить на эту тему мне трудно. Но! Вам предстоит принимать решения. Решения, важные для всего магического мира, а значит — и для расы гоблинов. Я хочу, чтобы вы хорошо понимали хрупкость и неустойчивость магического мира и не навредили ему.
— Кто из волшебников еще знал или знает о таком положение дел?
— Думаю, такие у вас есть. Они дошли до всего сами, обобщив опыт тысячелетий, но голос их слаб и никем не услышан. Это кабинетные маги–мыслители. Среди них нет публичных людей и политиков. Может, это и к лучшему. Из политиков и лидеров магического мира только Салазар Слизерин ближе других подошел к пониманию ловушки, в которую загоняется магическое сообщество. Именно тогда он ушел из этого вашего храма всеобщего магического обучения. Он понял, что это тупик. Правда, то, что он предлагал и пытался осуществить — тоже тупик.
— Так где же выход?
— Боюсь, что его нет. По крайней мере, нам он неизвестен.
— Хорошенькое дело…
— Ну и позвольте вернуться к насущным делам, сэр Поттер.
— Да–да. Я слушаю.
— Так вот. Дамблдор вкусил запретного плода эльфийской магии. Примерно год назад в его распоряжении оказался домашний эльф–ретропат. Такие среди них попадаются, к сожалению. Дамблдор начал пробуждать его наследственную память всевозможными средствами и преуспел. С помощью эльфа ему удалось несколько раз проникать в подземный город древних эльфов. Правда, к счастью, сам этого делать он не умеет.
— Так вот почему он так боролся за этого эльфа? Ах, я дурак! Знать бы сразу. Не догадался. Ну, действительно, зачем Дамблдору личный эльф, если на него работает вся колония домовиков Хогвартса? Не догадался я вовремя…
— Мы тоже не сразу поняли, что происходит. Странные отлучки директора были истолкованы нами неверно. Но наши наблюдатели зафиксировали магическую активность у одного из входов в город. Причем магия была не ваша. И вскоре загадка разъяснилась. Сейчас мы с уверенностью можем сказать, что Дамблдор и его эльф, как минимум трижды побывали в подземном городе и вынесли оттуда два опаснейших артефакта высшей эльфийской магии.
— Что это за артефакты, известно?
— Да. Это оружие. Очень мощное и умное. Управлять им может любое мыслящее существо. Оно создано с сердечником из того же эльфинита, что и так называемый Философский камень. В руках эльфа — это многограннейший инструмент, а вот чем он станет в руках мага — страшно себе представить.
— Они, что же за оружием туда ходили? Шарили по городу эльфов в поисках тяжелых вооружений?
— Нет. Артефакты вынесены в последнее посещение.
— А как это установили?
— Мы следим за выходами из города. А наша магия позволяет отслеживать срабатывание эльфийских чар входа, а также появление и перемещение новых эльфийских артефактов в нашем мире. Вот, например, мы знаем, что вы, уважаемый сэр Поттер, перенесли артефакт, который вы называете Арка Смерти, в новое место. И даже знаем в какое именно.
Гарольд поднял руки в умоляющем жесте, показывая, что он нисколько не сомневается в словах Риктэма, и вдруг схватился за голову:
— Что? Арка Смерти — эльфийский артефакт?! Это точно?!
— Сэр Поттер, не надо так громко. Я не накладываю на дверь заглушающих заклинаний. У нас это не принято.
— Что вы знаете об этом артефакте? — взволнованно спросил юный маг.
— Ничего, — невозмутимо ответил гоблин, — только то, что это эльфийский артефакт. Мы даже не знаем, как он действует на гоблинов, и не знаем его былого предназначения у эльфов. Для вас это важно? Вы ведь не зря перевели его в подземелья Хогвартса?
— Да. Я хочу разобраться в его магии.
— Вам это не удастся. Берегитесь. Все эльфийские артефакты очень опасны.
— Вам известны еще?
— Да, но у меня нет права, да и желания, вам об этом рассказывать. В вашей борьбе они вам не помогут. А вот навредить могут сильно. Впрочем, обещаю вернуться к этому вопросу, когда ваши, а следственно, и наши враги будут повержены.
— Слово?
— Слово.
— Спасибо. Адрес Фламеля?
— Вот пергамент. Здесь вся информация. Но будьте осторожны.
Главный гоблин передал Гарольду толстый свиток и с тревогой посмотрел во взволнованное лицо вождя магов.
Процедура прощания была немного утомительной. Гарольд торопливо барабанил фразы благодарности, а Риктэм не менее торопливо скрипел предостережения и опасения. Наконец, расстались. Резвая тележка за каких–то десять минут подняла их в верхний офис, камин взревел Дымолетным порошком: «Хогвартс!»
Гермиона бухнула на стол стопку факультетских журналов и села сама. Студенты Гриффиндора уже вовсю обедали, а она опоздала минут на двадцать. Сидящие напротив первокусники пискнули и дружно посмотрели под стол. Гермиона мрачно принялась за еду. Утренний азарт уже давно испарился, и она чувствовала усталость и опустошенность. Так вот, что такое преподавание. Изматывающий неблагодарный труд. Дважды в неделю она будет пропускать собственные занятия, и преподавать этим тупоголовым созданиям элементарные вещи. Ужасно! А ведь надо еще готовиться к лекциям. На голом энтузиазме не уедешь. Сегодня две пары прокатило. А в следующий раз надо давать серьезный материал. И как уследить за всеми этими юркими малявками? Как защитить их от них самих? Хотя… Что–то она читала такое. О подготовке кабинета ЗОТИ к занятиям. То ли сам кабинет обладает некоторыми свойствами, то ли надо накладывать защитные заклинания. Но ведь лже-Хмури даже Непростительные в этом кабинете применял — и ничего. У кого бы спросить? У Макгонагал? Или у Флитвика? Надо спросить у Люпина! Он точно знает. Есть еще, правда, Снейп, но к нему идти как–то, как–то… нет, короче. Гермиона покрутила головой и, к своей радости, увидела за преподавательским столом Гарольда. Снейп сидел рядом с ним и у обоих были отсутствующие задумчивые лица. К Гарольду обращались, он что–то отвечал, но явно в мыслях был далеко.
«А у Гарольда очень озабоченное лицо», — раздался в голове голос Гарри.
«Гарри, мы же договорились!»
«Погоди, Миона, ты же сама хотела с ним поговорить, заодно можно попросить связаться с Люпином. И вообще, Гарольд ведь Попечитель Хогвартса. Пусть решает вопросы».
«Ладно, если будет удобный момент — подойду».
— Ну, как чувствует себя новоявленный профессор? — голос Джинни прозвучал неожиданно и резко. Гермиона вздрогнула и подняла глаза. Весь стол Гриффиндора смотрел на нее. В основном доброжелательно. Некоторые удивленно. Некоторые, как Рон — равнодушно. Но были и недобрые взгляды. Раз, два, три… пять… восемь. Не так и много. Могло быть хуже.
— Это правда, Гермиона? — спросил Дин Томас, — тебя действительно назначили профессором ЗОТИ? Или ты просто сидела с младшекурсниками, чтобы они не шалили?
— Да нет, она теперь профессор! — закатила глаза Ромильда Вейн. — Она строгий и мудрый преподаватель. Ты аккуратнее, Дин, а то она снимет с тебя баллы!
— Вообще–то я хотела поздравить Гермиону! — Джинни сверкнула глазами на Ромильду и других завистниц. Девушки поспешно отводили глаза. Было в облике юной Уизли что–то бесшабашно–опасное. Всем сейчас она напомнила близнецов перед очередной шалостью.
— Я считаю, что мы, гриффиндорцы, должны помочь товарищу, на плечи которого упала двойная нагрузка. А кто желает ехидничать и издеваться — милости прошу за крайний стол. — Рука Джинни очертила полукруг и красноречиво указала на стол слизеринцев.
Ромильда уткнулась в тарелку и промолчала.
— Молодец, Джинни! Так их! У–у–у, сплетницы и завистницы, не дадим в обиду нашу Гермиону! — пронзительно на весь зал заорал Колин Криви.
Гриффиндорский стол хохотал, а другие факультеты, которые слышали только последний выкрик, с интересом прислушивались. Не составлял исключения и Драко Малфой. Нарцисса заменила его в мэноре, и Драко вчера прибыл обратно в Хогвартс. Он, прищурившись, наблюдал за Джинни, Роном и Гермионой — остальные гриффиндорцы интересовали блондина меньше.
За преподавательским столом Гарольд перебросился парой слов с Макгонагал. Директриса кивнула, поднялась, прошла по залу к столу гриффиндорцев и попросила у зала минуту тишины:
— Хочу представить вам нового преподавателя ЗОТИ младших курсов — мисс Гермиону Грейнджер! — многие в зале уже были в курсе, что Грейнджер вела ЗОТИ у первых курсов, поэтому общего обалдения не было, но несколько сосисок выпало из ртов наиболее невнимательных студентов.
— Мисс Грейнджер приняла сегодня официальное предложение администрации школы, согласованное с министерством магии. Мы благодарны ей за это, как благодарны все студентам, которые помогают Хогвартсу в это нелегкой время.
Вот это было уже серьезнее. Значит, Грейнджер работает официально?
— Нам называть ее профессор Грейнджер? — задали вопрос со слизеринского стола. Спросила Дафна Гринграсс. Ее лицо было непроницаемо.
— Мисс Грейнджер не профессор. Она преподаватель младших курсов. Но вы задали правильный вопрос, мисс Гринграсс. Статус преподавателя накладывает определенные ограничения, поэтому все студенты, как младших, так и старших курсов в процессе учебы и в общественных местах должны обращаться к ней — «мисс Грейнджер». Невыполнение этого правила чревато наказанием. И помните, что она пользуется всеми правами преподавательского корпуса Хогвартса. Спасибо за внимание.