Алена Михайлова – Время жить заново: Лён и Лёд (страница 3)

Совпадение уж точно. Два человека с странными профессиями в пределах одного квадратного метра.

– Геммопсихология и куклы? Вы серьёзно? Это женский круг, обрядовая традиция. Где здесь связь?

Он рассмеялся – тихо, искренне.

– Так. Стоп. Что за Академия?

– Может, обсудим это за кофе?

В этот момент из раздевалки вышла Марта и помахала мне рукой. Время выбора сократилось до секунды. Мои курсы стартовали через несколько дней; влезать в новые истории не планировалось. Но… что-то в его предложении щёлкнуло так, что отказаться было трудно.

– Я не уверена, – тихо сказала я.

– Это всего лишь разговор. Никаких обязательств. Вы расскажете о куклах, я – о камнях. Возможно, наши миры пересекаются больше, чем кажется.

Марта уже шла ко мне.

– Сегодня в три. Кофейня Ральфа. Подойдёт? – не уступал он.

– Не знаю, где это, – честно призналась я.

– Я могу забрать вас. Или вызвать такси. Оставьте номер.

Я улыбнулась – впервые.

– Не нужно. Если встрече суждено состояться – она состоится.

Я развернулась к Марте.

– Признайся, – сказала я ей. – Ты задержалась, придумывая новый способ издевательства?

Она фыркнула, глянув на гирю:

– Начнём с приседаний.

Что ж… у этой гири сегодня была своя роль в моей судьбе.

ТЕО

Если демоны не успокоятся, придётся искать печень на Ибей. Я увеличил вес на штанге и опустил её, будто пытаясь придавить железом то, что шевелилось внутри.

Браво, Тео. Превратился в нытика. Может, напишем роман?

У меня есть всё. Бизнес. Успех. Популярность. И ни капли того, что по идее должно греть изнутри.

Мама ушла слишком рано. Мир тогда был прост: любовь и ненависть, забота и равнодушие, тепло и холод. Но первые слова в этих парах исчезли раньше, чем я успел понять их смысл. Остались только вторые. Именно из них и вырос я.

Сердце дернулось – резко, будто ткань порвали изнутри. На секунду я даже обрадовался возможной катастрофе. Но всё прошло. Как всегда.

Я посмотрел на своё отражение. Зеркала в зале множили мой образ до бесконечности – сильный фасад, пустота под ним.

И тут я увидел её.

Миниатюрная девушка остановилась посреди зала, словно прислушиваясь к удару собственного сердца. А потом пошла дальше.

Я закрыл глаза.

Отношения мне были не нужны. И я им тоже. Зато игра – да. Игры я любил. Любил выигрывать.

Я тряхнул головой, пытаясь вытряхнуть лишнее. Нужно было продолжать тренировку. Но перед глазами возникла сцена из прошлого, не слишком удачно погребенная на дно воспоминаний.

Мне двадцать два. Мы идём с друзьями по проспекту, за спиной – экзамены, впереди – лето. На лавочке – незнакомая девушка. Парень с ромашками и бархатной коробочкой опускается на одно колено. Её глаза вспыхивают счастьем. Она говорит «да». И на долю секунды смотрит прямо на меня.

Не боль. Не зависть.

Пустота.

Абсолютная.

С тех пор я знал: встать на одно колено перед женщиной – не про меня. Потому что пустота не делает предложений.

Райен, мой лучший друг, зовёт меня, но я не двигаюсь. Смотрю, как влюблённые уходят, держась за руки, а я остаюсь один – в эпицентре чужого счастья.

Хватит. Пора было возвращаться в реальность.

Я открыл глаза. Взгляд зацепился за ту самую девушку. Она тащила гирю, которая весила половину её самой.

Я даже не понял, в какой момент подошёл к ней.

– Вам помочь?

И получил отказ. Прямой. Холодный.

Меня это забавляло. И… зацепило.

Она не была идеальной красоткой. Но была настоящей. Натуральной, тихой, земной. Глаза цвета зелёных камней – от нефрита до авантюрина. Волосы – тёмные, живые. Лицо без косметики. Сонный взгляд, будто она стоит на своей кухне в ожидании первого кофе, а не тащит через зал чертову гирю.

«Добро пожаловать в игру», – мысленно поприветствовал я незнакомку.

Я попытался зацепить её интерес. Провалился. Попытался снова. Ещё один провал. То, что работало всегда, на ней не срабатывало вовсе – и это было почти… приятно?

«Да чтоб тебя…» – я уже пожалел, что бросил ей этот вызов.

При упоминании незаконченного колье во мне что-то болезненно дрогнуло. Ювелирная работа и камни – единственное, что хоть как-то усмиряло демонов. Монотонность создавания, сосредоточенность, чистый труд – всё это приводило внутренний шторм к тишине.

Мутный камень в руках превращался в совершенство.

Камни не осуждают. Ничего не ждут. Ничего не требуют.

Имеют ли камни душу? Нет – пока их не коснётся рука мастера.

Имею ли душу я?

Ответа у меня не было.

Её не впечатлил мой род деятельности. Обычно разукрашенные красотки, с которыми я по физиологической необходимости пересекался, хихикали при словах «геммо» и «психология». Да что там – я и сам временами ненавидел свой проект.

Академия геммопсихологии – моя личная академия абсурда. Я основал её с подругой Алисой почти на спор. И первый же поток принёс мне первый миллион – сделка с совестью, которую я заключил без раздумий.

Я мог часами заниматься только двумя вещами: создавать украшения и говорить о камнях. Поэтому в Академии я вёл теорию: свойства камней, легенды, мифы. Мое образование геммолога наконец пригодилось.

Алиса добила меня просьбами «добавить эзотерического вайба» – и так наша школа стала магнитом для всех, кто искал смысл там, где его, возможно, не было.

К ювелирке я возвращался всё реже – и демоны радовались.

– Геммопсихолог? И какой камень подойдёт мне? – спросила девушка с насмешкой.

Меня это застало врасплох. Я перебирал камни зелёных оттенков, цепляясь за цвет её глаз: изумруд? малахит? Банальности.

Но меня привлекла её холодность.

Холод… Точно.

– Синий сапфир, – сказал я. – Холодный, неприступный. Камень тихой, глубокой красоты.

Лавиния… Куклы… Всё это начинало походить на бред. Тео, зачем ты ввязался в эту авантюру?

Алиса меня убьёт. А потом воскресит, чтобы убить ещё раз.