Алена Новикова – Частный детектив Пятаков. Тайна художника (страница 3)

Узнав о профессиональной деятельности посетительницы, Пятаков разом переменился в лице, покраснел, от доброжелательности не осталось и следа. В комнате сгустилось напряжение. Единым порывом он вскочил со своего кресла, как ошпаренный, накинул куртку и, сказав, что разговаривать с журналистами ему не о чем, выскочил из офиса, не прощаясь – по-английски. Его помощник остался в кабинете один на один с немного ошарашенной девушкой.

– Ну и нрав у вашего начальника! – посетительница догадалась, что это был никто иной, как владелец агентства. – И почему он так невзлюбил журналистов?.. Вон, убежал, как от чумы!

Леонид промолчал. Зная непростой характер своего шефа, он предпочел сохранять нейтралитет и лишь неопределённо пожал плечами.

Она минуту колебалась и продолжила:

– А может, вы сможете мне помочь?.. Расскажете обо всех нюансах работы частных детективов? Вас как зовут?

– Меня зовут Лёня… то есть Леонид Филатов! – он начал неловко оправдываться. – Но… боюсь, что помочь я вам не смогу… Во-первых, у меня ещё маловато опыта в сыскном деле… А во-вторых, начальство мне голову открутит, если узнает, что мы с вами общались.

– И что, шеф ваш настолько суров? – озадаченно спросила она. – И ничего нельзя сделать?

– Увы, – виновато развел руками Леонид. – Суров – не то слово! Здесь я, к сожалению, бессилен.

– А как же мне быть?.. – расстроилась журналистка.

Она стояла посреди комнаты с растерянным видом. Леонид хотел бы ей помочь, но совсем не желал навлекать на себя гнев Пятакова.

– Да вы не переживайте так! Напишете статью о каком-нибудь другом агентстве!.. В конце концов, мы же не единственное сыскное бюро в городе! – поспешил он хоть как-то её успокоить.

– Да не могу я брать интервью у других!… – всхлипнула она. – Меня главред направил именно в ваше детективное агентство. И если я не выполню его задание, то он меня живьём съест!.. А может, и вовсе выгонит с работы за профнепригодность!..

Она прикусила дрожащую нижнюю губу. Её взгляд беспомощно шарил по помещению, слеза блеснула на реснице и скатилась по щеке.

– Первое серьёзное задание – и сразу провал! Мне больше никогда не доверят такую работу!..

В душе у Филатова что-то дрогнуло… надорвалось… и окончательно лопнуло… Он был бессилен против женских слёз – в этом была его слабость. Во что бы то ни стало, он решил помочь девушке, даже если от этого сам пострадает. Да он и не сомневался, что ему влетит от начальства по первое число. Но раз уж решил помочь, значит, надо это сделать! Отступать было не в его привычках. Он наполнил стакан водой и протянул Марии.

– Вот, выпейте воды. Я постараюсь вам помочь, поговорю с шефом, может, он сменит гнев на милость, – принялся он её успокаивать. – Давайте так договоримся: вы оставите мне свой номер телефона, а я, как только поговорю с начальством, обязательно вам перезвоню.

Маша выпила воды и, кажется, воспрянула духом. Его слова придали ей уверенности. На её лице появилась лёгкая улыбка.

– Леонид, вы действительно это сделаете для меня?.. – с надеждой в голосе спросила она. И тут же с сомнением добавила: – А разве можно уговорить такого непробиваемого типа, как ваш начальник?

– Не скрою, – Лёня сделал серьёзную мину, – дело весьма непростое, и шансов на успех крайне мало…

Он на мгновение задумался, и по его лицу пробежала робкая тень сомнения. И тут же тряхнул головой, отметая подступившую неуверенность…

– …но вы не сомневайтесь. Если уж Леонид Филатов что-нибудь обещает, то он в лепёшку расшибётся, но сделает!

Чтобы придать больший вес своим словам, он стукнул себя кулаком в грудь. Это вышло весьма забавно, и они оба рассмеялись.

Журналистка оставила свою визитную карточку и, попрощавшись со словами «Жду звонка», вышла в коридор. Торопливо спустившись по лестнице в холл, она подскочила к зеркалу и поправила макияж.

– Какой ужас, Ермолаева! – обратилась она к своему отражению, вытирая потекшую тушь. – Ну на кого ты стала похожа?.. Срочно приводи себя в порядок! Сро-чно!..

…Маша слукавила!.. Ей пришлось это сделать!.. Никто её никуда не отправлял. Она сама напросилась написать статью о деятельности частных детективов. Провела некоторые изыскания и выяснила, что детективное агентство Пятакова – одно из лучших в городе. Они брались за весьма запутанные дела и с успехом их раскрывали. Но пообщаться хотя бы с одним из их клиентов ей не удалось. Никто не желал с ней говорить; лишь один сказал, что Антон Пятаков не жалует «журналюг». Так и выразился: «журналюг!» Это было довольно странно!.. Ведь остальные сыскные агентства наперебой рекламировали себя, и отзывов от благодарных клиентов было не счесть. А здесь – ни слова, ни полслова!.. Странно и непонятно!.. Дело осложнялось. Но именно это и привлекало Марию Ермолаеву!.. Работа затягивала её, словно бурлящий водоворот!.. Трудности нисколько не пугали. Настоящего журналиста они лишь закаляют. Да и не таким человеком она была, чтобы легко сдаваться!.. Возникшие препятствия лишь подстегнули её во что бы то ни стало написать статью именно об этом агентстве. Кроме того, завершив это дело, она сможет показать руководству журнала, на что способна. Ведь до последнего момента ей поручали делать лишь небольшие очерки о малозначительных событиях. А эта работа могла вывести её на совершенно другой уровень!..

Девушке удалось обвести Лёню вокруг пальца, применив избитую уловку со слезами, – и она надеялась, что он не будет на неё обижаться, если, конечно, узнает об этом, – но применять свои женские штучки к такому человеку, как Пятаков, она не видела смысла. Антон был, как часто говорят, «тёртый воробей» или «стреляный калач»… или всё же наоборот. С наскока справиться не получится, здесь нужен особый подход, требующий времени. Журналистка решила вернуться в редакцию и раздобыть как можно больше информации об этом диковинном человеке – Антоне Пятакове, чтобы решить, как завоевать его доверие.

Дождь заметно усилился, и улицы превратились в небольшие реки. Маша раскрыла зонт и вышла из офисного здания, где располагалось сыскное бюро. Ей предстояла непростая задачка, которой она и собиралась полностью посвятить себя в ближайшее время. Не обращая внимания на лужи и дождь, она устремилась в непогоду.

Глава 2

Вырвавшись из ставшего вдруг невероятно тесным кабинета, Антон стремительно сбежал вниз по винтовой лестнице, на ходу надевая куртку. Чуть было не споткнулся на ступеньках, рискуя кубарем скатиться вниз, чертыхнулся, но продолжил бежать без оглядки. Не замедляя шага, он, словно ураган, пронёсся через небольшой вестибюль и пулей выскочил на улицу. Моросящий дождь перешёл в почти проливной. Волна влаги ударила в лицо и скользнула по телу. Пятаков выругался на погоду, снял куртку и накинул её на голову вместо зонта. Зонт он в спешке забыл в своей конторе. Выругался уже на себя и, не оборачиваясь, побежал к своему автомобилю, по пути перепрыгивая стремительные потоки воды, словно спортсмен, преодолевающий полосу препятствий. Он опасался, что за ним увяжется журналистка – принесла же её нелёгкая – и, лишь сев в машину, облегчённо выдохнул, не обнаружив за собой преследования.

Правая нога начала мёрзнуть, холод шёл от ступни и поднимался вверх, подступая к горлу. Антон прокашлялся и пошевелил пальцами ноги – в обуви неприятно захлюпало. Он поморщился, стянул с себя ботинок, по-змеиному изогнулся, уперевшись головой в руль, и пощупал ногу. Так и есть – промокла нога!.. Носок совсем сырой, хоть выжимай. Пятаков взял прохудившийся ботинок в руку и растерянно повертел перед собой, совершенно не представляя, что теперь с ним делать. Идти нельзя, а выкинуть жалко!.. Беда!..

«Да-а, видимо, придётся покупать новые», – с досадой подумал сыщик.

…Покупка обуви не была для него проблемой. Вовсе нет!.. Сложность заключалась в выборе подходящей пары. А всё потому, что найти удобную было настоящей мукой: то там натирает, то здесь жмёт – сплошная головная боль. Поэтому каждая примерка становилась для него тем ещё испытанием. «Какие-то нестандартные ноги у меня, что ли! – часто сокрушался из-за этого Антон». И сейчас, находясь в машине с промокшей ногой и безнадёжно испорченным ботинком в руке, он с грустью представлял очередные свои мучения с выбором новой обуви. И, как бы ему ни хотелось, всё же придётся побегать в поисках заветной пары. Выбор обуви был для него настоящим испытанием, которое он, однако, со стойкостью переносил, хотя и стремился каждый раз отложить эту утомительную процедуру как можно дальше в обозримом будущем. И сейчас это будущее совершенно некстати стало настоящим!..

– Не хватало ещё простудиться и слечь с температурой, выпав как минимум на неделю из жизни, – огорчённо буркнул он себе под нос.

Куча таблеток, горчичники, капли в нос и горькие микстуры промелькнули перед глазами сыщика, и его передёрнуло. Нет, болеть совершенно не входило в его планы!.. Он тряхнул головой и избавился от неприятного видения.

Сокрушенно вздохнув, Антон вставил ключ в замок зажигания и повернул его. Машину тряхнуло, двигатель чихнул простуженным голосом и натужно загудел. По жестяному телу автомобиля пробежала мелкая, ознобная дрожь. Сыщик крутнул регулятор, включил печку и направил поток теплого воздуха от вентилятора себе в ноги. Через пару минут приятное тепло разошлось по салону автомобиля, и стало по-домашнему уютно. Ноги начали согреваться, и ему захотелось выпить горячего кофе. Но кофе остался в агентстве, а обратная дорога туда была заказана – по крайней мере, в ближайшее время. Он тоскливо посмотрел на вход в здание, где располагался его офис, и тут же отвернулся. Соблазн вернуться был слишком велик, и поддаваться ему совершенно не хотелось.