Алена Тимофеева – По другую сторону Алисы. За гранью (страница 22)
Я забралась под холодное одеяло с блокнотом в руках. Что-то я стала часто к нему обращаться. Возможно, когда ситуация, если так можно выразиться, разрешится, возобновлю визиты к доктору Белл. Можно будет опустить некоторые подробности. Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, стараясь привести мысли в порядок. В воздухе висел уже знакомый, тонкий аромат лавра. Ника решила зажечь свечи в спальне, полагаю для защиты. Но вряд ли он меня защитит, особенно от неё самой. Я глядела на высокое пламя толстой белой свечи и образ горящего особняка никак не выходил из головы. Я открыла блокнот, решив излить душу старому другу:
Как только дрогнувшая рука вывела последнюю букву, я понимала, что моя печаль не связана ни с особняком, ни с Джозефом. В памяти упорно всплывало лицо Джулии, её губы, застывшие крике и тело, охваченное огнём. Она пожертвовала собой, чтобы спасти других, в том числе и меня. Джозеф жертвует другими неизвестно ради чего. Отомстить? Справится с непринятием себя самого? Или брак со мной повредил его разум? Мечется, как лосось на нересте. Я усмехнулась сравнению. Внезапный звонок телефона вывел меня из раздумий. На дисплее высветилось:
– Мистер Падоян, доброе утро…
– Добрый вечер. У Вас утро, у нас уже дело к ночи. Когда Вы планируете вернуться в Лос-Анджелес и планируете ли вообще?
Я кашлянула, не зная, как ответить главному редактору:
– Кхм… Разумеется, планирую. В скором времени, – уверенно начала я, – готовлю материал о траволечении, а также использовании магии в целительстве. Есть настоящие профессионалы, может быть, даже удастся взять интервью у их клиентов. Получится довольно большая статься с достаточным количеством источников, – на одном дыхании протараторила я, сама, не понимая, откуда взялись слова. Солгав однажды…
– Замечательно, но хотелось бы уточнить даты прилёта. Спешу Вас обрадовать, что у нас освободилось место в штате, я готов взять Вас, но Вы должны жить в Лос-Анджелесе, работа требует пребывания в редакции. Я могу на Вас рассчитывать?
Моё сердце забилось быстрей. Готова ли я вернуться? В Лондоне мне точно делать нечего.
– Да, мистер Падоян. Вы можете на меня рассчитывать. Я Вам перезвоню скоро, видите ли, мой дом сгорел…
Я витиевато пояснила произошедшее, старая не касаться острых углов. Но Артура, похоже, ответ устроил, и его тон в дальнейшем приобрёл сочувствующий оттенок:
– Жаль это слышать. В любом случае жду от Вас ответа с конкретными датами прибытия в Лос-Анджелес.
– Спасибо, – ответила я, собираясь прощаться.
– И ещё… Элис, Вас искала какая-то девушка. Представилась Сарой, но фамилию Роксана записала не разборчиво, могу понять только первые две буквы. «Л» и «Е». Контактов она не оставила, всего доброго.
В трубке раздались противные гудки. Попрощаться с Артуром я так и не успела. Кому я могла бы понадобиться в Лос-Анджелесе?
В спальне стало холодней или меня охватил озноб из-за переживаний. Я отправилась в душ, чтобы согреться под горячими струями. Сил стоять у меня не было, и я опустилась на плитку. Я посмотрела на невысокий бортик. Плитка на нём тоже покрылась паутинкой трещинок. Скользнула пальцами, повторяя узор трещин, остановившись на крупном сколе. Свет в ванной не отличался яркостью, но я заметила, как вода под моими пальцами начинает меняться. Капли, попавшие на бортик медленно темнели и вишнёвым цветом стекали мне на руку.
– Ты там жива? У тебя телефон звонит! – словно издалека раздался встревоженный голос Ники. Я взглянула на бортик. Никакой крови не было. Похоже, я задремала в душе. Замечательно.
– Иду! – крикнула я, поднимаясь. Смыть с себя остатки повторяющегося кошмара не представлялось возможным. Я наспех обтёрлась не слишком мягким полотенцем и надев свой топ обратно вернулась в комнату. Корса странно на меня посмотрев, шмыркнула в ванную. Её движения почти не уловимы, как шлейф негромких духов. Телефон снова привлекал к себе внимание громким рингтоном и я, подбежав к кровати, схватила смартфон. На этот раз звонил неизвестный номер, но первая цифра: +1. Вновь кто-то из LA? Я ответила:
– Алло?..
– Oh, mio Dio!26 До королевы Великобритании дозвониться проще! – возмущался Джакомо. Звонок Сарто одновременно и обрадовал меня и озадачил.
– А ты пробовал? – едко поинтересовалась я. На том конце провода шумно вздохнули:
– Фух… Элис, ты собираешься возвращаться? Твой арендодатель неправильно записал номер, и даже после того, как я ему дал верный контакт всё равно не может связаться с тобой… Ещё некая Сара про тебя спрашивала, но изначально, она хотела попасть в квартиру Джулии, – печально изрёк Джакомо. И тут же себя одёрнул: – Вернее, в твою квартиру, но ей нужна была Джулия. Кто она и зачем говорить не стала, взяла у меня адрес редакции. На этом всё, – резюмировал Сарто.
– Вы с главным редактором как сговорились. Звоните в один вечер, – я покачала головой, улыбаясь. Жаль, он меня не видит. В трубке раздалось весёлое похрюкивание. Издавал его явно не Джакомо.
– Я слышу Моджо! Как он там? Безобразничает?
Джакомо рассмеялся:
– О, сеньор Моджо в своём репертуаре. Ты не поверишь, вчера он стащил у соседки нижнее бельё, пока та спала, ну а двери в нашем доме, конечно, закрывать не нужно. Это камень и в мой огород. Наливаю себе кофе на кухне и слышу, как визжит Моджо. Выхожу в коридор, а на полу небольшой кучкой сложены, простите, трусы и бюстгалтер. Рядом не менее громко визжала соседка, умолявшая меня угомонить сеньора Моджо…
Я захохотала, представив эту картину. Джулия бы оценила. Мы ещё немного поговорили с Джакомо и спать я легла уже в куда лучшем настроении. Рассвет подарил мне сон без сновидений, за что ему большое спасибо.
Глава III
Пророчество
Прошло две недели после пожара. Во всём мире обсуждают новую вирусную инфекцию. В Великобритании пока не так всё критично, а в штатах случаев заражения больше и у меня появилось предчувствие, что если я хочу покинуть страну, то нужно это сделать как можно быстрей. Моим официальным представителем по вопросам страховки и продажи дома стал Дэвид. Он был недоволен, когда я сообщила о своём решении уехать, не доведя бракоразводный процесс до конца. Джозеф не явился на первое слушание, на второе… и на следующие, я думаю, тоже не придёт. Вероятно, развестись не судьба. Или я отложу этот вопрос пока что, вернусь в Англию через год. Нужно отдохнуть от этого кошмара.
– Всё собрала? – тихо спросила незаметно вошедшая в комнату Чалис. Я поглядела на незастёгнутую сумку, чемодан и смятую постель, с выпотрошенной на ней косметичкой.
– Почти, – глухим голосом ответила я. Чувствовала себя измотанной.
Гадалка прошлась ладонью между моих лопаток, в утешительном жесте, и села на краешек незаправленной кровати.
– Всегда так рано едешь в аэропорт? – поинтересовалась она, не глядя мне в глаза и сосредоточившись на стряхивании невидимых пылинок с чёрных вельветовых брюк. Её шёлковая фиолетовая блузка очень к ним подходила. Я же невольно одёрнула рукава старого серого свитера, ворот которого был до неприличия растянут. Бабушка подарила мне его на Новый год в две тысячи шестнадцатом. О браке, жизни в Лондоне хотелось забыть, а новая одежда об этом только напоминала.
– Если честно, то хочу побыстрее убраться из города. Мне будет в Гатвике27 куда спокойней. Вперёд в новую жизнь, – с грустной улыбкой сказала я. Ох, по Чалис точно буду скучать.
– Не забывай звонить, мне будет не хватать тебя, – словно прочла мои мысли гадалка. Я не выдержала, и бросив мятую футболку в дорожную сумку, обняла подругу. Картер стала мне настоящим другом, она мне нравилась и потому, я желала оставить её как можно скорей. Не выживают люди рядом со мной.
– Я отвезу тебя в аэропорт, если ты не возражаешь, – предложила Чалис, отстраняясь первой. Её глаза наполнись влагой, и она спешно отвернулась. Я вскинула брови:
– А Ника? Останется в магазине за старшую?
Картер издала смешок:
– Она и есть старшая… Ладно, не буду мешать. Время у нас ещё есть.
Чалис также неслышно покинула спальню. Сейчас вечер, Корса за прилавком. Я осталась в комнате одна.
Через десять минут сборы были успешно завершены, и я вкатила в зал чемодан, объявив:
– Вроде всё.
Ника отошла от прилавка и подойдя ко мне, потянулась обнять. Её волосы пропитались терпким запахом благовоний. Я не почувствовала былой тревоги, когда угодила в её прощальные объятия.
– Powodzenia!28 – пожелала мне Корса и отступила. Она окинула меня взглядом, как мать смотрит на своё чадо, отправляя его в школу. Хотя мне-то откуда знать.
– Я вам очень благодарна, девочки, правда.
Ника улыбнулась, Чалис поправила мои волосы и сказала:
– Если ты хочешь попасть в Гатвик пораньше, то поехали. По пробкам не хочется тащиться.