Алеся Ли – Тайна проклятого озера (страница 25)
– Так ты думаешь, Юлиан Барлоу был влюблен в Марину Вейсмонт?! – напористо произнесла Гвен, гремя посудой. – Да быть того не может!
Аттина с улыбкой наблюдала за подругой. Гвен сноровисто жарила блинчики – и на столе между ними стремительно рос аппетитно пахнущий Эверест.
Они с Гвен частенько помогали отцу готовить. У Аттины получалось плохо, а вот подруга, сбежав из особняка, полного прислуги, любила сама постоять у плиты.
– Дай угадаю: ты сейчас скажешь, что он вообще неспособен на подобное чувство, – предположила Аттина.
– Да нет, просто Юлиан непохож на того, кто может всерьез залипнуть на такую, как Марина. Илай – да, а вот Барлоу…
– Но он пытался спасти ее, – напомнила Аттина, внимательно разглядывая свою лучшую подругу.
– Тут должно быть что-то еще. Я уверена! Может, твоя сестра и умела исцелять, но доброй ее назвать при этом было крайне сложно.
– Но и злой Марина не была, – мягко возразила Аттина. – Гвен, взгляни на меня.
– Чего тебе? – Подруга неохотно оторвалась от сковороды. Взгляд ее гулял по кухне, ей явно не хотелось встречаться глазами с Аттиной.
– Да ты влюбилась… – пораженно вздохнула младшая Вейсмонт. – И когда только… Он же воплощает в себе все то, что так злит Гвен Коллингвуд!
– Да не знаю я! – Гвен воинственно взмахнула половником, словно желала треснуть по лбу Юлиана Барлоу. Капли теста сорвались в полет. Смущенно хмыкнув, Гвен вернула их обратно. – Блинчики на воде не только выходят очень тонкими, но тесто и отлично левитирует, – хмуро пошутила она и чуть тише прибавила: – Я не знаю. Я все думаю о нем и думаю, когда засыпаю, когда просыпаюсь. Когда злюсь на него… Никогда прежде ничего подобного со мной не происходило. Это так странно.
– А он… – Аттина с беспокойством смотрела на лучшую подругу.
– Куда там. Я же Коллингвуд. «Принцесса Коллингвуд». А он Барлоу. Юлиан прав, мне стоит держаться от него подальше. Но почему мы все обо мне да обо мне! Что за сцену я вчера застала?
Аттина помедлила с ответом.
– Можно сказать, я рассталась с Райденом, так и не начав с ним встречаться.
– Ему следовало держать себя в руках, – неприязненно сообщила Гвен, и Аттина невольно порадовалась, что лучшая подруга не застала всю сцену целиком. Вероятно, она бы попыталась придушить Дэвиса на месте, вместо того чтобы всю дорогу до дома читать ему нотации.
– Он злится из-за провалов в памяти, да и я дала ему повод думать, что… – Аттина смущенно замолчала, но потом все-таки продолжила: – Я не хотела, чтобы так вышло. Иногда ты просто… облажался. И логичного объяснения поступку нет и не будет.
– Это не оправдывает поведения этих двоих! Тут такое происходит, а они… Как дети!
– Но Амир вовсе не…
– Мужчина должен быть сдержанным! И сильным…
– Мужчина должен быть Юлианом Барлоу, – с улыбкой подытожила Аттина, понимая, что доброе имя Амира ей сейчас не отстоять.
Гвен смущенно хмыкнула, но спорить не стала. Они обе понимали, что она так отчаянно ругается с Юлианом не от злости, а в бессмысленной попытке привлечь его внимание.
– Мама будет недовольна, – заметила Гвен. – Дома имя Барлоу под запретом, словно это нам, а не им есть чего стыдиться.
Аттина вначале не хотела признаваться, но потом подумала, что так будет лучше для всех.
– Юлиан Барлоу, сидя на этой самой кухне, обвинил Коллингвудов в убийстве своей семьи. – Аттина настороженно наблюдала за Гвен, ожидая ее реакции. – И самое жуткое, мой отец даже не удивился, когда услышал об этом. И уж тем более не стал возражать.
– Ну что ж… – Гвен Коллингвуд швырнула половник в миску с тестом. – Это как минимум означает то, что я успею состариться, прежде чем он пригласит меня на свидание. А как максимум – что кому-то придется выяснить, в чем дело, и заплатить по счетам.
Аттина сокрушенно вздохнула. На каждый появлявшийся ответ находилось с десяток новых вопросов. Такими темпами они ни за что не успеют распутать клубок тайн и лжи до Дня Сопряжения Миров. И кто знает, что их тогда ждет.
– Что вы собрались сделать?! Вы, альвовы эгоисты!
Джил Гатри-Эванс вскочила на ноги, не в силах сдержать обуревающие ее чувства.
Она лежала в шезлонге у крытого бассейна, когда он вошел, негромко хлопнув дверью.
– Мне никогда не стать частью Круга просто потому, что я родилась позже брата! Который и брат-то мне только наполовину. А теперь вы решили расторгнуть Договор с Богами и лишить всех нас магии только потому, что не хотите брать возложенную на вас ответственность?! Это трусливо и подло! У вас, первенцев, есть все, кроме мозгов! – Голос Джил звенел от переполняющего ее презрения.
– Ты подходишь на роль стража куда лучше. А что, если альвы лишат сил не всех? Лишь назначат новый Круг? Я могу это устроить. – Ее собеседник казался невозмутимым.
– Ты… ты кто такой?! – Джил отступила, похоже догадавшись, что он не тот, за кого себя выдает.
– Мне нравится ваше определение. Гнев Богов. Приятно познакомиться. – Незнакомая усмешка скользнула по лицу, которое она словно бы никогда и не видела, делая ситуацию особенно жуткой.
Хвосты Джил взлетели, словно подхваченные невидимым ветром. Вода за ее спиной воспарила, на лету превращаясь в ледяные иглы. Они прошили воздух вокруг неподвижной фигуры, не причинив той вреда.
– Впечатляет. Ты же понимаешь, что вместе со мной убьешь и это тело? – с интересом поинтересовался неожиданный противник.
– Плевать! Он не меньше тебя виноват в смерти Марины!
Вода из бассейна поднималась узкими смерчами, что для кого-то, возможно, и было опасным, но не для него.
– Храбрая девочка, талантливая, – он медленно приблизился, и вода расступилась перед ним, несмотря на все старания Джил хоть как-то его остановить, – но глупая. Куда тебе тягаться с теми, кого вы называете Богами.
Его рука стальным обручем обхватила шею Джил, сдавливая беззащитное горло. Она вцепилась в его запястье в попытке отвоевать глоток воздуха.
– Марина сама призвала меня сюда, но твоя подруга лишь ускорила неизбежное.
Хватка на шее Джил внезапно ослабла. Девчонка упала набок и скорчилась, надсадно кашляя и хватая ртом воздух.
– Аттина Вейсмонт умрет вслед за сестрой. А ты станешь частью нового Круга. Или умрешь. Выбор за тобой, мне это не так уж и важно.
Джил лежала у его ног на мокрой плитке бассейна, частично обратившись. Обсидиановый хвост с белой каймой полупрозрачных плавников подрагивал, двухцветные волосы растрепались, щеки, лишившиеся жабр, стремительно бледнели. Вся ее неловкая поза отражала беспомощность.
Сделав над собой усилие, Джил приподнялась на руках, чтобы взглянуть ему в лицо, неловко запрокинув голову. В глазах ее плескалась ярость и ни капли страха.
Что ж, маленькая Джил Гатри-Эванс заслуживала хотя бы уважения. Характер у девчонки был.
– Я вернусь за тобой, когда придет время. – Он отвернулся и пошел к выходу. – Никому ничего не рассказывай. Пока что.
Выйти из усадьбы Гатри-Эванс было так же просто, как и зайти в нее. В конце концов, его теперешнее тело все здесь прекрасно знали.
Новый день обучения магии начался с опоздания Юлиана Барлоу. По устоявшейся традиции к его приходу все уже собрались. Парни терпеливо ждали в фонтане, Аттина сидела на бортике, а Гвен привычно заняла пост у двери. Она упрямо приходила каждый раз и наблюдала за Кру́гом, даже не имея возможности присоединиться. В некоторых вопросах Юлиан был возмутительно последователен, а возможно, ему просто нравилось видеть разочарование и гнев в светлых, практически белых глазах ненавистных Коллингвудов.
– Вылезайте оттуда. Сегодня вторая форма вам не понадобится, – с порога сообщил Барлоу, не глядя бросая на пол куртку. – Что вы там собрались, как анчоусы в банке?!
– Он над нами издевается или мне это только кажется? – сквозь зубы процедил Илай, первым выбираясь из фонтана.
– Ой, прости, неужели это так очевидно?! – всплеснул руками Юлиан, награждая наследника Коллингвудов издевательским взглядом.
Амир хмыкнул, но от комментариев воздержался. Райден выглядел на удивление спокойным, словно произошедшее накануне его отрезвило. В сторону Аттины он подчеркнуто не смотрел.
– Давайте быстрее, не стоит терять времени.
– Ты бы хоть как-то предупреждал, что ли, – пробормотал Амир, поспешно натягивая штаны.
Все-таки массовый мужской стриптиз – это не то, как он представлял себе идеальное времяпровождение в компании друзей и тем более Аттины.
– Чат в мессенджере заведем? – саркастически уточнил Юлиан. – Форма одежды на занятия магией – жабры и хвост! С собой взять сменку, но не ботинки, а трусы! Вы себе это так представляете?!
Райден расхохотался. Даже разбитые в драке губы ему не сильно мешали веселиться. Наследнику семьи Дэвис на удивление импонировало чувство юмора Юлиана Барлоу. Впрочем, не ему одному.
Оглядев всеобщее веселье, Илай недовольно нахмурился. Ему казалось, смеяться над магией, относиться с таким пренебрежением к Кругу, к наследию предков – просто кощунство.