Алена Волгина – Убийца – садовник? (страница 15)

И всё же, когда Иннелин предложил испробовать альвийские клинки в деле, Рэндон с радостью согласился. Они вышли на задний двор. Шпага приятной тяжестью легла в руку.

«Как же здорово, чёрт возьми, забыть обо всех проблемах, об этом проклятом маньяке и просто честно подраться!» Конечно, он не собирался нарочно красоваться выучкой – ещё чего! – но пару раз не удержался и бросил взгляд на окно. Показалось, что за стеклом промелькнуло девичье лицо. Элизабет…

Секундная рассеянность чуть не стоила ему победы: шпага альва молниеносно описала дугу, и Рэндон только чудом избежал укола в бок. Он успел уклониться и отбил клинок противника к земле.

Иннелин не замедлил съехидничать:

– Окна для фехтовальщика могут быть чрезвычайно опасны, мой романтичный друг! Так и жди, что тебя ослепит блеск солнца на стекле… или нечто по ту сторону окна.

– Что толку, если ей это безразлично! – В следующую атаку Рэндон вложил всю душу, теперь пришла очередь альву отступить, чтобы сохранить дистанцию. – Я фактически признался ей в любви несколько дней назад – и что? И ничего. Приветлива и спокойна, как обычно.

– Что, вот так взял и признался?

Иннелин сделал выпад, чтобы нанести прямой удар.

– Не напрямик, конечно, – ответил лорд, уклоняясь. По сравнению с альвом он чувствовал себя тяжёлым, как лось.

– Дай-ка я угадаю… Ты написал страстный сонет, бросил его в камин и понадеялся, что ветер отнесёт дым к дому твоей возлюбленной, поведав ей о твоих чувствах? Не все женщины владеют телепатией, знаешь ли.

– Смейся-смейся! Вот разберёмся с Чернокнижником, тогда я ей скажу!

Рэндон предпринял ещё одну решительную атаку, вынудив альва интенсивно защищаться.

– Напрасно тянешь. Спеши жить, Аксара! Сегодня вы оба молоды, свободны и живы – зачем откладывать?

– Пока наш убийца на свободе, я не жених, а потенциальный труп.

– С таким отношением к проблеме – можешь стать реальным, – нахмурился альв.

– Да ну тебя, напророчишь.

Уже после «поединка», когда они умывались во дворе, Иннелин сказал совсем другим, серьёзным тоном:

– Я на днях снова уеду. Постараюсь собрать наших, сколько смогу. Чувствую, дело идёт к развязке, а сейчас в этих краях редко встретишь альва…

– Не удивительно. Скорее я удивляюсь, как ты вообще здесь выдерживаешь. Проклятый колдун своим чароплётством травит всю округу, даже я это чувствую, – поморщился Рэндон.

– Я не позволю ему осквернить эти места, – покачал головой Иннелин, – слишком они мне дороги! Элизабет тоже будет проще, когда я уеду: меньше сплетен, что мы с ней проводим много времени наедине. У меня к тебе просьба: попроси одного из своих людей присмотреть за лавкой. Мне в последнее время кажется, что этот тип, кто бы он ни был, крутится где-то поблизости. Я беспокоюсь за Элизабет.

Рэндон только вздохнул. Будь его воля, девушки здесь давно не было бы. Но кто же его послушает!

– Конечно, – сказал он печально, – я и сам за ней присмотрю.

Когда Иннелин извлёк на свет альвийские шпаги, я с трудом удержалась от улыбки при виде реакции обоих мужчин. Как мальчишки, честное слово! Даром, что одному уже за сотню перевалило! Я не собиралась наблюдать за их «разминкой» во дворе, но, честное слово, отлепиться от окна было выше моих сил. Альв и человек кружили по двору с такой скоростью, что я едва успевала замечать молниеносные взблески клинков. Это было завораживающе прекрасно, словно опасный танец.

Разумеется, я понимала, что спортивный поединок отличался от реального боя. Здесь каждый из соперников старался показать своё искусство и дать возможность другому продемонстрировать своё. Подозреваю, что в настоящем сражении участники далеки от такой куртуазности.

Когда мужчины вернулись, оба разгоряченные схваткой и страшно довольные, Иннелин известил меня о своём очередном отъезде, наскоро собрал сумку и вышел, бросив многозначительный взгляд на своего друга. Лорд Рэндон казался странно задумчивым: сидел, гипнотизировал взглядом камин и молчал.

В конце концов, я не выдержала и предложила ему чаю. Он, казалось, смутился.

– Да, Элизабет, я хотел… кстати, а куда подевался мой пушистый друг? – спросил он вдруг.

– В последние несколько дней Демьюр бессовестно пренебрегает своими обязанностями, сидит дома и жалуется на мигрень, – ответила я ему в тон, раскладывая на прилавке товар. – Я уже подумываю сместить его с должности.

– О! Засвидетельствуйте ему мое восхищение, – улыбнулся Рэндон и неожиданно засобирался уходить. – Кот, у которого мигрень! И должность! Наверное, у него есть ещё страховка и счёт в банке.

В это время в маленьком глухом переулке на Сиреневой улице таился человек в тёмном плаще. Он терпеливо дождался, когда улица опустеет, и степенно взошел на крыльцо двухэтажного нелепого дома, выкрашенного серой и коричневой краской. На лестнице ему никто не встретился, так что, осторожно прислушавшись, он достал специально припасённый инструмент и принялся ковыряться в замке. Вдруг за дверью послышался шорох и громогласное «уа-у-у» огласило весь коридор. Человек отскочил, от неожиданности чуть не уронив отмычку. Кот (если это был кот) не ограничился одним воплем. Стоило только приблизиться к заветной двери, как он снова заводил свою протяжную песнь. Просто невозможно было работать! В любой момент на площадке могла появиться хозяйка или соседи. «Тьфу, скотина», – сплюнул Тёмный плащ и поспешно ретировался.

По другую сторону двери здоровенный рыжий котяра распластался у порога и некоторое время внимательно прислушивался. Затем он удовлетворённо потянулся, тряхнул шубой и отправился в кресло – досыпать.

Глава 11

Ранним октябрьским утром – кстати, даже относительно солнечным – я сидела в одиночестве за прилавком и перебирала причины моего плохого настроения.

Во-первых, в городе началась ярмарка. Мистер Скорп всё-таки сумел это провернуть, несмотря на недоумение горожан, неподходящее время года и возражения инспектора Беккера. Тем не менее, городу ярмарка явно пошла на пользу. Все как-то оживились, встряхнулись, позабыв про пугающие слухи о призраке. Всё это было прекрасно, но ярмарка оттянула к себе всех наших покупателей. К тому же меня покусывала зависть, потому что мне тоже хотелось там побывать, но пойти одна я стеснялась. Иннелин отсутствовал уже несколько дней.

Даже мой кот в последнее время начал меня игнорировать! Целый день он отсиживался в квартире, а по вечерам его внезапно посещала жажда странствий, из-за чего мне приходилось выпускать его на волю и потом полночи прислушиваться, чтобы впустить обратно. Я злилась. Что случилось с моим котом?

И наконец, накануне ночью я не выспалась.

Вчера вечером, сидя за книгами, я терпеливо просматривала страницу за страницей. Немного мешал свист ветра за окном, треск ломающихся веток и глухое ворчание грома – вечерок выдался самый что ни на есть подходящий для изучения зловещих обрядов. В завывании ветра мне чудились жалобные голоса всех принесённых в жертву, а в сверкании молний – отблески гнева древних забытых богов. Демьюр тоже добавил каплю паники в бочку моего страха. Безмятежно дремавший в кресле, он вдруг подскочил и замер неподвижно, уставившись куда-то в угол. Я тоже туда посмотрела – угол был пуст. Демьюр помедитировал на пустоту ещё немного, затем соскочил с кресла и с видом «да ну его, жизнь дороже» отполз под кровать. В этот момент небо полоснула молния, и сразу же оглушительно громыхнуло.

– Да чтоб вас!

Я раздражённо захлопнула книгу. При этом из неё вылетел листок и спланировал на пол. В сердцах я хотела засунуть его обратно, но, вчитавшись внимательнее, принялась листать книгу в поисках нужной страницы. Неужели я наконец нашла то, что искала?

Это было описание ритуала из арсенала тех самых магов-фанатиков, позволяющего призвать древнюю тёмную силу. Требовалась всего-то кровь пяти женщин, причем автор не потрудился уточнить, какая именно. Насчет девственности поставщиц тоже комментариев не было, хотя вроде бы это считается необходимым условием, нет? Кроме того, чародею понадобились бы: шерсть чёрной овцы, рог чёрной коровы, кошачий хвост (цвет не уточнялся, видимо, кошка считалась демоническим существом по определению) и кусок верёвки повешенного. Проделав с указанными ингредиентами ряд неаппетитных манипуляций и прочитав положенные заклинания, колдун должен был принести полученную субстанцию «на алтарь тёмному богу», который якобы наделит его за это невероятной магической мощью. Изображение алтаря в книге также имелось. Судя по всему, он должен был находиться где-то в наших лесах.

Я отложила книгу, потерла усталые глаза и задумалась. В принципе, действия нашего Чернокнижника укладывались в рамки этого ритуала. Кроме того убийства на дороге, в почтовой карете. Может, тот человек оказался случайной жертвой? Нежелательным свидетелем? Или там действовал ещё один преступник? В классических детективах не полагалось, чтобы в городе одновременно действовали двое злодеев со схожими методами. Но то вымысел, а реальность – это другое дело. Я напомнила себе уточнить у Рэндона, кем был тот труп в карете и куда он направлялся.

За этими размышлениями я бездумно смотрела в тёмный провал окна. При очередном росчерке молнии мне вдруг привиделась в саду чья-то фигура. Кто-то стоял под дождём и смотрел прямо на мои окна. Я мигом потушила лампу и отпрыгнула к стене не хуже Демьюра. Когда я набралась смелости снова выглянуть в окно, сад был пуст. Лишь холодный ливень шуршал в кустах, и голые деревья тянули в окно свои промёрзшие пальцы. Заснуть я смогла только под утро, несмотря на тлеющую лампу и кота, извлечённого из-под кровати и уложенного мне под бок.