Алесь Коруд – Дорога 3 (страница 8)
Тирлинги беспрестанно палили через амбразуры. И били они метко. Я заметил у нас еще несколько убитых. Затем на передней надстройке раздался взрыв. Видимо, туда снова попали из пушки. Палили с того корабля, что шел на нас спереди. Ох, ты! Небольшое орудие находилось в настоящей башне из металла. Против такого противника ватага ошкуев была бессильна.
– Держи! Режь путы! – крикнули мне сзади.
Я повернулся и увидел какую-то железяку, что кинул мне Ставр. Он уже освободил руки, и сам выглянул вперед.
– Беда, нас почти взяли. Откуда они здесь появились? Это не их территория… или…
Затем громыхнуло над нами, сверху полетела щепа и какие-то ошметки. Я пытался отчаянно перерезать очень крепкую веревку тупой железякой.
– Не дается!
Ставр глянул снова вперед, потом на меня.
– Я тебя найду.
В следующую секунду его тело оказалось в волнах реки. Кто-то пальнул в его сторону. Голова артельщика исчезла под водой. Неужели попали? Я глянул наверх. Там в мою сторону целился из револьвера помощник рулевого. Его лицо было искажено страхом и ненавистью. Затем над нами полыхнуло, ошкуй полетел вверх тормашками в воду, а меня стукнуло чем-то тяжелым. Начинается…
О старые боги! За что мне все это? Голова раскалывалась от боли. Второй раз мне крепко достается в этом варварском мире. Чистый Дикий Запад! Я осторожно разлепил глаза. Живой вроде. Ладья стоит, покачиваясь на мелких волнах. Слышны крики, чьи-то разговоры.
– Пер рака!
Меня хватают за шкирку и тащат обратно на палубу. Я еще так слаб, что не сопротивляюсь, и мои ноги безвольно подпрыгивают на препятствиях. Первое, что бросилось в глаза – это лужи растёкшейся по палубе крови. Она медленно стекала через водостоки по бортам ладьи. Меня бросают к стенке носовой надстройки. Её хорошо потрепало в схватке. Здоровый мужик в подобии обмундирования и кирасе на груди яростно бормочет мне на смутно знакомом наречии:
– Тьео сколесе.
Затем кто-то зычно кричит неподалеку:
– Тсе ре со!
Дальнейшее мне не понравилось. Два бугая поднимают с палубы Тормода, помощника Барди. Лицо ошкуя разбито, он что-то яростно шипит на наречии тирлингов. Внезапно я начинаю их понимать. Языки схожи, разве что непрошенные гости общаются на более архаичном наречии.
– Расти арм! Убей его!
Твою же едрить! Тормода крепко пинают, тот сваливается на колени, мелькает что-то блестящее, и голова гордого ошкуя летит на палубу, за ней выливается фонтан крови, и на доски безвольно валится туловище. Ничего себе порядочки! Несогласный я!
Невольно из меня вылезает прилипшая давно присказка:
– Ёбушки-воробушки!
Один из здоровяков поворачивается:
– Усай ду?
Ну, все приплыли, сейчас и мне башку снесут. И смысл моего сюда попадания? По голове бьют, на цепи держат, еще и обзывают.
– Хвер эр тесси хунжесемисис сорин?
Мне уже все равно:
– Сам ты сцукин сын!
Но здоровяк продолжает кричать:
– Ком лю болта!
Я уже отчетливо понимаю, что это фраза “вернись назад!” Экзекуция не окончена. Они тащат к борту молодого ошкуя, что приносил нам еду и воду для ополаскивания. Новичку не повезло. Ему просто режут горло и сбрасывают тело в воду. Меня потряхивает. Не хочется вот так умирать, как барашек. Никогда в жизни не спускал хренового к себе отношения. Имел с этого не раз проблемы, но переломить характер не мог. Потому и карьеру не сделал на официальной работе. А потом и все равно было. Копательство давало в десять раз больше денег.
– Хват хейтир? Кто ты?
Надо мной склонился моложавый крепкий парень. Красавчик, да и только. Его шлем не скрывает белокурые локоны. Голубые глаза внимательно изучают меня перед тем, как убить. Но он видит узел на моих руках и смеется.
– Это раб, двуногая добыча.
Он хватает меня, я резко отпихиваюсь ногами.
– Фар и бро хин! Убирайся прочь!
Красивое лицо искажает гримаса:
– Ах ты, сын тролля!
Но я уже подскочил с места и вытянутая, чтобы схватить меня, рука служит мне рычагом. Тирлинг летит на палубу, как нашкодивший щенок. Рядом закричали, но подлетевший справа боец летит туда же. Подозрительно быстро я вспомнил старые приемы. Или это так действует жажда жизни? Так я и встал перед чужаками, готовый продать свою жизнь задорого.
– Я не раб, а честный артельщик!
Не знаю, с какого перепуга, но крикнул я сейчас на языке Старградцев. Добрыня упоминал, что его понимают о самого Росланда, а тот находится на границе словенского племени на Великой реке.
Видимо, это и решило мою судьбу.
– Стой, росич!
А вот это серьезно. Этот тирлинг был явно командиром. На плечи накинута отливающая серебром шкура, в руках блестящий автоматический пистолет. И он всем своим видом выбивается из антуража этого цирка. Хотя бы тем, что на нем написано названием фирмы латинскими буквами.
Белокурый красавец кричит:
– Хэя посто лимэ! Он должен умереть!
Лучше бы я не понимал. Но деваться некуда. Я нанес этому тирлингу открытое оскорбление. Просто так в подобных сообществах такое не прощают. Тщательно выговаривая слова, зову его на поединок. Если и погибну, то в честном бою, а не с перезанным, как у барана горлом. Живых ошкуев на палубе больше не видно.
– Эк этла берсьярк вид тик!
Разумею, что жутко коверкаю их наречие, но меня понимают. На этой реке и рядом с ней живет много народов, они наверняка полиглоты.
Главарь смотрит на меня, затем на своего бойца и раздумывает. Но я угадал, от такого честного предложения он не может отказаться. Я не ошкуй и имею право на схватку.
– Хорошо рос, ты будешь биться.
– Я не рос, я сакс.
Тирлинг хмурится. Почему это племя вызывает столько вопросов?
– Сва скаль вер. Ты имеешь право на выбор оружия.
Он кивает в сторону, где свалены трофеи. Сверху лежит пояс с револьвером. Но я не стрелок. Нужно что-то иное. На удивление голова ясная и соображаю быстро. Иначе нельзя, через несколько минут решится вопрос – буду ли я жить в этом мире или уйду навсегда в иной. А мне отчего-то туда не хочется. Злость разобрала. Я от смерти в иной мир сбежал, черт побери!
Еще, когда начался разговор, я успел оглядеть тирлингов. Кроме винтовок и револьверов, у них на поясе висели короткие абордажные сабли. Видимо, они умели ими работать, и мне тогда требовалось иное оружие. Внезапно на глаза попались два меча, напоминающих итальянские Cкьявоны. Относительно тонкие мечи с замысловатым с корзинчатым эфесом. Обоюдоострый клинок, шириной до 4 сантиметров и длиной около метра. я занимался несколько лет фехтованием. Случайно попал в клуб любителей исторического махания мечами. Оно только возрождалось тогда, да и я был моложе. Именно те ребята интересовались эпохой итальянского Возрождения. В отличие от эпохи викингов об этом времени сохранилось много письменных источников, в том числе фолианты о фехтовании. И оружие, с которым я имел тогда дело, здорово смахивало на эти трофейные мечи. Их явно вынесли из кладовки с остальным хламом.
– Это мое оружие!
Я схватил один из мечей, самостоятельно взрезал веревки и посмотрел на предводителя тирлингов.
– Да будет так! Фапрт хейтир, сакс. Видар, сит хель! Удачи!
Не понравился я их ярлу или как тут называют вожаков. Я взял рукоять, опробовал меч, покрутил немного. Неплохо! Затем отсалютовал блондину. Видар свирепо осклабился и снял с себя лишнее. Куртку с защитой и боевой пояс. Остался в просторных штанах из крепкой ткани с накладкой на коленах и рубашке со шнуровкой. Взял предложенный мною меч, он с явным недоверием. Это вам не короткая абордажная сабля, которой можно лишь махать. Тут же фехтовать требуется.
Палубу успели омыть водой, но она еще оставалась скользкой. Вот тут и пригодились мои походные ботинки с зацепами. Я сделал несколько движений вправо и влево. Вполне остойчиво! Внезапно без предупреждения блондинистый тирлинг резко прыгнул ко мне под подбадривающие возгласы соратников. Было заметно, что те не сомневаются в победе своего и видят в поединке разновидность кровавого развлечения.
Как бы не так!
Тактика была простая. Сначала увидеть, что умеет соперник. А умел он махать клинком и быстро двигаться. Первый удар я чуть не проворонил. Да и тяжко суетится с оружием без тренировок. Кисть быстро “забивается”. Здесь требуется не мощь мышц, а разработка суставов и их сила. С этим у Видара было все в порядке. Только он не учел, что это не привычная ему абордажная сабля. Cкьявона была длиннее и поэтому движения выходили более амплитудные. Им следовало работать иначе. И буквально в следующую секунду я это показал, чуть не пропоров острым выпадом тирлингу плечо.
Тирлинги на миг выдохнули, потом яростно заорали. То ли ругали меня, то ли подбадривали. Мне было некогда слушать их ор. Видар стал осторожней и ждал моей ошибки. Но его выпады я легко парировал, быстро приноровившись к мечу. Надо же! Прошло с десяток лет, как пришлось оставить фехтование по здоровью, но как быстро это тело вспомнило движения! Свойство этого мира или дело во мне? Раз за разом я отбивал натиск тирлинга, затем начал наступать.
Длина меча позволяла вести бой на расстоянии. Я отлично понимал возможности подобного оружия, а белокурый тирлинг допер только сейчас. Похоже, что и остальные тоже. Пора! Обманный выпад, перемещение и укол. Попал! Плечо у Видара брызнуло кровью. Я, не останавливаясь, сделал еще пару выпадов, почти достав его кисть. Гарда защитила его руку. Меч упал на палубу, но тут я чуть сам не поскользнулся. Видар был опытным бойцом, тут же воспользовавшись моментом и схватив рапиру левой рукой. Тирлинги орали уже не так громко. Поняли, что сейчас могут потерять одного из своих. Не знаю, может, они меня и убьют после всего, но хотя бы умру с оружием в руках и попаду Вальхаллу! Мы сражались около борта, и здесь еще на палубе оставалась кровь и было скользко. Приходилось двигаться осторожно.