Алена Велье – Гарут. Дом с витражами (страница 10)
Но Грая недоговорила. За нее это сделал Турин:
– Что я что-то вроде помойки? Не извиняйся. Хотя это с твоей стороны и было мерзко. До сих пор помню вкус куриных потрохов. Брр. – Турин передернулся и тут же с довольным видом сел на стул, отправляя себе в рот ломтик сыра, завернутый в ветчину. – Ммм, восхитительно вкусно, – он даже прикрыл глаза, а на его лице появилась улыбка, будто это действительно было чем-то невероятным. – Так что ты хотела?
– Я хочу, чтобы ты мне все объяснил.
– Нет ничего проще, – от прошлого благодушия не осталось и следа.
Огонь в печке вспыхнул и задрожал, а свет керосиновых ламп будто потускнел. Тень от цветка в горшке, стоящего на окне, упала на стену, и девушка увидела в пляске теней силуэты. А может быть, ей это просто показалось.
Но она могла поклясться, что видела, как у листьев разросшейся бегонии, закружили маленькие тени.
– Это альвы или альбы, – голос Тура вернул ее в реальность. – Летом они живут в лесах, а на зиму ищут укрытия в людских домах. Так как в лесах они живут в цветах, то и тут предпочитают их. Могут навевать сон, кстати. Среди них есть те, кто относится не к самым дружелюбным. Они могут кричать, звать тебя, путать следы, уводя глубже в лес. А потом навевают сон и … финал может быть разным. Но, уверен, ты слышала истории о том, как люди несколько дней блуждали в лесу, а после лишались разума. Но, будем надеяться, что тут поселились не такие альвы. Так что если тебя вдруг будет мучить бессонница, то можешь их попросить, оставив на кухне блюдечко с угощением. Сладкий мед, варенье, ягоды или кисель им подойдут. Но опять же, есть риск сойти с ума, если они будут не в духе. Так о чем я? Да. Есть этот мир. Мир, к которому ты привыкла и который ты видишь. И есть другой. Мой мир и мир этих альв, Гирли, крикунов и остальных. Мы называем его Гарут. И он пересекается с вашим. Но если ваш мир относительно плоский, то мой… он как вода. И на разной глубине плавают разные рыбы. Все зависит от того, как глубоко ты можешь смотреть. Обычным людям видеть мой мир недоступно, – Тур отправил себе в рот крекер, – но такой маг, как ты, не получив силу от учителя, теряет и защиту. Магия приходит к тебе, а барьера между ней и моим миром нет. Поэтому разные уровни Гарута становятся видны тебе, а ты им. А так как в тебе бьется сердце и течет кровь, то ты становишься лакомым угощением для его обитателей. Кто-то, как домовицы, просто следят за домом и помогают незримо для вас людей сохранять порядок, следя за теми созданиями, которые живут в доме. Кто-то, как крикуны, вызывают головную боль, а потом питаются раздражением и злостью людей, у которых болит голова. Это все те, кто живет ближе всего к вам, людям. Есть более глубокие слои, и поверь, тебе лучше не знать о них.
– Как та страшная старушка с зубастым ртом?
– Гирли?– на лице Тура появилась улыбка. – Нет. Она детский лепет по сравнению с другими. Просто чтобы более … эм… «крупным» тварям прийти и сожрать тебя или твою энергию, им надо затратить очень много сил. Поэтому, как правило, если люди сами не вызывают их, они по своей воле не приходят. А вот мелкие, вроде Гирли или крикунов легко присоединяются к вам, стоит только дать повод.
– Но ведь есть те, кто помогает. Домовица или бораху?
– Помогают? Ну, я бы так не сказал. Они служат. Но вряд ли рады этому. Сомневаюсь, что ты была рада служить Зел Барте. Также и они. Кстати, домовицу зовут Марта. А вообще, на твоем месте я бы сейчас волновался о другом: тебе надо сообщить полиции, что Зел Барта пропал. Пойдешь завтра утром в участок и скажешь, что он ушел прошлым утром и не вернулся ночевать. А сегодня утром, когда ты пошла умываться, то заметила, что твоя синяя прядь пропала.
– А если начнут расспрашивать соседей и возниц? И они скажут, что не видели, как он покидал дом? И меня обвинят в его исчезновении?
– Его не найдут. И улик не найдут. Потому что их нет. Так что тебе не стоит нервничать. А Барта был настолько мерзким человеком, что, уверен, врагов у него хватало. И думать будут уж точно не на тебя. Так что спокойно завтра иди в участок. Тем более в любом случае придется это сделать.
Грая, взглянув еще раз на прячущихся в тени листьев бегонии, альв, и решив, что на сегодня с нее хватит, пошла к себе. А перед тем как лечь спать, проверила, надежно ли закрыто окно, а дверь подперла стулом, наложив на тот книг. И для надежности, вспомнив изу слышанных страшных рассказов способ защитить себя от нечисти, насыпала вокруг своей кровати круг из соли.
Как же она хотела, засыпая, чтобы все случившееся было кошмарным сном, и завтра утром она проснулась под звон колокольчика и недовольные крики колдуна.
Но мечтам не суждено было сбыться…
Грая открыла глаза, когда стоящие в ее комнате небольшие часы показывали половину десятого. А в комнату настойчиво, сквозь занавешенные шторы, лез яркий солнечный свет.
Она зевнула, потянулась, а потом повернула голову набок и встретилась взглядом с черными круглыми глазами, смотрящими на нее в упор. Это была Гирли!
Заметив, что Грая проснулась, ее рот расплылся в довольной улыбке, обнажая частокол острых зубов.
– Боги, уйди! – прокричала девушка, садясь на кровати и выставляя между собой и Гирли подушку.
– Дай мне чуть-чуть, – потянув руку в сторону Граи, заскрипела Гирли, – хоть маленький кусочек. Хотя бы один пальчик. У тебя же их так много, – она еще сильнее улыбнулась и облизнула свои зубы длинным языком.
– Пошла отсюда прочь!
Грая кинула в Гирли одеяло.
Но та ловко увернулась:
– Тебе разве жалко? Я так давно мечтаю об этом.
Грая, подскочив с кровати, и, выскочив из комнаты, которая оказалась открыта, побежала в коридор, что было сил зовя Тура:
– Тур! Тур! Помоги!
А сзади слышалось довольное хихиканье Гирли и топот ее босых ног.
Глава 12
– Что случилось? – Тур вышел из кухни, держа в руках большой бутерброд с маслом.
– Гирли пытается меня съесть! – проговорила Грая с лихорадочным блеском в глазах.
– Успокойся. Она всего лишь тебя пугает.
– Пугает? Ты ведь сам сказал, что она ждет, когда сможет прийти ко мне?
– Угу, – Тур отправил бутерброд себе в рот. – Ты вкусная, – он пожал плечами.
– Но я не хочу, чтобы меня съели!
– Ладно, – Тур вздохнул и почесал бровь, – Гирли меня прибьет. Но … она что-то вроде домовицы наоборот. Дом принадлежал когда-то семье. С ними жила Марта. Но при переезде они ее не взяли с собой, и она осталась следить за домом и теми, кто остался его населять. А Зел Барта, заехавший сюда после, как мы знаем, был мерзким типом. У таких людей со временем заводятся «свои» домовицы – кто-то вроде барабашек. Так что Гирли не съест тебя физически, но она питается твоим страхом. И если раньше Гирли просто могла пугать тебя, гремя посудой или хлопая дверью, то теперь ты можешь ее видеть. И она это использует, чтобы напугать тебя сильнее.
– Значит, съесть она меня не может? – Грая чуть успокоилась, хотя и не до конца.
– Да. Только ей не говори, а то она меня покусает. Меня она может. Я ведь не совсем человек. А зубы у нее ой какие острые. Так что будет лучше, если ты будешь делать вид, что по-прежнему ее боишься. Кстати, ты собираешься идти и заявлять о пропаже Зел Барты?
– Да, сейчас оденусь и пойду.
– Подожди. Мне нужны деньги, – продолжил Тур.
– Зачем?
– Ну, я же не могу ходить в одном и том же. Мне нужны вещи.
– Зачем тебе вещи?
– Для окружающих. Я ведь не могу выходить из дома голым.
– Зачем тебе выходить? Ты ведь жил здесь, в доме, как и остальные. И можешь дальше жить так же.
– Не могу. Барта перетащил меня в этот мир. И пока он сдерживал меня, сделав слугой, – при этих словах пальцы Тура сжались и костяшки побелели, а лицо на миг стало каменным, – я жил под печкой, питаясь объедками и выполняя его гадкие и мерзкие поручения. Но теперь мне надо есть, спать и одеваться. Под печку я больше не залезу. Поверь. Даже если для этого мне придется запихнуть в нее тебя, я туда не вернусь.
И настолько голос Тура стал твердым и холодным, что Грая не сомневалась в его словах.
– А еще, – продолжил Турин, – ты может забыла, что после смерти Барты для всех ты стала полноценной чародейкой. А это значит, что тебе назначат ученика.
– Но у меня нет магии, – об этом Грая совсем не подумала.
– Вот именно. И если об этом узнают, ты отправишься в дом умалишенных. А так скажем всем, что я сын Барты.
– Что?!
– Сам не сильно этому рад. Но выхода оставаться жить тут в нормальном теле, а не в виде щупалец, или не скитаться по улицам у меня нет. Для всех я буду сыном Барты. И заодно стану твоим учеником.
– Вряд ли в это кто-то поверит. Тем более тебя могут проверить на родство крови.
– Поверь, во мне достаточно крови Зел Барты, чтобы пройти эту проверку.
Перед мысленным взором Граи встала картинка, когда Турин, будучи еще зелеными щупальцами, тащил тело Зел Барты под печь. И она тяжело вздохнула, стараясь подавить приступ тошноты.
– Я готов предстать перед королем, – продолжил он, – сказав, что Зел Барта прятал меня от всех. И незадолго до своей гибели сказал о том, что в случае, если с ним что-то случится, ты станешь моим учителем.
– Но почему он не привязал тебя к себе? Это было бы логичнее, если ты его сын.