Алена Ромашкова – Связанные туманом (страница 34)

— Зачем вы пожаловали? У меня миллион дел, я разгребаю такой клубок заговоров и сплетен, выслушиваю столько наветов и истерик, что уже жалею, что меня спасли и вот-вот вернусь на алтарь.

— Ваше величество, лорд Талсадар требует поединок.

Вид закатывающего глаза и издающего стон отчаяния светлого эльфа напугал — как-то от наисветлейшества не ожидаешь таких громких эмоций. Я даже попятилась. Король тем временем со страдальческим видом сказал:

— Ну вот только этого не хватало! Что вы умудрились не поделить?

Талсадар выступил вперед и отчеканил:

— Лорд Дарсиэль использовал чары и пытался овладеть моей женщиной против ее воли.

— Серьезно? Из-за бабы? — спросил недоуменно его величество, но осекся под взглядом дроу. — Ну хорошо-хорошо, я понял. А женщина ваша кто?

Когда до Карнаниэля дошло, из-за кого весь сыр-бор, он закрыл глаза и устало откинулся на спинку трона. На ней мгновенно вырос из ниоткуда большой лист лопуха и начал обмахивать его величество. Мне даже жаль стало замученного жизнью монарха.

— Лорд Талсадар! А если я при всех от имени рода Зеленой лозы извинюсь перед вами, это поможет избежать крови? — очнулся Карнаниэль.

— Я бы хотел… — начал возражать дроу, но король перебил его:

— Завтра я устраиваю бал и прием. Мне нужно показать знати, что все под контролем, и виновные наказаны. Заодно представим вас. Я могу принести официальные извинения перед всеми.

— Вам так нужен лорд Дарсиэль? — понимающе уточнил Талсадар.

Монарх вздохнул и ответил:

— Не то слово! Лояльных сейчас так мало, двор трясет, а мальчик отца в тюрьму отправил. Ну подумаешь, полукровка его привлекла. Жизни не видел просто.

О Дарсиэле, как и обо мне, говорили так, словно мы не стояли рядом. Светлый не подал вида что его это задело — мой несостоявшийся насильник ждал вердикта, а мне было и подавно все равно. Талсадар же на реплику короля вновь изошелся туманом, однако Карнаниэль, заметив это, исправился, добавив:

— Криссандра тоже приглашена в качестве равной на бал, если вас это устроит.

Талсадар задумался, а Хирон тихо сказал мне на ухо:

— Уж не знаю, чем ты так привлекла богов, но чтоб с деревни до королевского бала…

— Сама в шоке, — в том же тоне ответила я. — Как сказала бы баба Зуся, книги до добра не доводят.

— Баба Зуся? Спаси меня, великая богиня! — тихо, но очень выразительно простонал дроу.

Дарсиэль в это время стоял в весьма напряженной позе, показывающей, что он не так спокоен и решение Талсадара ждет с затаенной дрожью страха. Дроу сомневался. Похоже, желание подраться было у него даже сильнее, чем мир между эльфийскими королевствами. В игру вступил более расчетливый и дальновидный Хирон. Он подошел и что-то зашептал на ухо напарнику. Итогом стало вынужденное согласие Талсадара — темный явно пошел против себя и своей натуры.

— Что ж! Если все уладили, то жду вас завтра вечером в бальном зале. За вами придут чтобы проводить, — монарх махнул рукой нам как нерадивым детям, позволяя пойти поиграть, пока он будет заниматься взрослыми делами.

Мы опять вернулись в Малый холм. Проходя в очередной раз по саду, я поняла, что уже почти привыкла и не чувствую тяжелого сладкого аромата и желания быть прикопанной под кустиком. Может, это сам сад прекратил издеваться, увидев во мне свою?

Следующая часть дня прошла обыденно: мы разошлись по комнатам, а потом встретились втроем и как хорошие приятели посидели, поели и попили эльфийский чай. Вкус у местной еды был восхитительным, но сама пища насыщала плохо. Я вновь почувствовала себя голодающей, как недавно в лесу. Хотелось каши и мяса, а не только фруктов и нектаров. Высказав свои пожелания слуге, который принес нам с дроу яства на ужин, мы в очередной раз наткнулись на презрительный взгляд. Я пожала плечами, но Хирон решительно выступил в защиту моих вкусовых предпочтений:

— Если ты, морда эльфийская, сейчас же не принесешь нам нормальной еды, мы сожрем тебя. Сырым. Причем пока мы будет глодать твою ногу, твоя башка будет за этим наблюдать.

Талсадар молчал, но тоже помог убедить слугу: он сопровождал тираду блондина очень выразительным взглядом жестокого убийцы. Подействовало. Через несколько минут мы ели вкусное — не мясо, нет. Его действительно в тот момент у эльфов не оказалось, но запеченную рыбу нам принесли, и она стоила наших нервов. Не знаю, кто у них там готовит, но только он примирил меня почти со всеми гадостями, что я выслушивала в стране светлых.

На следующий день должен был состояться бал. К нему я особо не готовилась. Да и что я могла сделать? У меня было одно нарядное платье, купленное в Вильне. Однако за несколько часов до мероприятия ко мне явилась знакомая служанка, которая принесла очередную корзинку и со словами: «Это специальные купальные средства для бала», унеслась прочь.

Я засунула нос в корзину и увидела там всякие баночки, коробочки. Перенюхала все и не нашла ничего подозрительного. Сплошные цветочные ароматы. Решив, что я готова все это испробовать, я залезла в купальню и начала открывать бутылек за бутыльком. Помыв голову, натерев себя всякими мазями и эликсирами, взбив в воде пену почти до потолка, я удовлетворенно вылезла и посмотрела в зеркало. Увидев свое отражение, поняла, почему эти составы называются специальными: моя кожа мерцала, волосы приобрели невероятную мягкость и поменяли тон, став немного темнее. Все, что я на себе использовала, было местным вариантом косметики — натуральной и по-эльфийски почти невыразительной. Нарядившись в нежно-персиковое платье, которое скрывало почти каждый кусок тела кроме рук и небольшой части декольте, и распустив волосы, я покрутилась перед зеркалом и признала, что все это идет мне больше, чем мой любимый изумрудный сарафан.

Скоро за мной пришли, я вышла из комнаты и увидела обоих дроу. Их наряды ничем особо не отличались от повседневных, разве что были чистыми и свежими — рубашка Хирона просто кричала своей кристальной белизной. Откуда у этого темного такая страсть к белоснежным и кожаным элементам в одежде? На Талсадаре кроме его обычного одеяния из темно-серых штанов и сюртука все же появились некоторые новые элементы: на плечи он нацепил пластины, отливающие металлическим блеском, на которые был нанесен сложный рисунок, похожий на родовой символ.

Увидев меня, Талсадар замер и сверкнул глазами. В один шаг он преодолел расстояние между нами, чуть наклонился и вдохнул запах моих волос.

— Ты так пахнешь! — сказал он приглушенно.

— Это все их шампунь, — пояснила я.

— Нет, это ты пахнешь. Тебе идет… быть эльфийкой, — признался темный.

Он что, делает комплименты? Я недоуменно взглянула на дроу, но тот уже отвернулся и подал знак Хирону, который что-то объяснял пришедшим слугам.

Мы направились на бал. Он проходил в огромном зале с десятками открытых дверей, которые выходили в сад, за счет чего создавалось впечатление, что это, не дворец, а естественная среда — поляна в лесу. Самой неожиданной частью интерьера было озеро: небольшое, с аккуратным мостиком и кучей кувшинок, плавающих по его поверхности, оно находилось прямо посередине зала. Остальное убранство тоже было в духе светлых: сплошь цветы и зелень на полу, стенах, потолке. Войдя и увидев толпу, я почувствовала головокружение — я не ожидала такого количества светлых лордов и леди. Все были очень элегантны, передвигались изящной плавной походкой, никто не шумел — говорили вполголоса. Но даже несмотря на мирное поведение эльфов, я напряглась.

Будь я одна, на меня никто и не посмотрел бы, я все же внешне похожа на своих сородичей, но со мной были двое темных кожей огромных мужчин, которые без сомнения стали гвоздем сегодняшней программы. Дроу, думаю, привычно так привлекать внимание, но я этого не любила. Талсадар словно почувствовал мое волнение — он взял меня за руку, положил ее на свой локоть, а затем сказал тихо:

— Держись рядом.

А дальше начался настоящий кошмар. К темным подходили эльфы, эльфийки. Они представлялись, задавали вопросы, косо смотрели на меня, так как не знали, что я такое. Дроу им были понятны, а вот я, хотя и выглядела своей, не имела имени рода. Представляться как Дрокс даже не стала, это было бы смешно. От светлой ждут чего-то вроде “род летящей ласточки” или “род весеннего цветка”, ну хотя бы “маковой росинки”. А тут Дрокс. Фи.

Я все время находилась рядом с темными, но все же умудрилась нечаянно выпасть из-под их опеки: меня отвлек слуга, спросивший, что я буду пить, а Талсадара и Хирона как раз окружила стайка любопытных эльфийских девиц. Похоже, надменность и холодность к ним приходит с возрастом, так как эти девушки были очень похожи на людей, в том смысле, что, не переставая, болтали и явно строили глазки моим спутникам. Я отошла в сторону и ожидала, когда можно будет приблизиться к темным. Подойдя к озеру, стала наблюдать за большой бабочкой, которая уселась на один из цветов кувшинки.

— Это озеро истины, — раздался голос Дарсиэля, который неожиданно оказался рядом.

Я не хотела с ним разговаривать, но его реплика меня заинтересовала.

— Этот как?

— Если искупаешься в нем, откроешь свое истинное лицо.

— И в каких случаях это необходимо?

— Если нужна правда.

— Хм! Это очень удобно. При судействе, например, — предположила я. — Можно точно узнать, врет обвиняемый или нет.