Алена Шашкова – Истинная с коготками для дракона (страница 28)

Просто потому что чувствую, что именно эта часть его рассказа будет самой трудной для него.

— Так случилось, что буквально за пару месяцев до моего совершеннолетия стало понятно, что брат моего отца, принц Альберт, был нестабильным магом и планировал государственный переворот, — говорит Иррегард. — И я тогда… сломался. Я подумал, а что, если во мне тоже живет тьма, с которой я не готов справиться. Что, если я не смогу быть так же мудр, как мой отец?

— Это… Это уже говорит о том, что ты задумывался о будущем и своих подданных, — отвечаю я, рисуя пальцами на его груди замысловатые фигуры.

— Или я просто боялся ответственности, — отвечает Джонс. — И я сбежал. Зрелое решение, правда? Представляешь, какая паника была во дворце? Учитывая то, что в магии иллюзий я уже на тот момент превзошел своих учителей, меня искали не меньше месяца. А потом был серьезный разговор с отцом.

Даже сейчас, когда все уже завершилось, Иррегард при этом воспоминании напрягается. И я целую его в щеку, давая понять, что я рядом, и я его поддерживаю.

— Сильно злился?

— Отец? — удивляется Джонс. — Мне иногда кажется, что он не умеет злиться. Но тот его взгляд… Я понял, что разочаровал его. Но отец дал мне самое ценное, что мог — время. Время вырасти и поверить в себя. В день моего совершеннолетия было сказано, что я болен, и все. Дальше пошли годы, когда я пытался найти в себе того правителя, которого заслуживает наше королевство. Однажды я оказался здесь, в академии, где пригодилось мое мастерство в иллюзиях.

— Так Джонс — это твоя настоящая фамилия? — спрашиваю я.

— Это мое второе имя, так что ничего не меняется.

— Удобно, — позволяю себе посмеяться. — Так… получается, ты нашел в себе правителя? Раз так публично рассекретил себя.

— Я нашел тебя, — отвечает Иррегард. — Оказалось, что, когда появляется кто-то, ради кого хочется изменить весь мир, отпадает всякий страх ответственности. Я увидел, как маленькая кошечка не опускает лапки, а показывает коготки и выцарапывает свое место даже тогда, когда казалось, что выхода нет.

Он качает головой и целует меня в макушку.

— Я понял, что как-то повлиять на несправедливость, творящуюся в королевстве, могу, только вступив в права принца. К тому же отец последнее время себя уже не так хорошо чувствует, он написал мне письмо, что пора мне вернуться. Но куда же я без тебя? И… дальше ты знаешь.

— Нет, не знаю, — смеюсь я. — Ты быстро понял, что я попаданка?

— Сначала я понял, что ты моя истинная. В тот самый момент, когда ты свалилась на меня голая, испуганная и невероятно красивая, — его глаза темнеют, когда он вспоминает тот момент. — Мой дракон как будто сошел с ума, я таким его никогда не знал. И появилась метка. А это… Это было невозможно: королевский род специально защищен магически. Чтобы гарантировать, что наследник не будет страдать по одной истинной, если с ней что-то случится, и непременно оставит потомство.

— Как-то это не совсем правильно, тебе не кажется?

— Это сложно. Иногда приходится чем-то жертвовать ради страны, — задумчиво произносит Джонс. — Но… твое появление пробило все защиты, и это заставило задуматься. Как и твои словечки. Ну а тот артефакт расставил уже все по местам.

— И тебя это не… Ты не подумал о том, что меня можно казнить или отдать на изучение?

— Нет, конечно! — вот теперь я слышу его искренний смех. — Ты же ничего не делала!

— Эй! — я хлопаю ладонью по его груди, а он с легкостью разворачивает меня к себе и с упоением целует.

— Моя любимая кошка, ты будешь моей королевой? — оторвавшись на секунду, спрашивает Иррегард.

А вот ответить я не успеваю, потому что он снова целует меня, давая мне время подумать. Только надо ли мне думать? Мне кажется, я уже точно знаю ответ.

Глава 36

— Хозяин просил передать тебе это, — Мист протягивает мне небольшую тарелочку с нарезанными кусочками сыра. — Говорит, ты с утра наверняка не ела ничего.

Конечно! Какой тут завтрак, когда впереди меня ждет моя собственная свадьба, а потом коронация⁈ От волнения, кажется, я готова отказаться даже от сыра… Хотя нет. Не готова.

Я благодарю Мист и кладу небольшой кусочек пармезана на язык. Вкусно. И, кажется, я даже успокаиваюсь немного. Но только совсем немного!

Три месяца пролетели, как один миг. Король, мой будущий свекр, оказался человеком слова. Первым же указом после возвращения его сына во дворец стала реформа и введение «Закона об иномирянах».

Теперь мы не опасные субъекты, которые подлежат выдаче властям и казни. Да, попаданки все еще находятся под пристальным контролем, но это необходимо, чтобы, во-первых, дать возможность благополучно адаптироваться, во-вторых, не допустить их использования в качестве оружия, как это было в прошлом.

Алессандра и Лерианна получили официальные должности консультантов по попаданкам при королевском совете. К ним какое-то время было очень пристальное внимание общественности, но даже те, кто хотел бы вывернуть их истории неправильным образом, не смогли это сделать: слишком уж много хорошего попаданки успели сделать для этого мира.

Вторым сразу же принятым указом оказались изменения в правах студентов. Больше ни одна семья не может навязать студенту или студентке брак, пока они не выпустятся и не получат диплом. А после этого и опека семьи уже заканчивается. Более того, любые попытки опекунов совершить подобное действие с корыстными целями будут караться большими денежными штрафами. Чтобы не повадно было.

Отношения между оборотнями и короной тоже были пересмотрены. Официально: никакой торговли членами семей, никаких обменов без добровольного согласия, а каждый случай перехода из одного клана в другой согласовывается с королевским советом. Своего рода наказание оборотням за попытку показать, что они и их обычаи выше королевских законов.

Отец Кэтти и весь его клан потеряли влияние. Главу, конечно, напрямую наказать не было возможности: на тот момент он действовал в рамках существующих законов, но он потерял безусловную поддержку, и, вероятнее всего, скоро в клане будут серьезные изменения.

Вернон после экзаменов, которые еле сдал, отправился рядовым в дальние гарнизоны, пока не поумнеет. Кстати, Кларисса все же поехала с ним. Оба поняли, что после этого скандала лучше партии им обоим вряд ли найти.

Гайверсу повезло меньше: его обвинили в неуважении к монаршей особе, попытке шантажа и покушении на истинную кронпринца. Его сослали на рудники. Не пожизненно, но былой статус он уже не вернет.

— Ох, Кэтти! — Майла суетится рядом и даже ворует у меня с тарелки кусочек сыра, но ей простительно. — Когда я тебя в первый раз увидела, я уже подумала, что ты необычная. Но предположить, что я познакомлюсь с настоящей попаданкой… И вообще буду на свадьбе во дворце… Ой, мамочки!

Она прикрывает ладошками лицо и уже в который раз встает с кресла, а потом садится обратно в него.

— Майла, тебе не стоит так волноваться, — говорю я. — Вредно.

Они с Лео не стали долго тянуть ни со свадьбой — поженились сразу после экзаменов, — ни с ребенком. Майла пару дней назад сказала, что они ждут малыша, и она подозревает, что гены оборотня возьмут свое, и их первенец будет маленьким черным котиком.

Иррегард дал им возможность пройти стажировку в западных хребтах, однако настойчиво предложил на постоянную работу вернуться в Лоренхейт: нужно разобраться со всеми вариантами артефактов перемещения между мирами и способами вернуться обратно.

А кому этим заниматься, как не Лео, который притащил сюда иномирную душу, и не Майле, которая всю жизнь была одержима попаданками. Конечно, не без поддержки старших.

— Кэтрин, — слышу я позади голос, уже ставший знакомым, но все еще вызывающий у меня внутренний трепет какого-то благоговения, — вы прекрасно выглядите.

Ко мне заходит сам король. Все присутствующие, и я тоже, делаем реверанс.

— Идите, — произносит Его Величество, и все горничные, что меня собирали, и Майла выходят.

— Ваше Величество, — я опускаю взгляд в присутствии короля, как меня научили за прошедшее время преподаватели по этикету.

Они регулярно приходили ко мне в академию, потому как все же при дворе есть свои правила, которые не стоит нарушать. Даже кошке. Даже попаданке.

Но и остальному, меня будут учить с самых азов, но уже после свадьбы — во дворце и в индивидуальном порядке.

— Ох, да бросьте вы это все! — с улыбкой говорит король. — Сегодня ваш день. И я хотел бы сопроводить вас до брачной арки, если вы не возражаете.

«Я? Возражаю? Королю?» — проносится ошалелая мысль, но вслух говорю иное.

— Буду вам благодарна.

Еще бы я не была благодарна! Какая-то кошка, которая еще несколько месяцев назад была просто разменной монетой в отношениях двух кланов, мало того выходит замуж за принца, так еще и пойдет под руку с королем.

— Вы слишком громко думаете, Кэтти, — качает головой король и сжимает мою ладонь между своими. — Иногда важен не статус, не происхождение и даже не умения человека. Важно то, что в душе, то, что определяет личность, и то, как человек влияет на все окружение. Посмотри на то, как счастливы твои друзья, как Алессандра и Лерианна нашли в себе смелость рассказать о своем происхождении… Да что там говорить! Ты даже моего сына заставила взяться за ум!