Алена Шашкова – Чужая Истинная для Ледяного дракона (страница 34)
Я должна ему помочь. Уверена, что смогу. Остаётся только главный вопрос: как?
Время течёт, как вязкое желе, в котором я тону, пытаюсь выкарабкаться, снова тону… Свет медленно перетекает со стены на стену. Мысли бегают по кругу, и, чем больше я тут провожу времени, тем больше крепнет моя решимость выбраться и найти способ вернуться к Веллу.
Внезапно звенящая тишина нарушается каким-то невнятным шумом. Он влетает в мою камеру случайным эхом, но отчего-то кажется мне громче раската грома. Сердце начинает заполошно биться.
Еле различаю военные команды, крики мужчин, скрип и глухие удары дерева и камня.
Неужели?.. Я вскакиваю на ноги, больше всего жалея, что не могу сейчас приподнять себя над полом и выглянуть в окошечко, чтобы подтвердить свои надежды.
Не знаю, сколько я так стою, присматриваясь, прислушиваясь, ловя хоть что-то, что даст мне ответ на вопрос: не почудилось ли. А потом дверь резко открывается, с грохотом влетая в стену, и на пороге появляются два евнуха с матерью Реной во главе.
– Доигралась, кошка безродная, – со злорадной ухмылкой она перебирает в руках чётки. – Идём. Его Величие готов решить твою судьбу.
Так и хочется сказать: «А можно я останусь?»
Но отсюда я точно Веллу не помогу. А я должна. И я смогу.
Как только я делаю шаг за порог, меня тут же хватают под ноги и буквально волочат по коридору. Едва успеваю перебирать ногами, чтобы не упасть, но всё равно спотыкаюсь. А когда перед нами открываются высокие белоснежные и резные двери с позолотой, меня практически швыряют вперёд, и я падаю на колени.
Медленно подняв голову, понимаю, что оказалась у самых туфель шейха. Парчовых, блестящих, с загнутыми вверх носами.
Ладони и колени больно саднят: похоже, я содрала кожу. Пытаюсь встать, но шейх толкает меня ногой, так что я снова оказываюсь на полу.
– Знай своё место, – цедит он сквозь зубы. – Взять её!
Охранники, как тряпку, поднимают меня с пола и оттаскивают в сторону, сильно, до синяков, сжав мои плечи.
– Отстаньте от неё! – слышу я крик Анны и только сейчас вижу, что она тоже тут. Буквально напротив.
Разъярённые глаза мечут молнии, но в остальном Анна наряжена идеально, как подобает невесте шейха. Даже волосы забраны. Она делает шаг вперёд, и меня обжигает удар кнута.
Выгибаюсь в руках охранников и вскрикиваю от неожиданной боли, вспыхнувшей в глазах кровавыми искрами. Боль постепенно растекается, наполняет собой всё тело.
Чтобы тебя демоны хаоса утащили! Ненавижу тебя! Старый извращенец…
– Ты уверена, что тебе настолько надоела твоя подружка, что ты готова за каждое своё дерзкое действие расплачиваться её болью? – насмешливо говорит шейх.
Анна замирает на месте и только переводит разъярённый взгляд на мерзавца.
– Я очень рад, что ты готова к переговорам. – Довольство так и сквозит в его голосе. – Так вот, я решил, что раз эта, – он небрежно машет на меня рукой, – мне уже не годится в жёны, она будет прекрасным вариантом обмена.
Ноздри Анны раздуваются, а я понимаю, что шейх нашёл её слабое место. И это, о проклятье, опять я!
– Так вот. Либо ты, княжна, прямо сейчас, во время ритуала добровольно говоришь «да» и затем хорошо стараешься в постели, чтобы убедить меня оставить эту нечестивую девку в качестве твоей рабыни, либо… её ждёт смерть. Долгая и мучительная. Если, конечно, до этого она переживёт ночь в казарме моих янычаров.
Глава 39.
Осознание того, что мне грозит, и того, насколько ужасный теперь перед Анной стоит выбор, бьёт по нервам чуть ли не больнее, чем удар кнута. Это невозможно! Нельзя заставить человека выбирать между своими жизнью, свободой, будущим и чужими.
Я теперь понимаю, что Анна – именно такая Анна, какая она есть, – никогда не примет эгоистичное решение и точно пойдёт до конца, чтобы избавить меня от незавидной участи. Но могу ли я позволить ей это?
Анна кидает на шейха ненавидящий взгляд и делает шаг вперёд. Я слышу свист кнута в воздухе, но княжна удивительно быстрым, лёгким движением оказывается позади меня и… я не вижу, что там происходит…
Все присутствующие при этом замолкают, а шейх начинает хлопать.
– Удивительно строптивая кобылица, которую будет очень интересно объездить, – с насмешкой произносит он, делает почти незаметное движение пальцами, и я слышу сдавленный вздох Анны. – Так… Какое твоё решение, княжна?
– Я… согласна, – сипит девушка в ответ. – Но у меня есть условие.
– Условие? Ты считаешь, что можешь мне их ставить? – Бросаю короткий взгляд на лицо шейха. – Ты же понимаешь, что я могу прямо сейчас отдать приказ охранникам, чтобы примерно наказали нечестивицу. А тебя… заставить смотреть на это. Как тебе?
– Можешь, – шипит Анна. – Но тогда гаргулий зад тебе, а не моё добровольное согласие. А если с Лией что-то случится или наберёшься наглости и сделаешь меня рабыней, ничего, кроме огня и разрушений, от Айсгарда не получишь. Или ты думаешь, что он всё так же слаб, как это было после нападения Хаоса?
Шейх аж вскакивает с места, понимая, что его обставили. Рычит. Сбивает рукой какую-то вазу, которая разлетается на мелкие осколки.
– Чего ты хочешь? – цедит он сквозь зубы.
– Времени. До утра. С Лией в одной комнате, – в тон ему отвечает Анна. – Наедине.
– Обойдётесь насчёт «наедине»! – рявкает шейх. – И времени у вас до захода солнца, не больше.
Я не верю. Нам дали отсрочку. Да, небольшую, но, учитывая тот шум, что я слышала, люди снаружи занимаются укреплением города, а это значит, что Велл и Айсгард не теряют времени даром и скоро здесь будет очень оживлённо. Не из-за этого ли шейх так торопится со свадебной церемонией?
– Вы двое, – он указывает на двух великанов у дверей. – Охранять. Остальные все вон.
Мать Рена, выходя, поджимает губы, сестра Альфина качает головой, следуя за старухой, евнухи подбирают свои кнуты, а держащие меня воины резко разжимают пальцы. Я прилагаю все возможные усилия, чтобы удержаться на ногах, но всё равно не падаю только благодаря оказавшейся рядом Анне.
Шейх выходит последним, посылая нам высокомерный взгляд, в котором абсолютная уверенность в победе.
Посмотрим. Теперь я не собираюсь проигрывать, не попытавшись сразиться.
Великаны-охранники встают в разных концах комнаты и опускают взгляды вниз, как будто пытаются притвориться статуями.
Только теперь я могу рассмотреть помещение, в котором мы находимся. Относительно небольшая светлая комната с арочными витражными окнами, через которые проникает свет закатного солнца. И это плохо: у нас не так много времени, ведь солнце в этих местах садится быстро.
Вокруг нас мягкие разноцветные диваны с атласными подушками, шёлковые балдахины и позолота на стенах. Пахнет восточными специями и ароматическими маслами сандала и бергамота. Что это? Покои, предназначенные для жён в самом гареме?
Присматриваюсь и понимаю, что охранники не просто так распределились по разные стороны: выходы есть и там, и там… Интересно…
Анна обнимает меня и тихо шепчет:
– Нам надо придумать, как вырубить этих громил и сбежать. Я уверена, мы сможем. Нам бы продержаться до прихода Айсгарда.
Я смыкаю свои руки на её талии и утыкаюсь ей в плечо, делая вид, что плачу.
– Я слышала шум, бряцание оружия. Надеюсь, это не случайно. Нужно выиграть время. У тебя есть идеи? Магии нет, а без неё я толком ничего не умею…
– Спорим, умеешь? – она чуть отдаляется и прищуривается, глядя мне в лицо. – Велл рассказывал, что ты любишь танцевать.
Я медленно киваю и пытаюсь понять, куда ведет её мысль.
– И в Академии вас наверняка учили, как правильно танцевать для шейха? – вкрадчиво продолжает Анна. – Почему бы нам просто не потанцевать для души?
Кажется, понимаю её намёк. На мне только достаточно тонкая, но непрозрачная туника, поэтому я снимаю с одного из диванов забытый кем-то шёлковый шарф и повязываю его на пояс. Анна стягивает с себя платок, который держал волосы, и встряхивает своей шикарной шевелюрой.
Мы начинаем медленно кружиться под музыку, звучащую в наших головах. Кажется, невольно чувствуем друг друга, подстраиваемся под общий ритм, отзеркаливаем друг друга. Движения Анны тягучие, но очень точные, собранные. Мои же плавные, замысловато выстроенные.
Занавески, парчовые кисти подушек, цветы в вазах – всё идёт в ход.
Взгляд мельком на охранников: они перестают быть просто статуями и не могут уже удержаться от такого представления, поднимают глаза и начинают буквально поедать нас. Это неприятно, но я ухожу от этих ощущений, концентрируясь на танце. Анна подогревает интерес, стягивая полупрозрачную блузу и кидая её в лицо одного из великанов.
Тот перехватывает её в полёте, отвлекается, и этого оказывается достаточно для пары точных ударов Анны: в живот, чтобы он наклонился, и в шею, чтобы вырубить его.
Второй тут же выходит из транса и с рёвом кидается к нам, но… пластом падает на пол. В его спине торчит метательный кинжал, а в открытой настежь двери мы видим мужской силуэт с изогнутой саблей.
Проклятье…
Глава 40.
– Велл, тебе стоит поберечь силы, – кричит моя кузина Кира, заметив, что я начинаю оборот.
Плеск волн и свист ветра в ушах почти заглушают её слова, но драконьему слуху это не помеха. Именно усилившееся волнение и побудило меня к смене облика на драконий. Ветер попутный, и ловить его крылом гораздо приятнее, чем получать в морду очередным ударом волны.