Алена Орион – Следы прикосновений (страница 4)
– Деверо.
– Я вас слушаю.
– Доступ к архиву. Ящик L-74. Сентябрь—ноябрь прошлого года. Только физические носители.
Пауза. Щёлканье клавиш.
– Запрос отправлен. Жду санкции Громова. Обычно он тянет резину часами.
Через минуту Феликс снова заговорил – в голосе слышалось удивление:
– Громов дал добро. Сразу. Без проверок, без вопросов.
Пальцы Лиры застыли над клавиатурой.
– Повтори, – тихо сказала она.
– Серьёзно. Мгновенное согласование. Курьер уже выехал.
Она медленно откинулась на спинку кресла.
– Слишком быстро. Слишком… гладко. Как будто он ждал этого запроса.
– Может, просто настроение? Или Волков надавил? – предположил Феликс, но даже в его голосе звучало сомнение.
– Громов не действует по настроению. – Лира провела ладонью по столу. – Это не разрешение. Это приглашение. Приманка.
Её пальцы сжались.
– Неважно. Даже если ловушка – я в неё пойду.
Ожидание растянулось, вязкое и липкое, как смола. Лира поднялась и зашагала по кабинету, чувствуя, как стены будто приближаются. В углу под потолком мигал красный глазок камеры. Раз-два. Раз-два. Мерно, как пульс. И вдруг ей показалось: за ней наблюдает не система, а кто-то живой. Неизвестно кто. Но явно не случайно.
Она сжала кулаки. Тест на смелость – или на глупость. Но отступать поздно.
«Нет. Ты не убежишь. Посмотри в глаза тому, что тебе подсунули. И пойми, что это такое».
Через десять минут курьер принёс серую пластиковую коробку. Осторожно поставил её на стол, кивнул и исчез.
Лира коснулась первого картриджа. Холодная пластмасса, шершавая от пыли, обожгла пальцы. Она закрыла глаза, отключила зрение и позволила дару течь сквозь кожу.
И вздрогнула.
Не Сторож. Не взлом. Что-то другое.
Белый кафель, скользкий от влаги. Резкий запах хлора и лаванды. Гул шагов в пустом помещении. Спина в тёмном костюме, удаляющаяся прочь.
И – ледяной ужас, поднимающийся изнутри.
Сердце колотилось. Ладони вспотели. Это было не просто воспоминание. Это был страх, запечатлённый в материи.
– Лира! – голос Феликса резанул по ушам. – Эй, ты меня слышишь?!
Она медленно перевела взгляд на решётку динамика, не в силах ответить.
Пауза. Шипение связи.
– Чёрт… Я спускаюсь.
– Не надо, – выдохнула она, разжимая затёкшие пальцы. Голос дрогнул. – Всё… под контролем. Архив просто… пыльный.
– Пыльный, ага. Ты белая как стена. Я видел по камере, – в голосе Феликса не осталось иронии.
Лира подняла голову и уставилась прямо в крошечный объектив. Взгляд – мутный, но упрямый.
– Значит, видел, что я справилась, – сказала она тихо, проводя ладонью по лбу. – Работаю дальше.
Молчание. Потом – тяжёлый вздох.
– Ладно. Но если ещё раз зависнешь – вызову скорую. И не вздумай спорить.
Она сглотнула горечь. В висках ныло – расплата за чужие эмоции.
Правило №5, неписаное: страх оставляет на душе жирные, липкие следы.
Лира посмотрела на коробку.
Правило №4: самые опасные следы – не в памяти машин, а в памяти людей.
И кто-то оставил здесь свой страх.
Глава 6
Лира сжала бумажный стаканчик так сильно, что пластиковая крышка треснула. Кофе обжёг пальцы, но она не разжала хватку. Боль была грубой и одновременно благодатной – своей собственной. Она позволила физическому ощущению вытеснить призрачный ужас, всё ещё цеплявшийся за подкорку. Эхо чужой паники из архива медленно отступало, оставляя после себя лишь липкий, холодный осадок под рёбрами.
– Деверо.
– Я здесь, – прозвучало из динамика сдержанно, сфокусировано.
– Список всех, кто имел доступ к этому архиву за последний год.
Пауза. В динамике раздался тихий звук клавиш – Деверо печатал.
– Это конфиденциальная информация, мисс Верная, – осторожно проговорил он.
– Информация о том, кто трогал доказательства, – не конфиденциальность, а улика, – отрезала она, и сталь в её голосе зазвенела отчётливей. – Я не намерена работать вслепую, натыкаясь на подготовленные ловушки.
В её голове снова прозвучал чужой крик, на секунду поглотив внимание.
Через несколько минут на терминале появился список: несколько фамилий технических специалистов, пара стажёров службы безопасности, архивариус… Соболев – руководитель отдела логистики, чей iPad сейчас лежал у неё в сумке. И ещё одно имя.
Марк Семёнов. Служба экономической безопасности.
Именно он курировал внутреннюю проверку.
Лира замерла, изучая фотографию: холодные глаза, безупречная бородка, идеальный узел галстука. Человек, который должен был выявить нестыковки. И не выявил.
Лира медленно откинулась на спинку кресла.
«Не выявил, потому что скрыл».
Пульс застучал в висках. Первая зацепка.
Теперь она знала, что искать. Снова коснувшись картриджа, Лира отбросила цифровой шум и сосредоточилась на эмоциональном эхо. Под густым, почти осязаемым слоем чужого ужаса, пахнущего хлором и лавандой, скрывалось нечто иное – холодная, острая, расчётливая злость. Два разных отпечатка. Два человека.
«Они оба оставили здесь свой след», – пронеслось у неё в голове.
Собрав вещи, она вышла из кабинета. Феликс поджидал её снаружи – его поза излучала настороженное внимание.
– Ну что, доктор, поставили диагноз? – спросил он, скользнув взглядом по её бледному лицу.
– Я обнаружила, что ваш логист – не вор, а свидетель. Возможно, жертва. А ваш бдительный аудитор Семёнов… – она сделала паузу, глядя ему прямо в глаза, – мне нужен Артём. Немедленно.
Взгляд Феликса изменился – насмешливость уступила место деловой серьёзности. Из надменного охранника он превратился в солдата, получившего данные о вражеском шпионе в своём штабе.
– Хорошо, – коротко кивнул он. – Идём.
Феликс провёл её по коридору молча – редкость для него. Лира не нарушала тишину, прокручивая в голове, как изложить открытие.