AlexanderMay – За гранью вечности (страница 30)

— Нам что, туда?..

— Угу, — кивнул Даэв и рывком влетел в портал.

В воздухе холодного Белуслана ещё несколько секунд гулял громкий крик двух элийцев, чудесным образом оказавшихся здесь, вдали от дома.

Перемещение прошло мгновенно. В лицо сразу же ударил непривычный тёплый ветерок. Териан приземлился, поставил пленников на ноги, отошёл и отцепил более ненужные крылья: асмодианину летать в Интердике — самоубийство. Перья упали на землю, подняв столб пыли, и привычно загорелись. У элийцев закружилась голова. Они схватились за виски: череп словно разрывало изнутри — последствие телепортации. Что ж, первый раз со всеми так. Даэв ловко отцепил от брони мех и привязал его к поясу, и так переполненному всякой мелочью. Затем он подошёл к ещё изнывающим от боли в голове пленникам и снял с них тёплые шубы: не хватало, чтоб тепловой удар получили, — и выбросил одежду в кусты.

Теперь пришло время осмотреться. В Элиосе как раз наступал рассвет — день и ночь на севере и юге Атреи сменяются по-разному. Портал открылся в небольшой рощице на вершине холма. Справа вдали виднелись объятые серой пеленой смога земли — холм Седого Тумана. Впереди, однозначно, были Тёмные болота.

«Так, сзади — плантации Тартарона, — начал обдумывать план Териан Лекас. — Быстрее дойти до лагеря шиго, а оттуда на птице-перевозчике отправить бедолаг в Юфросин. А можно сразу идти к городу. Но по дороге будет много элийских постов… А, значит, много трупов… Уверен, лучше в лагерь», — решил про себя он.

Даэв помнил Элиос прекрасно. Слишком много раз он здесь бывал. Поэтому разобраться, куда идти, было для него проще простого.

Он подошёл к девушке и юнцу — боль уже начала проходить. Эви смогла открыть глаза и увидеть в них чёткую картинку — пробивающееся сквозь холмы солнце, поля, тепло…

— Элиос! — радостно вскрикнула она и подняла руки к небу, чтобы закружиться от счастья. — Я дома! Вы не обманули… — она посмотрела счастливыми глазами на асмодианского Даэва — но его взгляд был всё таким же холодным, как и земля, на которой он живёт. От этого у девушки радостный задор вмиг исчез — она вспомнила, что перед ней всё ещё враг.

Маленький Кай впервые увидел Элиос. Он оглядывал окрестности, раскрыв рот в довольной улыбке. Чем-то пейзаж напоминал Балаурию, но природа здесь была не такой причудливой, как ему показалось.

— Нам нужно идти, — равнодушно произнёс асмодианин и первым пошагал в сторону от холма Седого Тумана. — Обойдём плантации Тартарона и повернём на север, чтобы поместье Медеуса осталось по правую руку. Дальше через топи выйдем на дорогу, по которой в Юфросин ходят караваны. Пристрою вас к одному из них… — говорил Даэв.

— Как это? Вы обещали довести нас до Юфросина, — напомнила элийка. — А он — южнее.

— В том-то и дело, — устало объяснял бессмертный. — Если б портал открылся к югу от города, я бы за ручку довёл вас до его окрестностей. Но мы оказались намного северней. По дороге караванов не пройти — слишком много элийских постов. Свои же прирежут.

— Почему? Мы же элийцы! — настаивала Эви.

— И что? Вас ведёт асмодианин — враг. Они не станут разбираться, кто вы и откуда. Проще убить всех на месте.

— Не может быть! Элийцы — не звери! — воскликнула девушка. — Это в ваших историях мы — ненавистные враги, но на самом деле это не так!

— Хм, — ухмыльнулся Даэв. Первая эмоция на каменном лице за сегодняшний день. — А в ваших книжках асмодиане — друзья?

Элийка замолчала — действительно, во всех южных учебниках жители севера описываются, как дикари и варвары.

— То-то же, — продолжил серокожий. — Я говорю вовсе не фразами из книжек. Поверь, я почувствовал на себе всю жестокость ваших «доблестных святых защитников», — последние слова звучали с выраженным сарказмом.

— О какой жестокости Вы говорите? Это Вы — убийца, — кричала девушка. — Сколько на Вашем счету смертей? Сотни, тысячи? А сколько среди убитых было тех, у кого были семьи: жёны, дети… невесты?

Асмодианин лишь отрывисто глянул на неё.

— Они сами избрали свою участь… — грозно вымолвил он.

— Что это значит? — непонимающе спросила элийка.

— У каждого есть выбор: сражаться или нет, нападать или обойти стороной. Те, кого я убил, приняли неверное решение, — тон Даэва и его хладнокровное лицо заставили девушку содрогнуться.

— Но Дариус… — хотела что-то сказать она, но мужчина её перебил.

— Я слишком хорошо знаю, что значит гибель. Даэвы её не боятся, оттого и мне нечего с ними церемониться. Но если жизнь всего одна… — асмодианин сделал паузу. — Я не нападаю первым на смертных…

Всё вмиг переменилось. Эви продолжила свой шаг, но мысли унесли её в прошлое. Получается, тогда, в Ингисоне, её любимый сам напал на бессмертного… Как же глупо… Зачем он это сделал? Хотя, наверное, понятно: в битве врагов не выбирают — или ты убиваешь, или тебя… Девушка на мгновение представила, какие мысли были в голове у её Дариуса, когда он стоял на коленях перед храмом, а сзади к его горлу приставил нож враг. Боль, печаль, отчаяние, но… храбрость. От этого ей снова захотелось горько заплакать, но она сдержала подступавшие слёзы.

После паузы элийка тихо спросила:

— И за это Вы убили его?..

Териан сразу понял, о ком говорит девушка.

— С ним всё вышло не так, — задумавшись, ответил асмодианин.

— И что это значит?..

— Если бы я убил его, он ожил, поэтому не было смысла…

— Он человек, а не Даэв! — перебила его Эви и остановила, схватив за руку.

— У него в руке был камень воскрешения. Один бессмертный успел передать его ему.

— То есть Вы хотите сказать…

— Я не убивал твоего жениха.

Эти слова прозвучали, как гром среди ясного неба.

«Не может быть! Он жив!» — воскликнула Эви вслух или про себя — она не помнит. Её ноги пошатнулись, но асмодианин успел подхватить девушку. Она громко заплакала от радости и крепко обняла вражеского Даэва. На несколько мгновений Териан опешил от подобной реакции, не зная, как себя повести. Но сопротивляться он не стал, позволив элийке выплакаться.

— Спасибо! Спасибо! — Эви была вне себя от счастья. Она так долго оплакивала Дариуса, а он оказался жив! — О, Айон, спасибо!

Можно сказать, жизнь снова обрела смысл. Теперь элийка ещё сильнее захотела скорее вернуться к родным.

— Почему Вы не сказали мне раньше? — она посмотрела в лицо бессмертному полными счастливых слёз глазами.

Териан Лекас даже улыбнулся.

— Хотел, чтобы враг так и остался врагом, — тихо, но на этот раз какого печально сказал он.

Эви снова поразил ответ асмодианина. А ведь и вправду, теперь ей не на что обижаться на серокожего Даэва. Он кормил её в камере, вызволил из темницы, перевёз в безопасное место, а теперь сопровождает домой! Какой же он враг? А злодеяния, которые он совершал до этого… да может, их и не было вовсе…

Она тихонько спросила:

— Как Вас зовут?..

— Это неважно… — вздохнул он.

— Но почему? В ответ я скажу своё. Разве Вам не интересно имя спасённой Вами пленницы? — она округлила глаза, но в них более не было неприязни и гнева… лишь непонимание таких очевидных Даэву вещей.

— А к чему оно мне? — улыбнулся он. — Оно ничего не изменит. Тем более, безымянное воспоминание проще забыть…

— Так я для Вас лишь воспоминание?.. — немного обиженно промолвила Эви.

— Я для тебя, — серьёзно сказал асмодианин. — Ты вернёшься домой, выйдешь замуж и будешь жить долго и счастливо. К чему тебе помнить обо мне?

— Вы спасли меня… Этого не забыть…

— Ты ошибаешься, — вновь рассмеялся он. — Со временем забывается всё. И лучше бы ты забыла всё случившееся как можно скорее…

Элийка обдумывала слова Даэва. Но один вопрос не давал ей покоя: зачем вообще было спасать её и мальчугана? Ведь столько проблем навалилось из-за них: путешествие в Элиос, разборка с Безмолвными (а девушка была уверена, что на асмодианина напали из-за неё и Кая — воины поджидали Даэва у самого дома, значит, следили за ним).

— Можно последний вопрос? — робко проговорила девушка.

— Угу, — кивнул бессмертный.

— Вы так и не ответили, почему вытащили нас из камеры… Что нас ждало там?

Глаза Даэва потускнели.

— В Ингисоне мы не убивали мирных жителей — давали возможность уйти всем. Но тебя и мальчика взяли в плен, — он перевёл взгляд на собеседницу. — Ты знаешь, почему…

Она понимающе кивнула. Асмодианин продолжил:

— …Вас поместили в подземную тюрьму в сердце Келькмароса по моему приказу. Отпускать вас никто не собирался. Вместо этого начальник тюрьмы приготовил для вас обоих участь… трофея, — он постарался подобрать более мягкое слово.

— Нас бы пытали, а потом убили?.. — с горечью и обидой догадалась девушка.

— Нет, вы бы умерли от ран сами, — голос асмодианина стал вновь холодным, как смерть. — Я посчитал это несправедливым и недостойным для аканов. Защищать вас в споре с начальником тюрьмы было подозрительным, и я поступил проще.

— Освободить?