Alex Si – Наследница кода Волкодава Книга 1 (страница 5)
«Три».
Мира побежала.
Земля под ногами — каменистая, скользкая. Она споткнулась, упала, вскочила. Турель развернулась, наводя стволы.
— Отключись! — закричала Мира.
Ничего.
Она была в 20 метрах. 15. 12.
— ОТКЛЮЧИСЬ, ЖЕЛЕЗКА!
«Команда принята. Усиливаю сигнал».
Мир перевернулся.
Боль — не такая, как при первом надевании, а другая, режущая, изнутри. Кровь хлынула из носа, заливая губы, подбородок. Перед глазами поплыло. Она упала на колени, но не закрыла глаза — видела, как турель дёрнулась, зажужжала, и красные огоньки погасли.
Тишина.
Мира сидела на земле, сотрясаемая мелкой дрожью. Кровь капала на плащ. В голове гудело, как в улье.
— Вы сделали это, — сказал Железяка. В его голосе впервые послышалось что-то похожее на удивление. — Вероятность успеха оценивалась в 34%.
— Заткнись, — прошептала Мира. — Просто заткнись.
Она вытерла лицо рукавом. Кровь не останавливалась — тонкая струйка текла из левой ноздри. Но турель молчала.
Мира поднялась, шатаясь, подошла к ней. Положила руку на холодный металл.
«M2 Browning. Состояние: активно. Боезапас: 450 патронов. Причина отключения: перегрузка блока управления. Система перезагрузится через 15 минут».
— У нас есть 15 минут?
«Да. Рекомендую использовать их для быстрого перехода. И в следующий раз не рискуйте так. Моя задача — сохранить пилота. Не героя».
Мира усмехнулась. Кровь всё текла, и она зажала ноздрю грязным пальцем.
— Железяка, я Волкодава. Мы не умеем по-другому.
Она пошла дальше, оставляя позади мёртвую турель. Внутри — странное чувство. Не триумф, нет. Скорее, уверенность. Она смогла. Она сделала то, что не умел никто в её клане.
Может, отец был прав. Может, ключ действительно существует.
И я его нашла.
Конец третьей главы.
Глава 4. Первая охота
Кровь остановилась только через час.
За это время мир вокруг успел несколько раз поменять оттенок: от слепяще-белого, когда в голове звенело и каждая тень казалась врагом, до гулкого, тяжёлого серого, в котором звуки становились вязкими, как тёплая смола.
Мира сидела на корточках у пересохшего ручья, который когда-то, наверное, был настоящей рекой. Теперь от него осталась лишь полоса растрескавшейся глины, кое-где пробитая обнажёнными камнями, и узкая нитка ледяной воды, бегущая по самому дну. Она черпала эту воду ладонями, полоскала лицо, шею, затылок, пока кожа не онемела от холода.
Она смотрела на своё отражение. Сквозь визор шлема оно выглядело странно — не лицо, а карта тепловых точек, пульсирующих сосудов, мельчайших мышц. Лоб светился неровным оранжевым пятном, переносье пульсировало красным, губы казались почти чёрными — холодными, как металл. В обычном зеркале она видела бы просто уставшую девушку с запекшейся кровью под носом. Сейчас перед ней висела тепловая схема организма, чужого и немного страшного.
— Я всегда так выгляжу? — спросила она, не отводя взгляда от призрачного пульсирующего контура.
«Вы выглядите как человек. Шлем просто показывает физиологию. У вас лёгкое обезвоживание и повышенное давление. Рекомендую пить».
Мира поморщилась. Внутри всё ещё дрожало — не от холода, от усталости и недавней крови. Она нащупала на поясе флягу, отвинтила крышку. Металл звякнул о её перчатку, звук показался слишком громким в тихой выжженной низине.
Она сделала осторожный глоток. Вода оказалась ледяной, сырой, с лёгким привкусом металла, но горло отреагировало так, будто ей влили кипяток. Обожгло пересохшие стенки, заставило их болезненно сжаться. Она закашлялась, зажмурилась, но всё равно пила ещё, пока Железяка не напомнил сухим тоном: «Рекомендуется распределить запас воды на не менее чем шесть часов пути».
— Да знаю я, — пробормотала она, вытирая рот тыльной стороной перчатки. — Не ной.
Она подняла голову. Над ручьём тянулось выгоревшее небо, почти белое, без единого облака. По краям русла торчали сухие кусты, тонкие, как провода. Камни уныло темнели, словно кто-то обжёг их пламенем. Здесь было тихо. Слишком тихо для мира, в котором бродят маги с жезлами и патрули «Молний».
— Железяка, сколько до кочевников? — спросила она, не поднимаясь, только чуть повернув голову.
«Девять километров. Но я должен скорректировать маршрут. Прямо по курсу — патруль “Молний”. Четыре человека. Они движутся с юга на север, вероятно, проверяют окрестности после сигнала из бункера».
Мира замерла. Девять километров ещё звучали терпимо, почти как обычный переход. Но «патруль», «Молнии» и «после сигнала из бункера» заставили мышцы в спине напрячься сами собой. Она почувствовала, как под броней по позвоночнику скатилась тонкая струйка холодного пота.
Четыре мага. С жезлами. Обученные. Не случайная шайка, не одинокий наёмник на мосту, которого можно скинуть в реку и потом долго убеждать себя, что он «наверняка выплыл». Это те, кто привык охотиться, а не убегать.
— Могу обойти? — спросила она и только сейчас поняла, как сильно сжала флягу. Металл чуть не прогнулся.
«Можете. Но для этого нужно понять, где они находятся. Активирую режим “Эхо”. Вы увидите их тепловые следы на расстоянии до 300 метров. Смотрите вперёд и немного влево».
Перед глазами Миры мир перевернулся.
Сначала её просто ослепило. Визор мигнул, привычная картинка — серые камни, пыль, выцветшее небо — на секунду растворилась в молочно-серой дымке. Потом поверх всего начали проступать новые слои, как если бы кто-то аккуратно наложил ещё одну реальность поверх старой.
Земля осталась землёй, но в трещинах глины проступили тонкие ярко-оранжевые жилки — корни растений, пробившихся к влаге глубоко под поверхностью. Камни стали казаться полупрозрачными, сквозь них проступали более тёмные пятна — остатки дневного тепла. Вдалеке, у подножия холма, почти там, где линия горизонта сливалась с мутным воздухом, вспыхнули четыре ярко-красных силуэта.
Люди. Четыре человеческих тела, выделяющих тепло. Они двигались медленно, держась плотной группой, и от них тянулись бледные шлейфы — расплывающиеся следы там, где они прошли минуту-две назад. На фоне остального мира, выцветшего до серо-синего, эти пятна казались живым огнём.
— Я их вижу, — выдохнула Мира. В горле стало сухо, будто она опять забыла попить. — Они светятся.
«Инфракрасное излучение. Тело человека выделяет тепло. Обычный глаз этого не замечает. Ваш шлем — замечает».
Она невольно подняла руку, будто хотела дотронуться до одного из пятен через визор, и удивилась, как легко теперь отличает людей от камней, от кустов, от любого мусора. Обычный мир снова стал фоном. Главное — эти четыре огненных силуэта.
— А они меня видят? — спросила она, приседая чуть ниже, чтобы над валуном торчал только верх шлема.
«Нет. Вы слишком далеко и находитесь за валуном. Но если подойдёте ближе чем на 50 метров — услышат или увидят движение. Их “магия” не включает тепловое зрение. Они слепы в этом спектре».
Мира улыбнулась, сама того не ожидая. Улыбка вышла хищной и немного растерянной. Впервые у неё было преимущество, которое нельзя отнять жезлом или проклятьем. Они шли почти вслепую, а она видела их через холмы, камни и туман.
— Слепые маги, — прошептала она. — Звучит честно.
Она медленно поднялась, чувствуя, как ноют мышцы в ногах, и двинулась вдоль русла, выбирая путь так, чтобы патруль всё время оставался левее и чуть дальше, чем хотелось инстинктивно. Шлем мягко подрисовывал линии рельефа, помечал укрытия и потенциально опасные открытые участки, но она всё равно каждый раз проверяла глазами, по-старому, как привыкла до шлема.
Она обогнула патруль по широкой дуге, держась на расстоянии 200 метров. Иногда приходилось практически ползти по склону, цепляясь за сухие корни и острые камни. Пыль набивалась под нагрудник, скользила по коже, заставляя её вздрагивать. Несколько раз она задевала коленями мелкую гальку, и та с тихим шорохом сползала вниз. Каждый такой звук казался выстрелом.
Красные силуэты медленно таяли за холмами, то закрываясь, то снова вспыхивая, когда один из магов поднимался чуть выше остальных или оборачивался. Один раз один из них остановился и посмотрел в её сторону.
Мира моментально замерла, прижалась к земле так, что острый камень впился в грудь, едва не выбив остатки воздуха. Она перестала дышать, поэтому в висках застрекотало, а сердце, наоборот, будто решило назло забиться ещё громче. Казалось, его слышно за километр, и вот-вот один из магов поднимет жезл, ткнёт им в её сторону и крикнет что-то вроде «там!».
Визор тем временем послушно показывал: четыре тепловых пятна, одно чуть повернуто в её сторону. Никакого внезапного всплеска активности, никакого ускорения. Просто человек, который на секунду задержал взгляд на пустом, как ему кажется, склоне.
Но маг повернулся и пошёл дальше. Силуэты снова потянулись цепочкой, медленно смещаясь к северу, оставляя за собой расплывающийся красноватый след.
Мира осторожно выдохнула, чувствуя, как глухая боль в груди освобождает её лёгкие. Пальцы немного дрожали, но ноги уже слушались лучше.
«Хорошо. Вы действуете инстинктивно, но правильно. Средняя оценка — 7 из 10».
— А что нужно, чтобы было 10? — спросила она, скривившись. — Красивый реверанс при падении?
«Не падать, не дышать так громко и не материться мысленно. Ваши ругательства передаются через интерфейс».
Мира фыркнула так тихо, как только могла. В голове автоматически всплыло ещё парочка крепких выражений, но она тут же прикусила язык — на этот раз почти буквально, чтобы Железяка ничего не получил.