AlexanderMay – За гранью вечности (страница 43)

— Около тридцати лет, — Териан поднялся со стола и стал расхаживать по комнате. — Для этого я и вступил в третий легион. Я уповал на то, что его легионеров часто обсуждают, и мои деяния не останутся незамеченными. Я задал себе вопрос: кто может подтолкнуть верховного жреца Пандемониума к развоплощению неугодного Даэва. Ответом был ты, Слутгельмир. Я долгое время наблюдал за тобой — знаю, что ты ненавидишь предателей. Значит, нужно было совершить предательство. И я совершил, причём довольно ловко, чтобы не раскрыть заранее свои искренние мотивы. Кроме того, я привлёк твоё внимание и водил ищеек за собой. А эти жалкие оборванцы думали, что я от них убегаю, — он тихо прошипел и продолжил. — Выход остаётся один. Уничтожь меня…

— Хм, всё это звучит довольно мило, но ты ведь понимаешь, что для самой скорой расправы тебе потребуется ещё один грешок.

— Да, и ты мне с ним поможешь… — Териан Лекас остановился и устремил взгляд на Судью.

— О чём же ты? — Слутгельмир заинтересованно вскинул бровь.

— Хватит паясничать. Ты уже всё понял, — он презрительно рыкнул и снова пошагал влево-вправо. — Ослабь охрану Подземной тюрьмы, чтобы я мог спокойно вызволить девчонку. У выхода на глазах народа ты меня и схватишь.

— Это можно устроить, — задумчиво мурлыкнул мужчина. — Но учти, что в глазах людей ты запомнишься, как ничтожество и предатель.

— Мне плевать, — сухо отрезал Даэв. — Люди думают, что вечная жизнь — это подарок. Но они даже не представляют, какое это проклятие. Когда человек смертен — у него есть право выбора: жить или умереть. У подобных мне такого права нет. Я обречён на вечные муки. Я потерял смысл существования давным-давно. Война и убийства остобалаурили. Раньше вера в скорый конец противостояния подогревала мне сердце. Но теперь, когда я понимаю, что этот проклятый мир никогда не станет таким, как прежде, мне всё равно… буду ли я жить или умру. Живу я очень давно, поэтому хочу попробовать что-то новое. Настоящая смерть — как раз то, что нужно.

Слутгельмир поднялся с кресла и захлопал в ладоши.

— Браво! Какой красивый монолог! Может, мне ещё пожалеть тебя стоит? Ну же, иди ко мне, поплачься мне в жилетку.

Териан сделал молниеносный выпад и прислонил кончик меча к горлу Судьи, отчего тот мигом заткнулся.

— Не надо меня жалеть! — прорычал Даэв. — Я уже сказал, что мне нужно.

— Ха-ха, — рассмеялся он. — Давай, убей меня, и тогда никто не выполнит твою безумную просьбу.

Зеленоглазый выдохнул и нехотя убрал лезвие от мужчины.

— И всё же, — продолжил Слутгельмир. — Ты жесток. Сколько смертей произошло из-за твоей прихоти: начальник тюрьмы, четверо Теней, элийская девчонка…

— Я не хотел, чтобы ей пришлось умереть из-за меня. Поэтому-то и спрятал её в снегах. А твои люди попались под руку. Хотя, как оказалось, от их гибели тоже есть польза: ты стал ненавидеть меня ещё сильнее.

— Не буду спорить, — Судья снова упал в кресло и сделал важный вид. — Но теперь ты понимаешь, что если пойдёшь освобождать эту дрянную элийку, её казнят… Никто с ней церемониться не станет. А перед казнью, скорее всего, хорошенько с ней позабавятся, — он скривил половину лица в улыбке. — Она ничего так, несмотря на то, что белолицая.

— Моя последняя просьба — отпусти её, — Териан навис над собеседником. — Её душа не заслужила таких терзаний. Я надеялся, что она вернётся к родным, заживёт нормальной жизнью, выйдет замуж… Знаешь, а я ведь и её жениха избавил от проклятия камня воскрешения.

— Ты посмотри… — удивлённо замотал головой Слутгельмир. — Честно, не ожидал, что в тебе останется хоть капля жалости.

— Не жалость, а жажда справедливости, — перебил его Даэв. — Я так же, как и ты, желаю, чтобы всё было по-честному. Я так же, как и ты, ненавижу предателей! Я так же, как и ты, хочу конца войны!

— Это чудесно, мой друг, но я не смогу выполнить твою последнюю просьбу. Спасти врага для меня равносильно предательству. А, как ты только что верно отметил, я это терпеть не могу. Поэтому-то, собственно, с таким рвением и соглашаюсь расправиться с тобой, — Судья вновь улыбнулся, на этот раз с выраженным презрением и ненавистью. — А насчёт конца войны… Ты не прав. Она скоро закончится! И мы победим, будь уверен. Жаль, что ты это уже не увидишь, — он изобразил показную печаль и иронично посмотрел в блестящие глаза бессмертного.

— Ей нет конца, пока две расы не объединятся, — проскрипел зубами Териан Лекас.

— А они объединятся!.. — Слутгельмир бросил в лицо Даэву довольный хитрый взгляд.

— О чём это ты? — тон зеленоглазого стал ещё суровее.

— Элийцы будут уничтожены за считанные месяцы, — мужчина отвернулся от собеседника и уселся за стол, постукивая когтями по его гладкой поверхности.

— Не хочешь ли ты сказать… — Териан снова показал клыки.

— …Поэтому спасать твою девчонку и нет никакого смысла — долгой жизни ни ей, ни её жениху не видать…

Даэв схватил обеими руками кресло и одним движением швырнул его вместе со Слутгельмиром в другой конец комнаты.

— Ты — жалкое отродье! — заорал бессмертный. Его глаза мгновенно сменили цвет на пылающий красный. — Неужто ты забыл, что балауры — истинный враг, а не элийцы?!

Судья опёрся о кровать и медленно поднялся, держась за повреждённую ногу. Он кое-как встал и захрипел в гримасе от боли:

— Это лишь временно… Потом мы… уничтожим и… балауров…

— Жалкий глупец! — прорычал Териан, но закончить он не успел. В комнату ворвалась вооружённая охрана Слутгельмира.

Увидев, что их господин держится за ногу, а напротив него скалится мужчина с шестью мечами на поясе, у стражи сомнений не возникло.

— Убить! Тревога! — прокричал офицер аканов.

Все стражники, находившиеся на этаже, а это восемь Безмолвных, вооружённых алебардами, кинулись на Даэва.

«Вот это мне нужно было в последнюю очередь…» — подумал Териан. Его реакция была молниеносна. Из-за пояса он достал небольшой фарфоровый шарик и, задержав дыхание, бросил его на пол. Шарик разбился, и помещение мгновенно окутала пелена из плотного едкого дыма. Стражники побросали свои орудия и невольно стали кашлять — вдыхание этого дыма было не смертельно, но выводило из строя моментально. Пока Слутгельмир вместе с охраной падали на пол и заливались кашлем, Даэв подобрался к столу Судьи и стал обшаривать ящики в поисках хоть чего-то ценного для себя.

«Записки, сметы, чертежи доспехов — ничего! — злясь, говорил он себе. — Стоп, а ну-ка. Письма с надписями «секретно» и «совершенно секретно». Две стопки. Возьму обе…» — решил Териан, схватил пачки с письмами и сунул их под подкладку дублета.

Время было на исходе. Дым быстро рассеивался. Единственным доступным выходом из покоев Слутгельмира было окно.

«Как кстати, что на окнах третьего этажа нет решёток…» — подумал асмодианин и с разбегу прыгнул в окно, спиной разбив стекло.

Высота была приличная, но Даэв смог сгруппироваться в воздухе, чтобы приземлиться на корточки и перекатиться несколько раз через голову. Открывать крылья не было смысла — далеко всё равно не улетишь, да и скрыться с ними не удастся. Териан на секунду замер в полуприсяди, чтобы оценить ситуацию.

«Слева — шестеро: время — три секунды; справа — восемь: время — две секунды…» — боковое зрение бессмертного моментально оценило количество врагов и скорость их реакции. Конечно, стража во дворе слышала звук разбивающегося стекла: четырнадцать аканов уже бежали на звон, но Териан был быстрее. Вступать в схватку он не собирался — нужно было всего лишь уйти.

Даэв достал из-за пояса вторую дымовую бомбу и бросил её справа в двух метрах от себя, чтобы пустить Безмолвных по ложному следу. Сам он нырнул в кусты и незаметно пробрался к роще, где до ограды заднего двора оставались считанные метры. Рывок — и расстояние преодолевается за секунду; прыжок и толчок руками — ноги Териана уже проносятся над решетчатым металлическим забором; кувырок — снова мгновение для оценки ситуации.

«Стражи нет — безопасно», — говорит чутьё, и асмодианин успешно скрывается от назревающей погони.

Нужно было переждать какое-то время и изучить найденные письма. Териану почему-то казалось, что они очень важны, и то, что сказал ему Слутгельмир, не могло не задеть его. Как можно заключать договоры с балаурами? Неужели глава Храма Правосудия не видит очевидного? Но ещё рано для выводов. Впереди — бессонная ночь…

Едкий туман в покоях Верховного Судьи рассеялся почти сразу, как Даэв выбил окно. Свежий воздух быстро вытянул газ наружу. Пришедшие в себя стражники мигом подбежали к осевшему на пол Слутгельмиру.

— Господин, Вы в порядке?

— Да, кхе-кхе… вполне, — мужчина ещё откашливался.

— Мы вышлем подкрепление за преступником! Созывайте патруль!

— Нет, кхе… Нет, стойте, — Судья схватил акана за руку и остановил. — Пусть уходит.

— Что? Но как же?..

— Вскоре он захочет проникнуть в Подземную тюрьму, кхе… Ослабьте охрану, оставьте один легион из четверых…

— Но господин?..

— Я сказал ослабить охрану! — крикнул мужчина стукнул кулаком по полу. — Позволим ему закончить дело. Соберите стражу у входа в тюрьму. Схватим его на выходе. Исполнять!

Акан послушно кивнул и удалился, осыпая подчинённых новыми приказами.

========== Часть 2. Глава 3. ==========

Комментарий к Часть 2. Глава 3.

Отредактировано.

Крепость Астерия. Арэшурат.