Алена Макарова – Попаданцам предоставляется общежитие! (страница 2)
Так уж получилось, что при попадании в другой мир никаких особых сверхспособностей пришельцу никто не выдает. Что раньше умел, тем и здесь пользуйся, чуток магией приправив. Большой талант или профессионализм много сил к себе притягивает, вовсе уж чудесные умения дарит, но это редкость, конечно. В основном, середнячки попадаются, которым магия просто помогает лучше привычную работу делать.
Вот и я из таких, не слишком одаренных… Раньше учителем работала, сейчас местный быт попаданцев налаживаю, да троллей с гремлинами читать-писать учу. Магия, конечно, помогает, но по мановению волшебной палочки ничего не случается. А жаль… Уж с ней бы я размахнулась!
Ладно, мечты — мечтами, а дела — делами. Надо с оркой что-то решать, нельзя же ее просто так на съедение этому старому хрычу выдать.
— А твои способности боевые никак против его колдовства не помогут?
— Помогут. Если рядом буду. Только я дойтить не успею. Он сильный шаман.
— Да что ты заладила, сильный, очень сильный! Мы тоже не слабенькие. Просто надо придумать, как бы до него добраться поскорее…
Заразить орку своим наигранным оптимизмом я не успела: то ли мне и самой его не слишком-то хватало, то ли просто не успела.
Дверь почти без скрипа приотворилась, и в чанкину комнату вошел высокий бледный черноволосый красавец. Безупречный точеный профиль, прекрасная фигура, изысканные манеры и неизменная элегантность в каждом движении — не хочешь, а залюбуешься. Дейв с привычно-наглой непринужденностью воплощал в жизнь все мои подростковые грезы о прекрасном принце и даже превосходил их. Жаль, что ко всем своим достоинствам, он еще и зомби. И карточный шулер в придачу. Обидно…
— Виера, — даже из моего простецкого имени этот пройдоха ухитрялся соорудить звучный актерский псевдоним, — Виера, бесконечно сожалею и приношу тысячу извинений, что вынужден прервать Вашу беседу. Не хотелось бы Вас тревожить, но некоторые обстоятельства требуют Вашего безотлагательного присутствия.
— Ну что еще случилось?
— Некоторое недопонимание между горгульями и мавками грозит перерасти в открытый конфликт.
Как вежливо сказано, «конфликт»! Да драка этих ведьм может разнести не только с таким трудом собранную мебель, но и стены. В нашей ночлежке они особой прочностью не отличаются, в отличии от зубов и когтей ее обитателей.
Придется шаману с оркой подождать, — стены важнее. Вот всегда так, не успеешь решить одну проблему, как на голову валится следующая!
— Надо позвать троллей, — на бегу скомандовала я.
— Я уже сообщил им о происшествии.
Да кто бы сомневался. Уж карточный-то шулер прекрасно знает, когда самое время вызывать силовую поддержку.
— Причина конфликта?
— Неизвестна.
Иногда Дейв даже умеет быть немногословным. Как правило, совершенно не вовремя. Ладно, на месте разберусь, — там информации будет столько, что хоть уши затыкай.
О скандалах, традициях и болотных разбойницах
Вопреки моим опасениям, ветхие стены длинного коридора торчали на полагающихся им местах. И даже краска не слишком пострадала, так что в полумраке все выглядело достаточно прилично. Гадать о причине этой неожиданной благодати смысла не было — не заметить такое не получилось бы при всем желании.
Хранитель временного перемирия и порядка (еще более быстротечного) гордо возвышался в самом центре коридора, почти подпирая головой потолок. Своды в выделенном нам здании высокие, но роста в троллях — не сильно меньше. Шириной плеч, кулаками и дурной силушкой природа тоже наградила их с лихвой. Жаль, на мозгах немного сэкономила.
Впрочем, мне ли жаловаться? Обосновавшаяся в приюте троица гигантов отличалась редкостным спокойствием и миролюбием. Пожалуй, они были одними из самых беспроблемных обитателей нашей шарашки. Ели, правда, многовато, но и отрабатывали свой повышенный паек на совесть.
Виновницы переполоха сгрудились по разным концам коридора и вели себя смирно. Нет, конечно, визга, воплей, скрежета когтей, хлопанья крыльев и прочего шума тут хватало. С избытком. Но хотя бы в драку не лезут, и то хлеб. Молодец Грайн, вовремя подоспел!
— Увидев меня, тролль расплылся в широкой улыбке и прогрохотал: Веррра!
Раскатистое приветствие на мгновение заглушило все остальные звуки, гулкой каменной осыпью отразилось от стен и затихло отдаленным эхом. Но пронзительные вопли и не думали прекращаться. Каждая из конфликтующих сторон торопилась первой донести до меня свою неоспоримую правоту и целый список вытекающих из этого претензий.
После недолгих (не более получаса — невиданный прогресс) усилий, удалось навести в коридоре хоть какое-то подобие порядка и понять суть выкрикиваемых наперебой жалоб.
Оказалось, что спорят, кто должен быть следующим в очереди на пристрой.
— Орку замуж отдаете, а этих зеленомордых всего четверо было. Нас больше всех! Нас шестеро, теперь нас отдавать надо, — дружным, но немелодичным хором завывали болотницы.
На самом деле, петь они умеют и очень даже красиво — сама слышала. Говорят, именно так мавки и заманивают неосторожных путников в трясину. Жрать не жрут, но топят и обирают мертвые тела до нитки. Сами понимаете, характер и привычки у этих разбойниц с больших болот не самые приятные. Хорошо, что среди каменных стен им не разгуляться.
— Вашу уже одну отдали! Хватит с вас! А горгулий ни разу! Ни одной! Вера нас не любит! Обижает! Всегда обижает! Наша очередь!
Тут не поспоришь, одну мавку мне, совершенно нечеловеческими усилиями, удалось устроить на место смотрительницы графских угодий. Места там болотистые, охота хорошая, браконьеров — по три стрелка на одного гуся. Теперь их количество значительно поубавится.
Граф бы и парочку болотниц взял, до того ему незваные охотнички надоели, да из всех мавок только одна смогла настолько грамоту освоить, что экзамен на гражданство сдала. Ну и кто им виноват, что здесь сидят? Даже мои магические способности бессильны против лени.
Горгульи, в отличие от мавок, учатся на загляденье. Но и пристроить их — задачка не из легких, слишком уж характер склочный и заносчивый. Сейчас они на ремонте городской ратуши подрабатывают, крышу перекрывают. Но это временно, мне от строительной гильдии уже несколько жалоб пришло: на рабочих, мол, сверху плюют, мусор швыряют, жесты неприличные показывают…
Ну и как таких дур на нормальное место устроить? Дейва бы к ним приставить, чтоб хороших манер набрались, да только с таким характером, они у него скорее в карты мухлевать научаться, чем вести себя прилично.
— Тихо вы! Никуда я орку не пристраивала, даже не думала. У нее жених сам завелся, чтоб ему пусто было! И вам всем тоже когда-нибудь женихов и места найду. Как только перестанете с уроков бегать и на людей плевать!
— А сейчас разошлись все по комнатам и больше никаких драк. А то так и будете в приюте сидеть, пока не околеете!
То ли моя воспитательная магия сработала, то ли здравый смысл, то ли внушительный вид насупившегося тролля, но скандалистки, недовольно ворча, расползлись и разлетелись по своим местам.
Незаметно собравшаяся толпа зрителей, не дождавшись обещанных зрелищ, тоже начала разбредаться. Разочарованные кобольды уныло разбирали из шляпы свои монеты: ставки делались на победителя в драке.
На вечерний совет в моем кабинете кроме Чанки были приглашены: Дейв с напарником — как наиболее адекватные и хитроумные, старейшина кобольдов — как самый пронырливый и единственная в приюте баньши — как самая древняя и напрочь отказавшаяся уходить. Я плюнула и разрешила ей остаться, — чем черт не шутит, вдруг что умное вспомнит и подскажет.
Также позвали и всех имеющихся в наличии орков в количестве трех штук — из расовой солидарности и Грайна — для поддержания порядка при обсуждении. Вопрос на повестке был всего один, но трудно решаемый: что делать со зловредным шаманом?
Точнее, как его победить?
— А если сказать, что Чанка — невеста одного из вас? Тогда он уже не сможет требовать ее в жены? — предложила я самый простой и мирный способ решения проблемы.
— Это нечестно, — пробасил нахмурившийся Грайн. Тролли вообще повернуты на честности, справедливости и прочих высоких материях. Это очень удобно использовать при наведении порядка в приюте, но иногда бывает некстати.
— Нечестно, — поддержал его один из орков, — и шаман почует. Что врем мы.
— А как докажет, что это не правда?
— Жалобу в городской совет напишет. Что мы обычаи нарушаем.
В этом вопросе кобольду можно было верить: кляузы, жалобы и прочее крючкотворство — неизменная страсть маленького народца. Остальные их увлечения: любовь к ставкам, золоту и выпивке также достояны всяческого уважения.
— Соплеменники уважаемой Чанки также могут вызвать недостойного старца на поединок. Пока шаман будет околдовывать даму, кто-нибудь из мужчин успеет добраться до него и…, - Напарник Дейва говорил редко, чуть менее цветисто, но всегда по делу.
Интересно, все зомби настолько привлекательны, как эта парочка, или лично мне так с постояльцами повезло? Ничего общего с теми жуткими полуразложившимися рожами, что показывали в наших фильмах.
— Свадебному поединку мешать нельзя. Не по традиции!
— Тут тоже хорошую жалобу написать можно. Длинную.
— Уважаемый Фазгин, хотелось бы понять, на чьей именно Вы стороне со своими жалобами?