Алеся Ли – Тайна проклятого озера (страница 26)

– Сегодня начнем с тебя, – как ни в чем не бывало продолжил распоряжаться Юлиан Барлоу. – Книги читала?

Аттина неуверенно кивнула, терпеливо дожидаясь дальнейших инструкций.

– Значит, переходим от теории к практике. Вот тебе Райден, вода – в фонтане, лечи давай.

– Но я…

– Одно дело призвать воду в состоянии аффекта, другое – повторить все осознанно. У нас на сегодня большая программа, очередь не задерживай, – поторопил Юлиан.

Аттина осторожно приблизилась к Райдену. Дэвис сидел на бортике в одних джинсах, опустив голову. Короткая светлая челка падала ему на лицо.

Их затянувшаяся любовная драма начинала утомлять. Аттина по умолчанию считала всех парней вокруг собственностью старшей сестры, и, кажется, ей настолько надоело быть вторым номером, что она решила обнадежить Райдена, в которого была так нелепо влюблена Марина. Кто бы мог подумать, что младшая Вейсмонт способна на такую расчетливую месть? И Райден не лучше. Влюблен как школьник. Как можно всерьез интересоваться Аттиной Вейсмонт? Илаю это было решительно непонятно.

– Чего стоим? Кого ждем? – поинтересовался Юлиан.

Глубоко вдохнув, Аттина поднялась на цыпочки и заключила Райдена в объятия.

Амир смотрел, не отрываясь. Вода в фонтане ощутимо нагрелась. Юлиан Барлоу сделал несколько шагов назад и наступил ему на ногу.

Едва успевшую покрыться редкими пузырьками поверхность мгновенно сковало льдом. Райден предпочитал понижать градус.

Вейсмонт все также висела у него на шее.

Ничего не происходило.

Она наклонилась еще ближе и прошептала что-то ему на ухо. В ответ Райден обхватил руками ее хрупкие плечи. Лед за его спиной раскололи глубокие трещины, вода ринулась ввысь, обнимая их фигуры, и обрушилась волной на камни и древний потрескавшийся паркет.

Все присутствующие едва успели отпрянуть.

Райден приподнял голову. Следов на лице как не бывало.

– Ну-у, кхм… – Похоже, Юлиан попытался замаскировать смех кашлем. – Результата ты, конечно, добилась, но с таким расходом магии это все равно что использовать паровой молот, чтобы расколоть орех. Или стрелять из пушки по воробьям. Как тебе больше нравится.

– Я надеялась, это поможет не только внешне, – смущенно призналась Аттина. – Нашла кое-что интересное в одной из книг.

– И как воспоминания? – сообразив, о чем речь, поинтересовался Юлиан. – Вернулись?

Если судить по его тону, успеха Барлоу и не ждал.

– Как ни странно, но да, лучше! – задумчиво признался Райден. – Я помню, что было в тот день, когда Аттина оказалась в Про́клятом озере. Хоть и не хочется это признавать. Да и другие провалы стали короче.

– И что же случилось?

– Ревность случилась. – Райден повернул голову в сторону, словно пряча лицо. – Амир спас ее, а я так ничего и не сделал. Просто не успел. Сначала – добежать, потом – сообразить, что делать, и стало поздно. Они лежали там, обнявшись… – его голос едва уловимо дрогнул, – так что я дождался, пока вы появитесь, и просто ушел.

Аттина осторожно гладила Райдена по голому плечу, словно не замечая, что пылающий взгляд Амира Гатри-Эванса вот-вот прожжет в ней дыру.

Илаю решительно не нравилось все происходящее. И дело было вовсе не в мужской солидарности.

Если Райден помнит эту ночь на озере, он может вспомнить и ту, другую, когда погибла Марина. Дэвис может разболтать всем, что он, Илай, сделал.

Для Райдена будет лучше… гораздо лучше, если он так ничего и не вспомнит. Если он не хочет замолчать навсегда.

Расторгнуть Договор с Богами – правильное решение. Магия покинет их всех. Возможно, после этого он, Илай, наконец сможет вздохнуть спокойно. И та темная чудовищная сила, что словно разрывает его на части, подчиняет себе его волю после смерти Марины, оставит его навсегда.

Глава 15

Выбор и искушения

Никогда не считала себя глупой. Но на этот раз смысл слов, произнесенных на родном английском языке, очень долго не мог достигнуть моего сознания.

Я в одиночестве бродила по саду, стремясь привести мысли в порядок.

Так что же это получается? Альвы, духи природы, которым тысячу лет назад поклонялись живущие здесь язычники, и вправду существуют? Мало того что они реальны, так они еще и приходят в наш мир раз в двести лет.

Я видела их, говорила… и не только говорила… с одним из них.

Тот юноша… И девушка.

Идрис…

Я боялась их. Я боялась его. Да только глупец не опасался бы древнего существа, способного управлять тобой, как какой-то куклой.

Невероятная ирония.

И заключалась она в том, что за всю мою жизнь ни один мужчина не изъявлял желания позаботиться обо мне. Ни отец, проигравший в карты мое приданое, ни состоятельные женихи, которых останавливали такие мелочи, как отсутствие у меня средств или общественное мнение.

И вот некто по имени Идрис, чье существование в этом мире едва могло вместить мое напуганное воображение, без раздумий обменял вечность на смертную жизнь просто потому, что почувствовал мою боль? Как такое вообще возможно?! Да ни один из знакомых мне мужчин не пошевелил бы и пальцем, даже закати я тут публичную истерику.

Приподняв подол, я осторожно шла по посыпанной песком дорожке. В голове теснились вопросы, и я искренне жалела, что нельзя просто вытряхнуть их оттуда, как мотки цветных ниток из корзинки для шитья.

– …и он остался здесь из-за такой ерунды?

Я сразу узнала этот голос. Еще вчера он звучал для меня райской мелодией, а уже сегодня причинял лишь боль.

Как я могла позволить себе так влюбиться?

– Невероятно, – согласился с ним другой голос. – Все легендарные альвы такие недалекие или этот исключение из правил?

– Повежливее о Богах, пока они не обрушили нам на головы библейский потоп, – резко напомнил голос мужчины, который разговаривал с Идрисом на берегу.

Я остановилась, понимая, что лишь изгородь отделяет меня от собеседников. Скрип песка мог привлечь ненужное внимание.

– Возомнил себя главным, Барлоу? Ты старший в Круге, только и всего, – огрызнулся наследник замка.

– И вашей семье это уже столько лет не дает покоя, – насмешливо согласился он.

– Ссора нам ни к чему, – вклинился третий голос, опережая вспышку гнева. – Круг замкнут, Боги решили именно так.

– Я вот понять не могу, – неохотно сменил тему Томас Элиот. – Ладно бы еще был кто-то из Круга! Но эта… она же просто… просто подстилка! Не возьми мы ее к себе, точно стала бы содержанкой. – В некогда любимом голосе было столько брезгливости, что я невольно замерла, прижимая ладонь к горлу. Внезапно мне стало нечем дышать. В глазах потемнело, и я без сил оперлась на какой-то пузатый вазон, притаившийся в тени изгороди.

– В жизни не опущусь до того, чтобы быть с женщиной, которая уже успела пойти по рукам, – охотно поддержал наследника замка третий голос.

– Не верите в любовь, джентльмены? – с тонкой насмешкой поинтересовался тот, кого называли Барлоу.

– Ну не к содержанке же?

– Думаешь, Богине любви есть до этого хоть какое-то дело? Будь то девица легкого поведения, дочь злейшего врага или дальняя родственница, мимо которой ты прежде ходил каждый день, – Фрейе все равно. Это чувство поражает всех одинаково.

– Будь я проклят, Барлоу, да ты влюблен! Ну и кто же она?

– Вейсмонт, – неохотно ответил тот, – тебе померещилось.

Они втроем обогнули изгородь и направились к замку.

Я уже немного пришла в себя, но не торопилась проследовать за ними.

У башни тот, кого называли Барлоу, повернулся и посмотрел в сторону озера. Свет фонарей очертил профиль, и я внезапно поняла, где именно его видела.

На полукруглом мосту, сложенном из желто-коричневого камня.

В день их тайной встречи с принцессой.

Ей снова что-то снилось. Обрывки видений кружились на краю сознания. Аттине казалось, что она как никогда близка к тому, чтобы вспомнить что-то важное, но нет… нет, хоровод неясных образов и чувств снова и снова ускользал от нее, сколько бы она ни пыталась их поймать.

Аттина со стоном перевернулась на другой бок. Каждая мышца в ее теле болела так, словно вчера она бежала марафон, а не пыталась пройти десять шагов по поверхности воды.

Юлиан Барлоу за любое дело брался со всей ответственностью. Он объяснял, что учит их вещам, которые позволяют сблизиться с породившей их стихией, чтобы в День Сопряжения Миров потомки пяти Старших семей хотя бы выглядели как кто-то, кто способен защитить Радужный мост. Откажутся они от Договора или нет, лишним не будет. Мало ли что может пойти не так.

Она смогла помочь Райдену. Пусть и немного, но смогла. Эта мысль наполняла ее робкой гордостью. Возможно, она найдет способ исцелить и Ванессу. Она приложит все усилия. Возможно, это хоть как-то компенсирует в глазах Амира ее легкомысленное поведение.