Алена Шашкова – Оклеветанная жена дракона. Хозяйка таверны "У Черных скал" (страница 22)

— Может, тебя не отпускать? А то опять куда-то вляпаешься? — с хитрым прищуром шутит он.

— Нет уж, спасибо, опустите, пожалуйста, на землю, — фыркаю я.

Хотя рядом с ним тепло, а его пальцы обжигают даже сквозь ткань платья.

— Если только пообещаешь больше далеко не отходить.

Закатываю глаза, а он, видимо, расценивает это как согласие. Как только я оказываюсь на своих ногах, тут же делаю шаг назад.

— Осторожнее, — говорит он тихо, не спеша отпускать мою руку. — Не хотелось бы потерять такого ценного… информатора.

«Дракон, — ворчит Альба, и в ее голосе слышится насмешка. — Смотри, не переоцени свои возможности».

Я прячу улыбку, видя, как Нортон недоуменно моргает. Похоже, к язвительности пантеры он еще не привык.

Однако мы продолжаем осмотр, проходим по найденной мной тропинке и выясняем, что следы ведут к небольшому оврагу. Там, среди густых зарослей, обнаруживается что-то похожее на временный лагерь: остатки костра, примятая трава…

— Орки были здесь недавно, — Нортон хмурится, поднимая с земли обрывок грубой ткани. — Видимо, как раз перед тем, как вы наткнулись в таверне. А еще… перед нападением, значит, они знали, в каком состоянии наши укрепления.

"Да, им помогают', — дополняет Альба.

Нортон резко оборачивается ко мне, и я знаю, о чем он думает.

— Нужно проследить за мальчишкой. Но осторожно, — его глаза опасно сужаются. — Если он действительно связан с орками…

— То может рассказать все о нас, — заканчиваю я за него. — И тогда мы можем оказаться беззащитны.

Нортон кивает, и в его взгляде мелькает одобрение:

— Рад, что мы понимаем друг друга. Но тебе лучше держаться от этого подальше, учитывая твое умение влипать в неприятности.

— Даже не думайте, — перебиваю я. — Альба может следить почти незаметно, а я присмотрюсь к нему в таверне, он же будет к Мери приходить.

«Да, генерал, у Айтины есть я, — подтверждает пантера, и я готова поклясться, что в ее глазах пляшут смешинки. — А у тебя, дракон, только твои солдаты. Которые в лесу шумят, как стадо кабанов».

Нортон сдается, выставляет следящие скрытые заклинания и возвращает послание на место: нужно понять, что будет делать Ойлин, когда найдет его. Обратно мы возвращаемся другим путем, чтобы не оставлять за собой слишком явного следа.

— Я распоряжусь выставить дополнительные посты на протяжении всей границы. Но, похоже, мне для этого придется ненадолго вернуться в столицу, — задумчиво говорит Нортон, доставая что-то из кармана и закидывая в рот. — Не нравится мне это все.

— А что это вы едите? — я пытаюсь присмотреться, да только в темноте это сложно. Даже подворачиваю ногу, зато до меня доходит: цукаты!

«Я же говорила, что генералу понравится», — довольно мурлычет Альба.

— Это было для солдат! — возмущенно восклицаю я. — Так вот, почему вы увидели, что мы выходим! Вы не ужинали и пошли искать, чем поживиться на кухне!

— Считай, что я один из них, — беззаботно отвечает генерал. — Простой вояка.

— Который таскает еду, как кот!

Он ничего не отвечает, только смеется.

Альба покидает нас на выходе из леса, ссылаясь на то, что проголодалась с нашими разговорами о еде. Нортон спать не ложится и уходит в штаб, а я все же решаю пару часов перед подъемом вздремнуть.

Кто бы мог подумать, что мне предстоят в этом мире такие бессонные ночи. И каждая просто неповторима! Ни по сути, ни по эмоциям.

Впрочем, и каждое утро тоже особенное! Вот, например, сегодняшнее начинается с громкого возмущения под окнами.

— Неприятности с ее появлением начались! — возмущенно восклицает женский голос.

— Точно-точно! И орки внезапно напали именно, когда она появилась в деревне!

Я вскакиваю с кровати и бросаюсь к окну. На улице собралась приличная толпа местных жителей, и в центре я вижу… того самого парня Мери.

Радуюсь, что у меня не было сил раздеваться, поэтому я завалилась спать, как была. Поэтому я просто немного приглаживаю волосы руками и спускаюсь на первый этаж, выходя на крыльцо.

— Я думал, мне показалось, — показательно-испуганно говорит Ойлин. — Мне ночью за дровами пришлось выйти. Видел, что кто-то шел от таверны к окраине деревни…

— Так это же там нашли кровавые узлы? — охает старушка, едва стоящая, опершись на свою клюку.

По толпе проходит испуганный ропот. Кровавые узлы? Я напрягаю память: это же местное поверье о самом страшном проклятии! Когда ведьма плетет узлы из тряпиц, окропляя их кровью, а потом бросает на дороге, ведущей в деревню, считается, что это показывает дорогу смерти. Ну бред же…

— Точно! — поддерживает его какая-то женщина. — Я именно его и нашла, когда пошла к речке! Тряпичный узел весь в каких-то пятнах!

Мое сердце пропускает удар. Вот оно что! Он пытается меня подставить.

— Ведьма! — кричит кто-то из толпы, указывая на меня.

Я лихорадочно соображаю, что делать. Попытаться все объяснить? Но поверят ли они мне?

Внезапно позади всей толпы раздается поставленный строгий голос Нортона. Даже издалека видно, какой он злой: воздух вокруг него буквально потрескивает от напряжения.

— Что здесь происходит?

— Господин генерал! — выступает вперед та женщина, что нашла «узлы». — Эта девушка — ведьма! Ночью она делала кровавые узлы. Это смертельное проклятие!

— Вот как? — Нортон приподнимает бровь. — И когда же, говорите, она это делала?

— Ночью! После полуночи!

— После полуночи? — в голосе генерала появляются опасные, немного насмешливые нотки. — Интересно. Особенно учитывая тот факт, что после полуночи нира Айтина была со мной.

Глава 33

После слов Нортона во дворе повисает оглушительная тишина. Я чувствую, как краска заливает щеки, а сердце колотится где-то в горле.Толпа медленно поворачивается ко мне, и в их взглядах читается все: от осуждения до откровенного любопытства.

Вот уж сказал так сказал! И помог, и убил… репутацию.

Ойлин понимает, что его слово против слова генерала — ерунда. Он бледнеет:

— Но я… я точно видел…

Он понимает, что ему лучше замолчать, иначе будет больше вопросов, что он делал вообще ночью на улице, учитывая военное положение деревни.

— Что именно вы видели? — голос Нортона звучит обманчиво мягко, словно он обращается к несмышленышу, но я-то знаю, что генерал присматривается, провоцирует. — Может быть, тень? Или собственный страх?

Глаза парня бегают, а кулаки сжимаются от досады. Да, иногда все бывает совсем непросто.

Женщина с «кровавым узлом» пятится назад, пряча улику за спину. Старушка с клюкой качает головой:

— И правда, что это мы… — говорит она и смотрит на ту, которая с узлом: — Может, просто тряпка какая. Мало ли у баб в деревне тряпок. Тем более по дороге к речке.

Толпа начинает редеть. Люди расходятся, перешептываясь и бросая на меня косые взгляды. Теперь я точно знаю: к вечеру вся деревня будет гудеть от сплетен. «Генеральская любовница» — куда более сочная история, чем «ведьма».

Конечно, каждый теперь десять раз подумает, прежде чем что-то обо мне сказать или что-то сделать. Но… хотя куда уж мне еще ниже падать, если все и каждый в этой деревне думают, что я отдала невинность дракону!

Ойлин пытается еще что-то сказать, но Нортон делает шаг вперед, и парень просто сбегает. Умно. Я бы тоже сбежала от рассерженного дракона. Оглядываюсь и вижу Мери, которая с явным недовольством смотрит на генерала. Думает, что Нортон напрасно бочку на ее парня катит?

Ох… Как бы она сама не влипла с ним. А рассказать сейчас — может не поверить, да еще и ему лишнего разболтать.

Когда толпа расходится, я захожу в таверну, потому что наверняка там Орта с Вальчеком опять зашиваются.

— Благодарю, — говорю я тихо Нортону, который следует за мной. — Хотя способ вы выбрали…

— Действенный, — обрывает он с усмешкой. — К тому же… — он наклоняется ближе, — технически я не соврал. Ты действительно была со мной после полуночи. В лесу.

Я фыркаю и разворачиваюсь, чтобы уйти, но его следующие слова заставляют меня замереть:

— И да, Айтина… В следующий раз, когда решишь погулять ночью — предупреди. А то мне придется снова спасать твою репутацию.