Алена Медведева – Суженая (СИ) (страница 37)

– Это нормально для вас, – сосредоточенно слушая, уточнила у Муэна, – похищать наших женщин?

– Нет, это редкость неимоверная, было лишь несколько случаев за всю историю наших народов. И то всегда карангарцы через врата перехода суженых уводили. И избранницу свою он так же увел, мне одному так «повезло»… И не всегда это были девушки, уводили и мужчин, насколько я наслышан, вроде были случаи, когда наши женщины обретали пару. Хотя сам факт, что сейчас сразу две, это, конечно, странно. Возможно, предзнаменование сближения обеих рас. Впрочем, с учетом нашего летоисчисления, мы с тобой в пару объединились давненько. – Он вздохнул. – Год на Карангаре длиннее.

– Значит, война не из-за этого, – подытожила я.

– Ваши же не безумцы… Раздувать надуманный скандал ради своей обиды и выгадывания каких-то сиюминутных преференций – это одно, а совершать массовое самоубийство – совсем другое. И Карангар официально готов признать вину – мы понимаем, что наш собрат иначе поступить не мог, но и ваши нормы морали нарушил, чувства родителя оскорбил, поэтому требованиям подчинились – ушли. Уверяю тебя, Карангару на полную колонизацию земных территорий понадобилась бы неделя. Мы бы просто подчинили вас ментально, лишив желания сопротивляться. Есть системы, ретранслирующие приказы на огромные территории. Кстати, именно так я заполучил тебя – на нужный промежуток времени лишил население вашей базы возможности воспрепятствовать нам. Я не нападал и не нанес никому вреда, лишь забрал свое! Тебя! И мой корабль с этой целью и находился в том секторе галактики – мы искали тебя. На всякий случай подчеркиваю – это звездолет моего рода, а не отправленное сюда с приказом атаковать военное подразделение нашего космофлота. Понимаешь?

– Нет, – призналась честно, взглядом отслеживая малейшее движение губ Муэна – настолько невероятные вещи он говорил. – Не понимаю вообще ничего… Вроде объяснение простое, но в мою картину мира не укладывается. И я так и не поняла: война идет?! Наши погибают или нет?

Все личное отошло на второй план, важно было прояснить для себя окружающие реалии.

– А ты видела хоть одного погибшего? – отозвался вопросом карангарец. – И вообще какие-то данные помимо официальных информационных сводок? Что, никто ни разу не вырвался, не избежал уничтожения, ни одна спасательная капсула не сработала?

– Не знаю, просто эскадры перестают выходить на связь, база за базой замолкает. И… – вспомнила о недавнем полете и попытке прорваться к ближайшей замолчавшей базе, – мы позавчера сами совершили пробный вылет, хотели пробраться к своим. И не смогли! Засекли присутствие ваших звездолетов.

– Теперь ясно, – Муэн привычным жестом потряс головой, – тогда я твое близкое присутствие и ощутил, но мы сбились с курса и вас потеряли. Отправились к ближайшей земной базе, просканировали всю ее территорию, но среди обитателей Зондера тебя я не обнаружил. Вы звездолеты моего рода увидели, видимо. Других карангарских космолетов там не было и быть не могло.

– Но почему пропадает связь с нашими колониями?

– Я бы предположил у вас военный переворот, но точно сказать не могу. Свяжусь со своими, наверняка имеется более конкретная информация. Я же в последние полгода несколько отошел от дел, сосредоточившись на поиске, – полагал, что тебя куда-то обязательно отправят, ты же кадет военной академии. И чем меньше интереса я продемонстрирую, тем скорее это случится.

– Военный переворот? – Версия многое объясняла, если бы не одно «но». – Капитан корабля, что руководил позавчерашним вылетом, как раз один из тех, кто сумел вырваться, он увел свой звездолет из-под удара… э-э… ваших…

То, что маран оставил меня на Земле и отклонил все предложения по обмену, обсуждать не стала, слишком много эмоций вызывали эти факты. Побоялась не сдержаться. Искал он меня, называется.

– Не веришь, – вздохнул Муэн, как-то распознав мои сомнения. – Мне думается, что такое мероприятие, как захват территории, должно готовиться масштабно. Явно организаторы на Земле манипулируют общественным мнением, но есть и те, кто служит живым подтверждением насаждаемой версии событий. Слова вашего капитана лишь слова, а есть что-то материальное для подтверждения? Вполне вероятно, и жертвы есть, не все же, осознав ситуацию, переходят на сторону заговорщиков. Но карангарцы к их появлению точно не причастны!

– Это невозможно! – Поверить в подобную наглость, в цинизм такого масштаба и безжалостности я не могла. – Ты полагаешь, что некие заговорщики решили захватить часть территорий земного союза? Это слишком невероятно, чтобы быть правдой… И опять же, это только слова, твои слова…

Муэн грустно усмехнулся, настойчиво пытаясь поймать мой взгляд. А потом задумался:

– Какая из ваших «замолчавших» баз у нас ближайшая по пути?

– Кемера. – Вопроса я не ожидала, но и задумываться не пришлось, все было на слуху – сводки о наших потерях крутили по всем внутренним каналам связи на любой земной территории.

О том, что лицо Муэна в них на первом плане, точно не время сообщать. Впервые задумалась, что из-за его работы в Лунной академии мой карангарец – единственный маран, чьих изображений у землян в избытке.

– Можем залететь, хочешь? – просто предложил он. – Своими глазами все увидишь. Заодно и выясним, что происходит. Это будет считаться подтверждением, а не пустыми словами? Можно и не на одну базу по пути сесть.

Изумленно подняла взгляд, не в силах поверить в услышанное.

– А это возможно? Нас пустят?

– Спрашивать разрешения не будем. Уж извини, но для нас не проблема обеспечить себе любое присутствие на ваших территориях. Просто цели навредить человечеству нет, у нас нейтральное отношение к вашей цивилизации. И пока вы не ущемляете наши интересы, мы не вмешиваемся в ваши внутренние процессы. Внушим людям, чтобы не воспринимали нас, отведем глаза, станем невидимыми… А ты понаблюдаешь за тем, что происходит на замолчавших, якобы уничтоженных нами базах.

– Хорошо!

Я решилась. Ясность была необходима. Если Муэн не лжет, если карангарцы не повинны в гибели людей, если он не повинен… Это изменит для меня все! Позволит обрести мир в душе, примириться с реальностью и своей судьбой. Поверить любимому мужчине…

– Тогда так и поступим, – спокойно пообещал Муэн, погладив ладонью мои волосы.

Для карангарцев все действительно оказалось просто. Три звездолета, в том числе и тот, на котором находились мы, абсолютно спокойно сели на посадочные зоны Кемеры, ведомые диспетчерской системой базы. Показатели воздуха и атмосферного давления значились благоприятными – куполов здесь не было. Мы вышли из корабля и, стандартным образом пройдя системную очистку, отправились на внутренние территории.

Жизнь вокруг шла своим чередом, мимо, совершенно нас не замечая, проходили сотрудники станции. Один даже налетел на меня, резко вывернув из-за угла, но тут же, перестроившись и не осознав причины заминки, продолжил движение. Я заглянула в зону пищевой раздачи, в диспетчерский центр управления, в пару кают – везде царила деловитая сосредоточенность. Привычный ход событий, ни горя, ни траура, ни сожженных стен комплекса, ни мертвых тел…

В сопровождении Муэна перемещаясь по территории базы, я не могла понять, что происходит, пока не услышала информационный ролик в одном из секторов отдыха.

– Карантинная зона земного союза расширена до систем Зонда и Венеры. Конкретной информации о происходящем на них нет, связь утеряна. Всякие контакты с этими территориями прекращены во избежание малейшей вероятности заражения. По последним данным пандемия унесла до семидесяти процентов жителей на инфицированной территории.

В это трудное время мы должны сплотиться и мобилизоваться. Сейчас надо жить будущим, думать о том, какую жизнь мы сможем подарить своим детям. Надо смириться с гибелью тех, кто остался там, на землях, где свирепствует вирус. Принять то, что изменить мы уже не можем. Наша задача – не допустить заражения у нас. Отныне мы, бывшие колонии Земли, берем на себя бремя управления развитием человеческой цивилизации, мы станем этой цивилизацией! Нас ждет великое будущее, и мы справимся со всем!..

Что меня совершенно сразило, так это личность человека, произносившего проникновенную речь, – это был глава военного ведомства земного союза.

Все происходящее не укладывалось в сознании.

– Но не может же эта стена страха и угроза заражения – с одной стороны, с другой – вера в оккупацию территорий, разделить человечество?! – с бурей переполняющих душу эмоций обернулась я к Муэну, не обращая внимания на множество людей, толпящихся в помещении.

– Почему нет? – пожал он плечами, с не меньшим вниманием выслушав новостную информацию. – Главное, удержать от контактов поколение-два, а потом все обрастет внушенным страхом, убеждениями, утвердится в массовом сознании. И разрыв с исконной расой случится. Любая цивилизация развивается, и каждая по-своему. Возможно, это даст новый толчок, возможно, приведет в тупик… История покажет.

– Но это жестоко! Чудовищно жестоко! – По щекам заструились слезы, и Муэн, обхватив меня за плечи, прижал к себе, утешая. – Люди… и те, что на Земле, убежденные в гибели родных, и те, что здесь, полагающие, что их близкие, оставшиеся на Земле, обречены… Как можно?!