AlexanderMay – За гранью вечности (страница 31)
— Убить начальника.
Эви ужаснулась. Мальчик, всё это время слушавший их разговор, спрятался за девушку.
— Вы посмели убить асмодианина?.. — послышался испуганный голос элийки.
— Он совершил много зла и однажды пытался отравить меня. Смерть — справедливое наказание, — уверенно произнёс Даэв.
— Вот почему за Вами охотятся… — поняла девушка.
— Нет… его тело никогда не найдут. Храм Правосудия посылает своих ищеек, когда ему что-то неясно… — бессмертный неприятно сощурился, когда вспомнил о Безмолвных.
— Вы о своём прошлом?
— О прошлом, настоящем и будущем, — буркнул Даэв и посмотрел на девушку. — Поверь мне, мир не так прост, как кажется.
Эви не совсем поняла, что хочет этим сказать зеленоглазый асмодианин, точнее, совсем не поняла. Но интересоваться больше не стала: последний вопрос и так затянулся.
Териан Лекас первым нарушил тишину, почувствовав, что заметил что-то странное во взгляде элийки:
— Все наши деяния рано или поздно вернутся к нам. Но это не значит, что каждый будет совершать только хорошие поступки. Иногда те люди, кому доверяешь больше всего, могут предать тебя или вовсе оказаться не теми, кем ты считал их раньше, — он пристально посмотрел девушке в большие удивлённые глаза. — Нельзя доверять, кому попало…
Эви замерла, не отводя взгляда от строгого лица асмодианского бессмертного. Слова, сказанные им, растревожили её сердце. Несколько секунд она смотрела на Даэва, читая в его мерцающих глазах скрытую грусть. Наконец, не совсем понимая, к чему зашёл разговор, Кай спросил воина:
— А откуда Вы знаете элийский? — тихо вымолвил мальчик, прячась за девушку.
— Слишком много вопросов… — повернув голову в сторону ребёнка, промычал Даэв.
Странно, что все эмоции асмодианина были: либо каменное лицо, либо таинственная улыбка. Причём чередовал он их за последние десять минут раз двадцать.
Путники уже спустились с холма и почти добрались до поместья Медеуса, границы которого служили ориентиром. Вдруг Даэв замер:
«Элийцами запахло, — понял он и повернул голову вправо. — С юга… Конница…»
— Что стряслось? — спросила Эви.
— Нужно поторапливаться, — отстранённо произнёс асмодианин и ускорил шаг. — Идём!
С другого края поляны скакало четверо всадников: видимо, искали портал. Троица собиралась уйти, но патруль на всём скаку уже двигался к ним навстречу — может и не к ним, но их пути уж точно пересекутся. Конечно, стражники ещё не разглядели среди них асмодианина, но пройдёт секунда, и они заметят мертвецки бледно-серую кожу, когти и предательски запылавшие красным глаза.
— Бежать? — в испуге спросила девушка.
— Не успеем, иди тихо, — шепнул северянин. Кай прижался к Эви крепче.
Элийцы проехали у троицы за спиной, и стук копыт начал удаляться. Всех лошадей, кроме одной. Она затопталась на месте, а всадник громко скомандовал:
— Тпру-у! Сто-ой… — животное покорно остановилась, а чутьё асмодианина, позволявшее со спины видеть даже лицо незнакомца, безнадёжно завыло:
«Заметил…».
— Эй, братцы, а ну сюда! — донеслось сзади. Послышался звук меча, вынимаемого из ножен, и нарастающий стук копыт.
Один из всадников проскакал мимо и перекрыл лошадью дорогу путникам. Остальные трое окружили их.
— Опля! — радостно пропел один из элийцев, когда увидел цвет кожи путника. — Это что тут у нас? Мирная утренняя прогулочка?
Все четверо обнажили оружие.
«Старые мечи, доспехи не в пору, протёртая подкладка… — мгновенно оценил врагов Териан Лекас. — Это не патруль, это разбойники».
— Ого! — продолжил всадник. — Смотрите-ка, братцы! Девчонка и малец идут почти под ручку с серозадым! Это где ж такое видано?
— Вы с ним пожениться собрались? — засмеялся второй.
Териан поднял грозный взгляд на разбойников и показательно сверкнул глазами.
— Чё смотришь? А ну, руки вверх! — первый подобрался ближе и коснулся кончиком меча подбородка Даэва. Остальные, громко хохоча, схватили девушку и ребёнка и приставили оружие к их глоткам.
— Сейчас позабавимся! — оскалился один из бандитов. — Ух ты, прыткая!
«Айон — свидетель, я не хотел…» — произнёс внутри себя Териан. В его голове уже выстроился план действий.
Даэв медленно прикоснулся ладонями к своей груди и незаметно достал из ремешков, перекинутых через плечи, по два ножа.
Щелчок! Или это был взрыв воздуха из-за молниеносного движения асмодианина…
Одной рукой Териан хватает лезвие меча врага и, дёрнув на себя, стаскивает его с лошади. В развороте он, даже не целясь, выбрасывает два ножа — они пронзают запястья разбойников, держащих оружие у шей пленников. Бандиты от боли бросают мечи. В суматохе Даэв хватает Кая с Эви и притягивает их к себе. Четвёртый разбойник реагирует и, пришпорив лошадь, бросается на Териана. Асмодианин уворачивается от рубящего удара всадника и вонзает нож ему в бок — тот, скорчившись, падает с седла. Бессмертный отходит назад и прячет девушку и мальчика за своей широкой спиной.
Трое разбойников вскакивают и в приступе ярости прыгают на серокожего. Но тут же останавливаются и в страхе падают на спины, когда видят появление чёрных, как смола, крыльев.
— Он Даэв! Бежим! — орёт кто-то из троицы и бросается прочь, забыв про лошадь. Остальные двое забираются в сёдла и во всю прыть ускакивают назад в поле.
Даэв избавляется от крыльев и подходит к четвёртому бандиту, который лежит на земле и корчится от боли с ножом в левом боку.
— Про тебя забыли? — спрашивает асмодианин на чистом элийском и за шкирку поднимает его перед собой.
— Будь проклят ты и твоя подстилка! — кричит тот и плюет в сторону девушки.
— Как некультурно… — щурится бессмертный и кидает бандита к ногам Эви. — Что с ним делать? — спрашивает он элийку. — Отпустить или убить?
— Сраный асмодианин! — всё ещё орёт раненый разбойник.
Девушка раскрывает рот и не знает, что сказать. Даэв подходит всё ближе и ближе, заглядывая в большие голубые глаза Эви.
— Отпусти… — тихо произносит она и пятится назад.
— Хм, — удивляется асмодианин и рывком достаёт нож из тела бандита. Тот кричит от боли, но не может шевельнуться. Бессмертный вытирает окровавленное лезвие об одежду элийца и убирает оружие обратно. Затем он перешагивает через тело разбойника и нависает над девушкой, слегка сощурившись.
— Добро превыше всего?.. — тихо спрашивает он.
Она неуверенно кивает и тоже безотрывно смотрит в яркие глаза Даэва, уже потерявшие яростный красный огонёк. У Эви возникает мимолётное чувство дежавю. Когда-то она уже пропадала в глубине чьих-то мерцающих глаз.
Спустя мгновение вечности он моргает и тихо говорит:
— Надо идти…
Дальнейший путь до караванной дороги прошёл без происшествий — никто на глаза не попадался, да и ещё слишком рано. Троица немного прошлась по мощёной тропе и остановилась — острый нюх асмодианина почуял запах шиго.
— Караванщики… — спокойно сказал он, устремив взор куда-то вдаль. — Вот и всё.
Даэв сунул в руку девушке четыре монеты.
— Этого хватит на дорогу.
— Спасибо, — промолвил Кай и обнял асмодианина. Мужчина потрепал мальчика по волосам, тот засмеялся.
Эви тоже обняла серокожего бессмертного. Пусть он был опасен, как лезвие точёного ножа, но с ним всё равно было спокойно.
Когда из-за поворота послышались скрип колёс и стук копыт, асмодианин отошёл и сказал напоследок:
— Берегите себя. И помните, что люди бывают жестокими.
— Да, я… испытала сегодня, — с печальной улыбкой промолвила элийка.
К путникам подъехало несколько телег шиго, доверху нагруженных всяким барахлом.
Кай замахал им руками, и повозки остановились. Асмодианин тут же скрылся в кустах и стал наблюдать оттуда.
— Доброе утро… — сказала девушка мохнатому извозчику. Он устроился на одном из ящиков и крохотными ручонками держал узду.